Поликарпов И-153 “Чайка”

Истребитель


Занимаясь совершенствованием истребителей И-15 и И-16 не забыл Поликарпов и о проекте И-14б. Работы по новому варианту истребителя начались в середине 1937 года и к ноябрю был готов проект обновлённого истребителя, получившего обозначение И-153. Самолёту вернули “чайку” крыла, несколько видоизменили капот двигателя, улучшив его аэродинамические качества, и установили достаточно оригинальное по схеме убираемое шасси.

На испытаниях, начавшихся в мае 1938 года, истребитель с мотором М-25В развил скорость всего 415 (по другим данным - 424) км\ч. Самолёт срочно подвергли модернизации - после установки более мощного М-62 скорость возросла до 453 км\ч. В серии И-153 комплектовались более мощными двигателями М-63, хотя реальная скорость серийных самолётов редко превышала 440 км\ч. Большая часть И-153 была вооружена четырьмя пулемётами ШКАС, но самолёты поздних серий имели четыре пулёмета БС (И-153БС). В 1939 году провели эксперимент по установке на этот истребитель пушечного вооружения. Вместо двух нижних БС самолёт оснастили двумя синхронными пушками ШВАК. Модификация И-153П успешно прошла испытания, но серийно было выпущено всего 8 таких самолётов.

Улучшить лётные данные истребителя пытались установкой на него нижнего крыла эллиптической формы (И-153Б), однако реальных преимуществ перед серийными самолётами этот вариант не имел и поэтому серийно не выпускался. Ещё одна модификация истребителя (И-153УД), в целях удешевления производства, имела, вместо металлической, цельнодеревянную заднюю часть фюзеляжа. Но и этот вариант к серийной постройке не приняли. И-153 производился до 1941 года, а всего было выпущено 3437 истребителей данного типа.


С 1935 года на И-15 производились эксперименты по установке гермокабин. Вначале попробовали ГК-3, а затем её заменили на гермокабину конструкции Щербакова. Опыт удался только отчасти поэтому серийно герметичные И-15 не строили, хотя 21 ноября 1935 года лётчик В.К.Коккинаки достиг на специально подготовленном самолёте высоты 14 575 метров, что вполне тянуло на рекорд, так и не утверждённый ФАИ. Такая же судьба постигла аналогичную модификацию И-153. Первый высотный вариант (И-153В) оснащался доработанной ГК конструкции Щербакова, второй имел ГК разработанную поликарповским КБ. Скоростные данные самолёта не изменились, а вот потолок составил всего чуть более 11000 метров. Не помогли и турбокомпрессоры (И-153ВТК) – агрегаты ТК-3 работали не слишком надежно и эта модификация в серии тоже не строилась.


И-153 оказался достойным преемником обычной “пятнашки”, хорошо показав себя в ряде конфликтов в конце 1930-х гг. В рамках оказания военной помощи первыми новейшие истребители получили китайцы. В 1939-1941 гг. Китаю было передано порядка 75 (по другим данным - 93) истребителей И-153. Воевали на них китайские лётчики далеко не так успешно, как советские. Часть самолётов разбили при переучивании, но ещё больше потеряли в ожесточённых боях с японской авиацией. Больших побед на долю И-153 так и не выпало. А вот крупных поражений было достаточно. Наиболее трагическим днём стало 14 октября 1940 года, когда группа новейших А6М2, сопровождавших бомбардировщики, буквально порвала в клочья китайские истребители, вылетевшие на перехват этого соединения. В том бою было потеряно 15 И-153. После такого разгрома оставшиеся “Чайки” эксплуатировались весьма недолго. В 1942 году из китайских ВВС исчезли последние истребители этого типа.


Начавшиеся летом 1939 года бои на реке Халхин-Гол только лишний раз убедили и рядовых пилотов, и командование ВВС, что реальная боевая ценность И-15бис (не говоря уже о ранних И-15), как истребителя, тает прямо на глазах. К началу конфликта ВВС РККА располагали всего двумя авиаполками – 70-м ИАП и 150-м БАП. Первый имел в своём составе 14 И-15бис и 24 И-16. Второй располагал семнадцатью бипланами Р-5Ш и 29 СБ-2М-103. Позднее советская группировка пополнилась 22-м ИАП (35 И-15бис и 28 И-16 тип 10) и 38-м СБП (59 СБ-2М-103). Уже первые бои показали, что даже при равной боевой выучке И-15бис не может бороться на равных с основным японским истребителем Ki-27. “Японец” превосходил советский истребитель-биплан по всем статьям, включая манёвренные характеристики. Так, к середине июня советские ИАПы недосчитались как минимум девяти И-15бис и шести И-16, при этом японцы потеряли только один свой истребитель. Крупное воздушное сражение 22 июня представляется в нашей литературе как безусловная победа советской авиации. В серии боёв того дня пилоты 22-го и 70-го ИАПов (всего 95 самолётов) вступили в бой примерно со 120 истребителями и сбили 31 вражеский самолёт, сами потеряв 13 И-15бис и 4 И-16. Сами японцы приводят другие данные. Истребители 24-го сентая (18 Ki-27) в двух боях с численно превосходящим их противником добились 47 побед при потере всего семи истребителей. Даже если учесть, что приведённые данные завышены с обеих сторон, общий итог этой битвы для советской истребительной авиации совсем неутешителен. Впрочем, насбивав в два раза больше машин японцам всё-равно пришлось отступить, оставив советских пилотов моральными победителями в этой схватке.

