И-15бис (лето 1939 г., Монголия)

Поликарпов И-15бис "Чиж"

Истребитель - штурмовик


Дважды против финнов
Война с Финляндией, 1939-1943 гг.


Так уж получилось, что подробных сведений о боевой работе И-15бис сохранилось очень немного. До недавнего времени были доступны только сухие цифры отчетности по округам и книги-воспоминания, написанные участниками советско-финской и Великой Отечественной войны, но в последние годы появилось несколько публикаций, раскрывающих эту тему более широко. Впрочем, самой героической страницей в истории "бисов" стала оборона Крыма и Севастополя.


Оборона Крыма и Севастополя
1941-1942 гг.


По состоянию на 22 июня 1941 года ВВС Черноморского флота насчитывали 364 самолёта 11 различных типов, начиная от "древних" КР-1 и заканчивая недавно освоенными МиГ-3. Как можно догадаться, основную истребительной группировки составляли И-153 (52 ед.) и И-16 (83 ед.), в то время как бомбардировочная включала ДБ-3 (71 ед.) и СБ (58 ед.) различных модификаций. На этом фоне количественный состав "бисов" смотрелся совсем не впечатляюще – всего 37 машин, но именно им пришлось вынести тяжесть боёв первых месяцев войны, когда штурмовой авиации катастрофически не хватало. По соединениям истребители И-15бис были распределены так:


93-я истребительная эскадрилья – 15 (в начале 1941 года выделена из состава 8-го ИАП, бывшая 5-я эскадрилья);

8-й истребительный авиаполк – 9 (новая 5-я эскадрилья сформирована в начале 1941 года и первоначально имела на оснащении 7 "бисов");

32-й истребительный авиаполк – 3;

3-й учебно-резервный авиаполк – 10.


Процесс переформирования авиационных частей шел не столь быстрыми темпами, как это планировалось, поэтому некоторые авиаполки имели некомплект пилотов. Ситуация в скором времени была исправлена, однако за массовость пришлось расплачиваться невысокой подготовкой лётчиков-истребителей. Около 60% вновь прибывших пилотов до этого окончили аэроклубы и 5-месячные курсы Серпуховской военной школы, где их налёт на истребителях И-15бис составил около 7 часов (!). В течении следующих двух месяцев состав авиации ЧФ сильно изменился. Появилось достаточно много самолётов новых типов, но число бомбардировщиков сильно сократилось из-за больших потерь от противодействия противника.


Первый месяц войны прошел для "бисов" весьма спокойно. Фронт был тогда ещё далеко, а появлявшиеся над Крымом немецкие самолёты перехватывались более современными "мигами", "ишаками" и "чайками". Впрочем, очень скоро затишье закончилось – прорвав Южный фронт вермахт к началу сентября вышел к Перекопу, где находившиеся советские войска оказались не готовы к такому внезапному появлению противника. Положение осложнялось тем фактом, что командующие сухопутными войсками и флотом никак не могли поделить зоны ответственности. Относительно авиации командующий ЧФ адмирал Ф.С.Октябрьский считал, что его самолёты должны заниматься только свойственными им задачами – то есть, прикрывать крымские базы с воздуха и бороться с кораблями противника. Но самым трагичным было не это – недавно назначенный командующим 51-й армии генерал-полковник Ф.И.Кузнецов (до этого, в июне-июле 1941 года, успевшего "отличиться" в Прибалтике) плохо владел обстановкой и не понимал специфики современных боевых действий. Но главное – оба командующих не видели угрозы, шедшей к ним со стороны Перекопа, и готовились к отражению морских десантов. Осознание того, что в это время немцы, при активном содействии эскадр KG27 и JG77, могут прорвать непрочную линию обороны на очень узком перешейке пришло к ним слишком поздно.


Как говориться, "жареный петух" клюнул 14-го сентября, когда немецкая авиация приступила к бомбардировкам объекта внутри полуострова. В этот же день, под прямым давление из Москвы, командующий ВВС ЧФ В.А.Русаков отдал приказ о создании авиационной группы для непосредственного взаимодействия с частями 51-й армии. В состав этого соединения, названной в соответствии с названием главной базы Фрайдорфской (ФАГ), включили пять истребительных, одну ночную бомбардировочную и частично две морские разведывательные эскадрильи. В общей сложности удалось собрать 32 И-16, 13 И-15бис, 3 И-153, 7 Як-1, 12 МБР-2 и 9 У-2б. Кроме того, Фрайдорфская группа получила 70-ю отдельную разведывательную эскадрилью (по два СБ и Р-5, а также один Р-10) и часть 46-й отдельной штурмовой эскадрильи с тремя Ил-2. Столь сильная "разношерстность" авиационного парка сильно влияла на эксплуатационную надежность используемых самолётов. Поддерживать более 10 типов машин в боеспособном состоянии было очень трудно и часть из них впоследствии пришлось разобрать.

Учитывая относительно невысокую активность немецких "мессеров" и недостаток бомбардировщиков главной задачей для советских истребителей стала штурмовка войск противника. Как правило, вылеты проводились крупными группами смешанного состава. При этом, весьма действенную роль играли именно "бисы", которые огнем четырех своих пулеметов эффективно "работали" по автоколоннам и не укрывшейся пехоте. Вот как описывает первый боевой вылет, сделанный пилотами ФАГР 16-го сентября, командир 3-й эскадрильи 32-го иап К.Д.Денисов:


"В 9.20 даю команду на вылет. Поднялись в воздух 4 И-16 и 12 И-15бис. Над аэродромом Аткачи-Бузав к нам пристрои­лась группа прикрытия. Держу курс на Новотроицкое, думаю, что если там подходящую цель не обнаружим, то в районе Аскания-Нова она будет наверняка. Но что такое: пройдя Сиваш и оставив справа Новомихайловку, увидел у горизонта стелющуюся по земле полосу пыли. «Да это же движется колонна!» Немедленно даю сигнал приготовиться к атаке.

Группа Войтенко быстро перестроилась в цепочку, и как только мы с Ручкиным прошлись по колонне пулеметно-пушечным огнем, ее последовательно атаковали самолеты ударной группы. Положив машину в мелкий вираж, я увидел, что удар был точным: вспыхнуло несколько автомашин, замерли на месте зажатые между ними танки, в панике стали разбегаться по сторонам гитлеровцы. Ну, теперь второй заход! Пригвоздить фашистов к земле пулеметными очередями. Еще несколько минут – и уходим от цели, оглядываясь на чадящие внизу многочисленные костры.

Отошли организованно, не встретив противодействия воздушного противника, явно не ожидавшего дерзкого дневного налета. А уже в районе аэродрома я увидел, как ведущий группы прикрытия Д. Е. Нихамин, перед тем как увести ее на свою точку, показал мне большой палец – знак, не требующий разъяснения. Ясно: отработали отлично, первый групповой вылет на штурмовку принес успех.

После короткого отдыха и подготовки самолетов к вылету мы нанесли удар по войскам противника, теперь уже в районе железнодорожной станции Сальково, что севернее Чонгарского моста. На этот раз экипажи действовали более уверенно и слаженно, атаки оказались даже при беглом взгляде с борта самолета еще эффективнее, что подтвердила и поступившая в тот же вечер телеграмма в адрес командира Фрайдорфской авиагруппы от командира 276-й стрелковой дивизии: «Молодцы летчики, после их успешных штурмовых действий наши войска перешли в контрнаступление и овладели станцией Сальково"


Всего за эти сутки лётчики ФАГР выполнили 56 вылетов, из которых 30 пришлось на долю "штурмовиков", без потерь со своей стороны, хотя немцы заявили себе две победы над И-16.