После столь внушительных потерь обе стороны некоторое время “зализывали раны” и только 24-29 июня воздушные сражения разгорелись с новой силой. Как и раньше, основной ударной силой были И-15бис – на них-то и пришлась большая часть потерь. Всего же, с 1-го по 30-ое июня было потеряно 49 советских самолётов, их них 31 – истребители И-15бис. Горький опыт, полученный в июньских боях, заставил командование перевести бипланы на штурмовую работу, а отстрел вражеской авиации поручили И-16 и недавно прибывшим И-153. Последних насчитывалось 15 машин под командованием опытного лётчика Сергея Грицевца. В бой они вступили в середине июля и довольно долгое время летали без потерь. В итоге численность И-153 возросла. К 1-му августа три истребительных авиаполка (22, 56 и 70-го) располагали 70 “чайками”, 194 И-16 и 57 И-15бис. В ходе августовских боёв советская авиация завоевала полное превосходство в воздухе, в чем немалая заслуга пилотов И-153 и И-16, научившихся наконец эффективно бороться против Ki-27. Советские истребители вылетали крупными группами смешанного состава, заставляя японцев разделять и без того свои небольшие силы. Только за 23 августа советские пилоты добились 48 побед (из них 42 вражеских истребителя) без собственных потерь, существенно охладив пыл японцев, которые о превосходстве в воздухе уже и не мечтали. К концу конфликта общие потери И-15бис составили 65 самолётов, а эскадрильи И-153 недосчитались 22 машин, причем “чайки” в июле-августе использовались гораздо более интенсивно, чем простые “пятнашки”.


После Халхин-Гола почти все И-15бис перевели в состав ШАПов, заменив их в истребительных эскадрильях на И-153 и И-16. Но не успели утихнуть бои в Азии, как на северной границе разгорелась война с Финляндией. Безусловно уступая ВВС РККА количественно финские пилоты обладали отличной боевой выучкой, что и предопределило их первоначальный успех в боях с советской авиацией. Основным финским истребителем являлся Fokker D.XXI, а точнее говоря, его модификация, строившееся серийно на заводах в Финляндии. При схожих скоростных характеристиках “фоккер” чуть-чуть проигрывал в маневренности и мощи вооружения. Так как он был лучше всего освоен строевыми пилотами, с ним и возникали наибольшие проблемы. Опыт боёв с японцами советское командование явно не учитывало, надеясь задавить финном количественно. Результат был получен прямо противоположный – в первые месяцы боёв примерное соотношение сбитых и потерянных самолётов было совсем не с пользу ВВС РККА. Впрочем, гибли И-153 не только в боях с истребителями. Стрелки финских “Blenheim” записали на свой счёт как минимум два таких самолёта.


В начальный период Великой Отечественной Войны в приграничных округах было сосредоточено не менее 1300 “Чаек” в истребительных авиаполках, и порядка 150 в штурмовых. Распределение самолётов по округам было следующим:

Ленинградский ОВО – 179 (7,19, 26, 153 и 154 ИАП)

Прибалтийский ОВО – 284 (15, 21, 38, 42, 49, 148 ИАП)

Западный ОВО – 241 (122, 123, 127 и 129 ИАП)

Киевский ОВО – 454 (12, 20, 23, 46, 91, 92, 149, 164 и 165 ИАП)

Одесский ОВО – 143 (4 и 55 ИАП)

Пик боевого применения И-153 пришелся, конечно, на лето-осень 1941 года. “Чайка” стала самым удачливым истребителем первого дня войны – 22 июня пилот Иван Калабушкин сбил на этом самолёте два Ju-88A, два Bf-109E и Не-111. Остальные лётчики, летавшие на И-153, в сумме уничтожили не менее 100 вражеских самолётов. За июнь-сентябрь была потеряна абсолютно большая часть И-15 и И-153. Множество истребителей потеряли в боях, но не меньше самолётов оставили на аэродромах. Достаточно посмотреть на трофейные немецкие фотографии, чтобы понять, сколько самолётов было брошено в первые месяцы войны. Немцы захватили сотни И-153 как повреждёнными, так и полностью боеготовыми, однако в состав своих ВВС вводить их не стали даже как учебные самолёты. Не было необходимости. И все же, несколько десятков “Чаек” немцы сберегли.