Во второй день немецкого наступления "бисы" и "ишаки" выполнили уже четыре налёта на штурмовку войск противника в сопровождении групп истребителей (всего 96 вылетов). Как и в предыдущий раз "первую скрипку" тут сыграли И-15бис из состава 3-й эскадрильи 8-го иап. Бомбовая нагрузка была смешанной – самолёты несли четыре осколочные бомбы АО-25 или по две АО-25 и ФАБ-50. Как правило "бисы" с первого захода осуществляли бомбометание, а в следующих "поливали" растянувшиеся колонны немецких войск пулеметным огнем, нанося противнику очень чувствительные потери прежде всего в небронированной технике, что снижало темпы настйпления.

Противодействие со стороны люфтваффе было минимальным, что являлось нехваткой самолётов для прикрытия немцами достаточно широкого участка фронта. Единственный воздушный бой состоялся только в районе Чаплинки, где штурмовая группа встретилась с несколькими Bf.109F из состава III.\JG77. Результат боя 17-го сентября оказался ничейным – каждая из сторон записала себе по одному сбитому истребителю, но "бисы" потерь не понесли.

Первый из "бисов" был потерян в боевой обстановке только 19-го сентября. В этот день люфтваффе увеличили количество самолёто-вылетов, прежде всего, задействовав обе группы JG77, недавно перебазировавшихся на а.Чаплинка. После очередного вылета на штурмовку был подбит и совершил вынужденную посадку в степи И-15бис пилота Урядникова. Всего же за сутки советская сторона потеряла два истребителя вместе с пилотами, но в ходе авиаударов по территории занятой немцами удалось уничтожить 10 орудий и 24 автомашина, а в воздушном бою сбить один Не-111Н и два Bf.109F (немцы этот факт не подтверждают, так что не исключено, что все три самолёта получили тяжелые повреждения).

На пятые сутки упорных боёв (20-го сентября) ФАГР совершила 144 боевых вылета против 139 за прошлый день. Основными целями стали вторые эшелоны войск противника на перекопском и чонгарском направлениях. В тот же день группой из 15 самолётов (девять И-15бис, три И-16 и три Ил-2) был предпринят налёт на аэродром Аскания-Нова. Советские пилоты доложили о трех поврежденных "мессерах", но в немецких отчетах упоминания об использовании этого аэродрома истребительной авиацией отсутствуют. Возможно, ошибка заключалась в определении типа атакуемых самолётов. К этому времени в составе ФАГР числилось 10 И-15бис дислоцированных на а.Кучук-Кабано – все находились в боеспособном состоянии, в чем была немалая заслуга обслуживающего персонала. Ещё пять "бисов" из 93-й эскадрильи прикрывали керченское направление.

Наличие JG77 в непосредственной близости от линии фронта беспокоило командование ВВС ЧФ не меньше, чем попытка прорыва немецких войск через Перекоп. Несмотря на сложную обстановку днем 21-го сентября был спланирован мощный налёт на Чаплинку, где по данным разведки было сосредоточено до 30 самолётов противника. В 15:00 с советских аэродромов поднялась штурмовая группа в составе 10 "бисов", три Ил-2 и две "чайки". В качестве прикрытия им выделили 13 И-16 и 3 Як-1. Эффективность рейда оказалась небольшой в виду наличия в воздухе большого количества групп "мессеров", которым удалось связать боем группу прикрытия. Дальнейший полёт к цели штурмовики выполняли самостоятельно и после нанесения удара по аэродрому их сразу же атаковало 12 немецких истребителей. Результаты этого боя для "бисов" оказались очень тяжелыми – было сбито три и повреждено ещё два самолёта, совершивших вынужденные посадки в степи. Лётчик Андриянов был тяжело ранен, а Рожкову и Груздеву удалось покинуть с парашютом горящие машины и вернуться в часть. Ещё одной неприятностью стало ранение командира 3-й эскадрильи 8-го иап Денисова, после которого лётчика пришлось отправить в госпиталь.