В составе ВВС Черноморского флота “чайки” находились c 1939 г. и к началу войны в трех истребительных полках (8-й, 9-й и 32-й ИАП) их имелось 76 экземпляров. Несмотря на относительно большое количество первые бои с немецкими бомбардировщиками, стремившимся запереть советские корабли в гаванях, провели все же не они. Главной ударной силой моряков-истребителей был 32-й ИАП, командовал которым капитан И.С.Любимов. На вооружении полка в основном находились И-153 и И-16 разных серий, но перед войной пилотов начали переучивать на новейшие МиГ-3. За первые два месяца боёв больших побед достигнуть не удалось. Противник, в лице двух групп эскадры KG4, на вооружении которых состояли бомбардировщики Не-111Н, большую часть времени проводил за минными постановками и ведением разведки. Немецкие истребители всё это время над Крымом не появились ни разу, так как их радиус действия для этого был явно недостаточен, но и потрепать бомбардировочные группы удалось далеко не сразу. Причиной тому было позднее оповещение постами ВНОС о приближении вражеских самолётов и отсутствие радиостанций на большинстве старых истребителей. Вот и получалось, что поднявшиеся на перехват “ишаки” и МиГи вступить в бой долгое время не могли. Однако в первых числах июля нашим лётчикам наконец удалось уничтожить несколько немецких самолётов. Вечером 7 июля в районе г.Саки были сбиты два разведывательных Не-111Н, а 17 июля такая же участь постигла Do-17. Неделей позже лётчик Е.Рыжов, сидевший за штурвалом МиГ-3, тараном уничтожил разведчик Do-215 и при этом смог совершить успешную посадку на своем аэродроме. И-153 в это время занимались рутинным патрулированием вблизи военно-морских баз флота, что впрочем не помешало лётчикам 96-й ОИАЭ (6 И-153 и 8 И-15бис) открыть счет своим победам. Базируясь на юге Украины этой эскадрильи пришлось сражаться против численно превосходящих её румынских авиачастей. В сумме, против 14 советских бипланов, румыны смогли противопоставить 27 истребителей Не-112В-1 51-й и 52-й истребительных эскадрилий. Выучка наших морских лётчиков оказалась заметно выше – в бою и “чайками” 28 июня 1941 г. “хенкели” лишись двух самолётов и одного пилота, причем обе победы записал на свой счет л-т М.С.Максимов. 2-го июля был подбит ещё один румынский истребитель, севший на вынужденную посадку на советской территории и впоследствии отправленный в тыл для ремонта и испытаний.

В июле 1941 г., когда фронт пока ещё не приблизился к Крыму, морская авиация получила пополнение. В частности, на Як-1 постепенно переучились пилоты 5-й эскадрильи 8-го и 32-го ИАП, 4-я эскадрилья 9-го ИАП, а на истребители ЛаГГ-3 “пересела” 2-я эскадрилья 8-го ИАП. Это, впрочем, не означало, что более старые истребители сразу отправили на слом. Барражирование над аэродромами продолжалось, правда, без особого успеха.

Тем временем командование Юго-Западного фронта неоднократно обращалось с просьбой выделить из состава морской авиации часть самолётов для противодействия быстро продвигающимся немецким и румынским войскам, так как уже 19 августа пал Херсон, а 21-го немцы взяли Очаков. Командующий флотом адмирал Октябрьский весьма вяло реагировал на создавшуюся ситуацию, считая что бои над сушей должны вести ВВС и армейская авиация, да и матчасть в таком случае сохраняется лучше. В итоге наземные силы на некоторых участках фронта оставались без воздушного прикрытия, что было только на руку немцам. Дело поправил адмирал Кузнецов, обязавший морскую авиацию всемерно помогать сухопутным войскам, но ещё за несколько недель до этого 9-й ИАП ввязался в ожесточенные бои на юге Украины. Истребителям пришлось выступить здесь больше в роли штурмовиков, что не замедлило сказаться на количестве понесенных потерь. С 7 августа и до начала сентября полк потерял 51 самолёт и был выведен на переформирование в тыл. Действия 8-го и 32-го ИАП были в начале августа куда менее интенсивными, пока 15-го числа перехватчики не провели серию боёв с немецкими бомбардировщиками, атаковавшими объекты на полуострове. В семи схватках был сбит один Ju-88A, но и моряки потеряли один Як-1.

Чувствуя, что силы советской авиации на Черном море невелики немцы приступили к охоте за кораблями, заодно продолжив минирование фарватеров. Не особо опасаясь встретить советские истребители экипажи “хенкелей” дорого заплатили за свою беззаботность. Днём 29-го августа они потопили один корабль ценой потери двух самолётов, а в ночь на 30-е и 31-е августа истребители сбили ещё три бомбардировщика, пытавшихся минировать подходы к Евпатории и Севастополю. Это заметно охладило пыл немцев, на несколько дней прекративших налёты.

С целью усиления авиационной группировки советское верховное командование решило провести реорганизацию. В состав 51-й армии, защищавшей Крым, вошли 182-й и 247-й ИАП, с истребителями ЛаГГ-3 (18 исправных самолётов) и МиГ-3 (27 исправных самолётов). Надо отметить, что оба полка до этого летали на И-153 и новая техника была освоена недостаточно. Флот, в свою очередь, для взаимодействия в 51-й армией создал отдельную смешанную авиагруппу, получившей название Фрайдорфская (сокращенно ФАГ), по месту базирования. Собирали, как говориться, “с миру по нитке”, так что группа имела с своём составе Р-5, СБ, Р-10, МБР-2, У-2б и т.д. В числе этих машин также числились 13 И-15бис, 3 И-153 и 32 И-16 (тип 5, тип 10, тип 18, тип 24), разбросанных по разведывательным и истребительным эскадрильям. Из новой техники “фрайдорфцам” досталось всего семь Як-1 и три Ил-2. Как видно основу по прежнему составляли самолёты старых типов, но выбранная тактика их применения позволила нанести огромный урон противнику при минимальных потерях. Не ввязываясь в схватки с немецкими истребителями советские пилоты сделали упор на нанесение штурмовых ударов. В первые дни сентября советские лётчики действовали следующим образом: штурмовая группа состоявшая из И-15бис и И-153 шла на бреющем полёте, в то время как группа прикрытия находилась немного выше. От такого решения вскоре отказались, поскольку дальность обнаружения оказалась недостаточной. Тогда тактику изменили. Первыми немецкие колонны теперь атаковали пушечно-пулеметным огнем И-16, следом за ними наносили бомбовый удар бипланы. Сами немцы признавали, что потери от таких атак были весьма высоки. Иногда дело доходило до того, что зенитные батареи опасались открывать огонь чтобы самим не стать мишенью для советских самолётов. Положение немцев усугублялось ещё и тем, что спрятаться в степи было просто негде. Наилучшим образом здесь показали себя именно И-153. Старые “чайки” могли брать на борт до 150 кг мелких бомб или четыре РС-82, при этом стрелковое вооружение И-153 состояло из четырех ШКАСов. Учитывая столь опасную работу нужно отдать должное советским пилотам, так как количественно состав “чаек” не менялся ещё долгое время. На 20 сентября советская авиация располагала 39 И-153 (33 исправно) принадлежавших 96-й ОИАЭ, 8-му и 32-му ИАП. В этот же день самолёты ФАГ выполнили 144 вылета, штурмуя немецкие войска на Перекопе, чонгарском направлении и аэродром Аскания-Нова. В одном из вылетов смешанная группа из двух СБ, трёх И-153, шести И-16 и одного Як-1 была перехвачена эскадрильей Bf.109. В завязавшейся схватке был потерян всего один СБ, в то время как истребители прикрытия связали боем “мессеры”, не дав им подобраться к остальным штурмовикам.

К утру 24 сентября в составе ФАГ осталось всего 70 самолётов, из которых только 38 были боеспособны. Командование направило дополнительно 253-й ИАП и 103-й ШАП (всего 37 самолётов), только что переучившиеся с И-153 и Су-2 на ЛаГГ-3 и Ил-2. Подкрепление оказалось весьма кстати – на следующий день немецкие войска предприняли мощнейший бросок вглубь Крыма, пытаясь рассечь силы оборонявшихся и затем разбить их по частям. Советские пилоты оказали противнику ожесточенное сопротивление, причем большую часть штурмовых задач снова выполняли бипланы и И-16. На третий день боёв на помощь ФАГ была выделена 2-я эскадрилья 8-го ИАП (три И-16, три ЛаГГ-3 и десять И-153), которые 28 сентября нанесли удар по наступавшим немецким частям. 30 сентября произошло ещё три крупных воздушных боя, в ходе второго из них пять И-153, три И-15бис и восемь И-16 встретились с шестью Bf.109. Наша группа потеряла один И-15бис и два И-16.

К середине октября число И-153 сократилась до 20 и пополнить их состав было практически нечем. За это время пилоты JG77 добились существенных успехов, но похвастать большим количеством побед над “чайками” немецкие пилоты не могли. Так например 24 октября в ходе двух крупных штурмовых налетов, в которых участвовали И-153, ни одного биплана немцы не сбили, хотя они и обладали гораздо более современными истребителями. В период с 15 сентября по 30 октября наибольшие потери в воздухе понесла 96-я отдельная эскадрилья, лишившаяся трёх самолётов. Остальные потери были связаны с техническими причинами и зенитным огнём. Весьма странно в этом плане выглядел список побед знаменитого немецкого аса Вальтера Новотны, который заявил сразу о трёх сбитых “чайках” в первом же бою, где он кстати был сбит и сам.

Ноябрь 1941 г. стал последним месяцем, когда И-153 применялись в относительно больших количествах. Важнейшей задачей морской авиации стала оборона Севастополя. Для защиты города собрали все имеющиеся силы, в том числе 24 “чайки” из которых 19 находились в состоянии пригодном для полётов. Большая их часть находилась в составе 8-го и 32-го ИАП, но два истребителя числились в 11-м ШАП. Впрочем, все три авиаполка использовали И-153 преимущественно в роли штурмовиков.

1 ноября немцы начали первый штурм города. Авиация обеих сторон пыталась всячески поддержать наземные войска, при этом по массовости налётов они не уступали друг другу. В течении этого дня ВВС флота организовали удар по немецким механизированным колоннам в районе станции Альма и Бахчисарай. В нем приняли участие все И-153, три И-16, шесть Ил-2 и десять истребителей других типов. От огня с земли потерь не было, но на обратном пути “мессеры” подбили один И-16. Чтобы уменьшить время подлёта к цели штаб Luftwaffe дал разрешение перебазировать часть групп III/JG 77 и StG 77 на недавно захваченные аэродромы под Симферополем и Сарабузом. Этот шаг оказался более чем поспешным – утром 3 ноября смешанная группа из шести Ил-2 и десяти И-153 провела штурмовку аэродрома под Симферополем, заявив об уничтожении 10-12 самолётов на земле и одной четырехмоторной машины в воздухе. Немцы потерь не признали, однако истребители поспешно улетели под Сарабуз. Вечером того же дня их наведала там группа из шести И-153 и двух И-16. После штурмовки аэродрома советские истребители были атакованы шестью Bf.109, сбившие две “чайки” и один “ишак” без собственных потерь. В это же время 4-я эскадрилья 8-го ИАП, базировавшийся на аэродроме Херсонесский маяк, была привлечена для обеспечения ПВО города. Несмотря на то, что эскадрилья имела на вооружении только старые И-153, советские лётчики провели с ноября 1941 по июнь 1942 г. 432 воздушных боя, сбив 13 бомбардировщиков и 5 истребителей противника. Собственные потери оказались совсем невысокими, что в немалой степени было заслугой как пилотов, так и технического персонала. Вначале предполагалось, что прикрытие севастопольского порта будут осуществлять 4-8 истребителей, эшелонированных попарно на высотах 2000-6000 метров. Однако очень скоро выяснилось, что навести “чайки” на цели практически невозможно, поскольку истребители не имели радиостанций, а целеуказание осуществлялось путем выкладывания на земле больших белых полотнищ. Силами ремонтных бригад все И-153 получили приёмо-передающие рации, что существенно повысило их боевую эффективность. Уже 2-го ноября пилотам 8-го ИАП довелось продемонстрировать своё мастерство в полной мере. Днём немецкие бомбардировщики небольшими группами атаковали порт и город, разрушив только гражданские строения. Собственные потери оказались, по немецким меркам, весьма высоки: один Ju-88, два Не-111 (их вначале приняли за FW-200) и один гидросамолёт. Ещё один Ju-88 стал жертвой “яка” из 9-го ИАП.

В ответ на это немецкое командование решило покончить назойливыми “чайками”, спланировав 4-го ноября удар по Херсонесскому маяку. Эта акция оказалась провальной, поскольку девять Ju-88 были перехвачены на подходе к аэродрому патрульными И-153, к которым тут присоединились поднятые по тревоге остальные истребители. Советские лётчики заявили о двух сбитых и трех поврежденных Ju-88. После этого налёты до декабря не повторялись. Гораздо хуже обстояли дела с прикрытием кораблей. Истребителей явно не хватало, что позволило немцам практически безнаказанно потопить несколько грузовых судов, а также крейсер “Червона Украина”. Относительно лёгкие победы снова расслабили немецких пилотов, возобновивших вылеты без истребительного прикрытия. Наказание последовало 15-го ноября, когда два И-153 атаковали в лоб два Ju-88, сбив один из них и повредив второй. Ещё нескольких побед добились пилоты 9-го ИАП на МиГ-3.

К 25 декабря эскадрильи, у которых на вооружении оставались И-153, потеряли десять самолётов. Уцелевшие истребители частично перегнали на Кавказ (туда перелетела основная часть 32-го ИАП) или отдали в распоряжение 8-го ИАП, где их насобиралось 15 штук. Во время второго штурма Севастополя основные потери в И-153 полк понёс от огня осадной артиллерии и бомбовых ударов. Днём 2-го декабря при обстреле а.Куликово поле были тяжело повреждены три И-153, два У-2б, один КОР-1 и уничтожен один И-5. Затем, 18 декабря, немецкие бомбардировщики в ходе двух налётов повредили ещё один И-153. Таким образом, общее количество “чаек” сократилось до 10, хотя в ремонтных мастерских находилось не менее 5 самолётов.

Сведения о боевом применении И-153 в 1942 г. достаточно обрывочны и неполны. Известно, что в январе-марте на боевом дежурстве постоянно находилось 8-10 самолётов этого типа, задействованных в ПВО Севастополя. К середине апреля две “чайки” потеряли в авариях. В воздухе потерь не было, зато 8-й ИАП записал на свой счет один Не-111 и один Bf.109. Небольшая помощь приходила с “большой земли”, так что к моменту последнего штурма города в строю находилось 9 из 11 имеющихся И-153, отправленных в состав 3-й ОАГ. В первых числах июня “чайки” активно применялись для штурмовых ударов, однако силы в воздухе были явно не равны. Благодаря мастерству пилотов истребители в течении первой недели отлетали без потерь, но 9 июня во время штурмовки группа лишилась двух “чаек”, а на аэродроме были повреждены ещё три самолёта. Техникам в короткий срок удалось восстановить поврежденные машины и спустя два дня И-153 сделали 11 боевых вылетов на поддержку своих войск на земле. Обычно “чайки” вылетали в смешанных группах по 20-30 самолётов, включая истребители сопровождения, однако далеко не всегда Якам и ЛаГГам удавалось надежно прикрыть своих подопечных. Следующая потеря состоялась 16 июня, когда были сбиты три И-153, а к 20 июня в воздух подняться могли всего 4-5 самолёта. Последние бои были одиночные “чайки”, в компании с УТ-1б и У-2б, провели днем 27 июня и в ночь на 30 июня 1942 г. Их целью стали артиллерийские батареи противника, беспрерывно обстреливавшие взлетное поле, откуда в тыл вылетали транспортные ПС-84. Задачу удалось выполнить лишь частично, причем одновременно на собственном аэродроме был уничтожен один И-153. Перед рассветом два уцелевших самолёта вылетели в направлении Анапы, навсегда покидая осажденный Севастополь.


По состоянию на 22 июля 72-й САП ВВС СФ и 147-й ИАП ВВС 14-й армии располагали 28 и 34 истребителями И-153 соответственно. Из них в лётном состоянии находилось приблизительно 50 самолётов. В бой они вступили на третий день войны, когда группа “чаек” была поднята по тревоге для отражения налёта 11 немецких бомбардировщиков Ju-88 на а.Ваенга. Посты ВНОС, как и полагается, опоздали с оповещением и истребителям пришлось взлетать под бомбами. Жестокие условия, в которых пришлось действовать советским пилотам, немцев не спасли. Пилоты “чаек” действовали весьма умело, уничтожив два бомбардировщика. Отличились лейтенанты Адонкин и Плотко, причем первый из них сбил “юнкерс” реактивными снарядами РС-82. В дальнейшем бипланам, как и истребителям И-16, была поставлена задача сопровождения бомбардировщиков, но из-за низких скоростных данных их радиус действия ограничили. 27 июня была предпринята попытка комбинированного удара: пять СБ взлетели для бомбардировки аэродрома Хебуктен. До района Петсамо их прикрывала шестерка “чаек” из 3-й эскадрильи 72-го САП во главе с командиром эскадрильи капитаном Тумановым, после чего эта же шестерка должна была штурмовать аэродром Луостари. Однако низкая облачность не позволила в полной мере выполнить задание. До конца июня эскадрильи И-153 потеряли по различным причинам три самолёта, хотя немецкие и финские лётчики заявили о десятках победах над “чайками”.

В июле большую активность проявил 72-й САП, истребители которого сопровождали бомбардировщики СБ на всём маршруте до цели, а также участвовали в прикрытие кораблей СФ, осуществлявших поддержку наземных сил. Так, 8-го июля шесть бипланов провели штурмовку немецких позиций выполнив 10 атак. На отходе “чайки” были атакованы подоспевшими Bf.109E, но советским истребителям удалось избежать потерь. Контрудары немцев по аэродрому Ваенга также не принесли желаемого успеха. 17-го июля на перехват 17 бомбардировщиков и большого числа истребителей поднялись три И-15бис, три И-153 и шесть И-16. В ходе боя был сбит один Ju-87B и один Bf.109E, при этом “мессер” был сбит командиром звена И-153 Родиным. Во втором налёте против такого же числа немецких самолётов вылетели всего пять советских истребителей, и хотя сорвать бомбометание им не удалось в воздухе немцы потеряли по одному истребителю и бомбардировщику. На следующий день пилоты “чаек” сбили три Ju-88, пытавшихся атаковать советские корабли. В течении 20-25 июля немцы снова предприняли массированные налёты на Ваенгу, пытаясь уничтожить истребители на земле. На перехват вражеских бомбардировщиков поднимались смешанные группы по 15-20 истребителей, в числе которых было по 3-6 И-153. Потерь “чайки” не понесли, но и немцам они не доставили серьёзных хлопот. Как правило пилоты “юнкерсов” часто пользовались преимуществом в скорости, однако 25 июля л-ту Плотко всё же удалось сбить один Ju-88. Суммарные потери за июль составили всего два И-153.

Начало августа выдалось для ВВС СФ удачным. Утром 8-го августа над Ваенгой произошел крупный воздушный бой в котором участвовало 37 немецких и около 20 советских самолётов. Немцы потеряли 16 самолётов при потере всего двух “чаек” и одного пилота. Поняв, что Ваенгу придётся оставить в покое, немцы переключились на удары по коммуникациям и объектам в Мурманске. Несколько больших налётов было проведено 13, 15 и 22-го августа. Ответными действиями 72-го САП были уничтожены два вражеских бомбардировщика и пять истребителей. Собственные потери составили три И-153 и один МиГ-3. В последних августовских боях пилоты “чаек” побед не добились, но позволили более скоростным И-16 и МиГ-3 сбить три “мессера” и один Hs-126.

Сентябрь 1941 г. стал для пилотов И-153 наиболее трудным. В течении месяца эскадрильи потеряли восемь () самолётов этого типа. Большей частью “чайкам” пришлось сражаться с Bf.109E, вылетавшими на “свободную охоту”, или сопровождавшими бомбардировщики. В то же время пилоты И-153 заявили об уничтожении двух вражеских истребителей.

С наступлением холодов активность авиации с обеих сторон резко пошла на убыль. Причиной тому стали ухудшившиеся погодные условия. И-153 в этот период большей частью занимались штурмовками немецких позиций, потеряв за октябрь-декабрь всего четыре самолёта.


Совсем по-другому разворачивались события на центральных участках советско-германского фронта. Полки, оснащенные И-153, понесли ощутимые потери и в подавляющем большинстве были отправлены на переформирование в тыл. К ноябрю 1941 года на московском направлении “Чайки” были уже редкими гостями. И-153 мог выжить в схватке с Bf.109E только благодаря высокой выучке пилота. Примеров рационального использования немногих преимуществ много. Так, 28 июля 1941 года две “Чайки” из 29-го ИАП встретились с четверкой “мессеров”, умело маневрируя советские истребители сбили три вражеских самолёта и ещё один – вероятно. После обследования места боя были найдены обломки всех четырех Bf.109. Выходит, И-153 не был устаревшим и малопригодным самолётом, однако далеко не все пилоты ВВС РККА имели высокие показатели в лётном мастерстве и меткости. Следует признать, что в 1941-1942 гг. финны и немцы вполне могли сбить в одном бою 5-6 Чаек, да и общие потери в этот период использования были очень высоки. С августа И-153 начали постепенно переводить в систему ПВО и штурмовые полки, где они и оставались вплоть до самого списания. Первыми обзавелась И-153 ПВО Ленинграда. К началу 1942 года истребители находись на вооружении 3, 4-го и 10-го гвардейских ИАП, хотя вскоре они были заменены на Як-1, а немногие уцелевшие самолёты переданы в другие подразделения. В итоге, за полгода боёв, 7-ой ИАК потерял 33 истребителя И-153, сохранив на начало 1942 года только 5 “Чаек”.

Осенью 1941 года “Чайки” приняли участие в отражении налётов на Москву. 6-й ИАК располагал 94 самолётами этого типа, но уже к декабрю в корпусе осталось всего 11 И-153. Многие, наверное, помнят о подвиге лётчика Талалихина, тараном уничтожившего немецкий бомбардировщик в небе Москвы. Не приуменьшая заслуг других советских пилотов непонятным остается одно – какова же была боевая выучка этого лётчика, если он, израсходовав весь боезапас по одному самолёту, пошел на таран. Больших успехом пилоты И-153 в ночных боях так и не достигли.


Постепенно заменяясь на более новые Яки и ЛаГГи истребители Поликарпова стали отсылаться на менее грозные участки фронта. Под Баку к лету 1942 года их собралось несколько сотен. К примеру, 8-й ИАК из 266 самолётов имел 144 И-153. Как истребители объектовой ПВО они себя оправдали, не раз отражая атаки немецких бомбардировщиков, при этом пилоты И-153 не брезговали применением реактивных снарядов против самолётов врага. В одном из таких эпизодов комиссар 738-го ИАП И.И.Сербин уничтожил с помощью РС бомбардировщик Не-111, после чего сбил второй из пулеметов. Активно использовали И-153 и как штурмовики. Мера эта была вынужденной и эскадрильи “Чаек” понесли тяжелые потери. К декабрю 1942 года у баку находилось около 20 И-153 в летном состоянии и 80 числились в запасе. На начало 1944 года в ВВС ещё числилось около 200 И-153. Сохранившиеся истребители использовали в качестве учебных самолётов, а последний И-153 (из состава авиации КБФ) был списан только 1 октября 1945 года.


В середине 1942 года ВВС Финляндии купили у Германии девять И-153, прибавив их к восьми трофейным самолётам, захваченным во время Зимней Войны и в первом полугодие боёв в 1941 году. О боевых подвигах и неимоверном количестве побед немецких асов мы наслышаны. В современных авиационных изданиях можно без проблем найти списки побед Luftwaffe на Восточном фронте. Не отставали от них и финны. С 25 июня 1941 года по январь 1943 года финские пилоты записали на свои счета не менее 80 “Чаек” в победах над которыми они не сомневались, и примерно столько же были повреждены или же победы над советскими И-153 засчитаны не были. Даже учитывая тот факт, что за 1941-1942 гг. произошла ротация и частичная замена истребительных и штурмовых эскадрилий (на Северном Фронте с середины 1941 года воевали 71, 155, 195, 197 ИАП, а также 6 и 65 ШАП, оснащенные истребителями И-16, И-15бис и И-153) финские пилоты, в общем, добились практически полного уничтожения “Чаек”. Правда, если учесть ещё небоевые потери, самолёты подлежавшие списанию и потерянные в результате переучивания, то уже к середине 1943 года над советско-финском летать И-153 были не должны. Вот характерные примеры боёв, в которых противниками “Чайки” выступали французские MS.406, американские B-239 “Bufallo” и Curtiss H-75 (бывшие норвежские), итальянские Fiat G.50 и Fokker D.XXI финской постройки :

- 09.07.41 г. 12 В-339 из LLv 24 провели 10-минутный бой с 15 И-13, сбив восемь и тяжело повредив четыре советских самолёта без потерь со своей стороны

- 12.08.41 г. та же финская группа, но уже из шести самолётов схватилась с приблизительно 20 И-153, которые штурмовали финские войска на Карельском перешейке, и уничтожили 9 из них

- 13.08.41 г. истребители Fiat G.50 из LLv 26 перехватили и полностью уничтожили группу из 9 “Чаек” из 195-го и 197-го ИАП

- 3.09.41 г. в серии боёв советские ВВС недосчитались, в общей сложности, десяти И-153, сбитых пилотами G.50 и Н-75, последние всемером дрались против большой группы вражеских истребителей и за 19 минут боя записали в уничтоженные семь “Чаек”.

- 28.03.42 г. стало днём “полного разгрома” И-153. Примерно в 08:30 звено финских истребителей из LLv 26 встретились с десятью “Чайками” из 71-го ИАП и сбили пять самолётов. Затем 12 Н-75 из состава 3\LLv 32 вступили в бой 29 советскими истребителями из 11-го и 71-го ИАП, уничтожив ходе 20-минутного, по заявлениям пилотов, 10 из них. Таким образом, было потеряно 15 “Чаек” за один день без ущерба для финнов ! Советская сторона признало потерю лишь восьми истребителей (шесть И-153, один И-16 и один И-15бис), что выглядит более правдоподобно.

Как видим, бои происходили при абсолютном большинстве ВВС РККА, что совсем не смущало финских асов, с удовольствием вступавших в сражения со “сталинскими соколами”. Всего, до 31 декабря 1941 года, истребители ВВС Финляндии заявили о 307 уничтоженных вражеских при собственных потерях в 11 машин ! То есть, финские асы настреляли почти в 30 раз больше самолётов, чем потеряли сами. С такими темпами можно было полностью уничтожить советскую авиацию в районе Северного Фронта, ведь финнами отлично сбивались ленд-лизовские “Hurricane” Mk.II, советские И-16, ЛаГГ-3, Пе-2, СБ…

Список можно продолжать долго, но этого, почему-то, не произошло. Пополнять парк И-153 было нечем, однако старые истребители продолжали совершать боевые вылеты вплоть до мая 1943 года. Между тем, пилоты “Чаек”, доставшихся Финляндии в качестве трофеев, не могли похвастать громкими победами. Уступая в скорости другим финским истребителям И-153 применялись для патрулирования и ведения разведки на переднем краю фронта. Иногда их использовали и как перехватчики, но больших успехов здесь достичь не удалось. На счету “вражеских” И-153 записан один СБ, два И-16, один И-153, один Р-39 и одна летающая лодка МБР-2, сожженная на льду замерзшего озера. Финны лишились четырех самолётов в боях и пять разбили в авариях. В боях с советскими же И-153 и И-16 количество сбитых и потерянных самолётов было равным – 3:3...



Источники:
В.Н.Шунков "Красная Армия". Москва. АСТ \ Минск. Харвест. 2003
М.Морозов "Воздушная битва за Севастополь 1941-1942". Москва. ЭКСМО\Яуза. 2007


Тактико-технические данные истребителя И-153 обр.1939 года :

Длина – 6,18 м
Размах крыла – 10,00 \ 7,50 м
Площадь крыла – 22,10 м.кв.
Высота - 3,00 м
Вес пустого – 1348 кг
Вес взлётный (норм.) – 1765 кг
Вес взлётный (макс.) – 1859 кг
Скорость максимальная – 426 км\ч
Скорость у земли – 366 км\ч
Скорость крейсерская –
Скороподъёмность - 910 м\мин
Дальность – 740 км
Потолок – 11000 метров
Двигатель – один радиальный М-62, воздушного охлаждения, мощностью 800 л.с.
Вооружение - четыре 7.62-мм пулемета ШКАС (2500 патронов)
Бомбовая нагрузка - до 200 кг мелких бомб или 8 ракет РС-82


ВНИМАНИЕ
Все права на текстовые материалы принадлежат администрации сайта Aviarmor.
Перепечатка и использование возможны только с письменного разрешения администрации
или при наличии активной ссылки на этот сайт.
©2014 www.aviarmor.net