Несмотря на столь тяжелые потери за счет самолётов вернувшихся из ремонта, удавалось поддерживать количественный состав ФАГР на приемлемом уровне. Относительно И-15бис имеются сведения, что на 24-е сентября имелось 8 боеспособных машин из 9 в наличии. Число вылетов также снизилось, но советские пилоты делали всё возможное, чтобы задержать немцев и дать возможность своим войска произвести перегруппировку. В течении этих суток "бисы" выполнили не менее четырех налётов. Вначале, около 10:50, восемь И-15бис бомбили и штурмовали одну 150-мм батарею, в 14.05 пять флотских И-15бис штурмовали войска в районе совхоза "Червонный чабан", а в 18:26 шесть И-15бис атаковали аэродром в Чаплинке, причем докладывали об уничтожении на земле трех Не-111 и повреждении одного в воздушном бою. В ходе последнего вылета, около 18:30, над линей фронта штурмовую группу попытались перехватить восемь "мессеров". Пилотам "бисов" не оставалось ничего другого, кроме как вступить в воздушный бой и в завязавшейся "карусели" они показали себя более чем достойно. Помощь им оказали истребители прикрытия в составе пяти И-16 и трех Як-1, что позволило не только избежать потерь, но и самим нанести урон противнику. По донесению советских лётчиков, командир группы прикрытия Михаил Авдеев сбил в этом бою два Bf.109F, другие пилоты "яков" – Филатов и Аллахвердов, а также летчик Петухов на И-16 – по одному. Немецкая сторона таких потерь не признаёт, что впрочем, не удивительно.

Более трагично развивались события 25-го сентября. Немцам к тому времени уже удалось прорвать советскую оборону и устремиться внутрь полуострова. На штурмовку большей частью вылетали более новые самолёты, но в 16:00 для удара по с\х "Червоный чабан" в воздух подняли семь "штурмовиков" И-15бис и один И-153 в сопровождении тринадцати И-16 и трех Як-1. Из-за навигационной ошибки заместитель командира 3-й эскадрильи старший лейтенант Войтенко сделал один заход над Армянском, перепутав его с совхозом, но дальше полёт прошел более гладко и над Перекопом штурмовка прошла успешно. На обратном пути группа была атакована "мессерами", правда, без какого-либо успеха (советская сторона заявила об уничтожении одного истребителя). А буквально через час пилотам "бисов" представилась нечастая возможность попробовать себя в роли истребителей сопровождения. Вместе с тремя ЛаГГ-3 в 18:07 они вылетели для прикрытия пяти Ил-2 и, в состоявшемся бою с истребителями противника, им удалось сбить один "мессер". Немецкие документы подтверждаю потерю лишь одного Bf.109E-4 из штабного звена II.\JG77.

Крайне неудачно прошел налёт "бисов" на "Червоный чабан" 27-го сентября. Около 10:50 семь И-15бис были атакованы большой группой "мессеров" и вновь понесли чувствительные потери. Истребителям прикрытия, в составе шести И-16 и двух Як-1, связать боев численно превосходящего противника не удалось, в результате чего двум горящим "бисам" пришлось садится на своей территории, а остальные сбросили бомбы не доходя до цели. Единственным утешением стало уничтожение одного Bf.109, победу над которым разделили хотя пилоты "ишаков" Петухов и Ермаков.

В очередной раз пилоты "бисов" проявили героизм 28-го сентября, когда обе стороны старались активно поддержать авиацией свои наземные войска. Днем на головы немцев отбомбились 21 Пе-2, 15 И-153, 10 И-16, 5 И-15бис и 4 Ил-2 из состава авиации флота. Примерно в это же время ещё одна группа самолётов, выделенных для прикрытия 51-й армии, подверглась атаке "мессеров" и понесла потери. Немцам удалось сбить по одному И-16 и И-15бис, пилоты которых погибли. Отдельно стоит отметить подвиг лётчика Соколова, который предпочел не прыгать с парашютом над территорией противника, а направил горящий "бис" на скопление немецкой техники.

В течении пяти суток напряженных боёв обе стороны понесли существенные потери, прежде всего в бомбардировщиках, и перешли к бом местного значения, отказавшись от действия "по площадям". К этому времени на территории Крыма был создан 1-й иап, укомплектованный "безлошадными" пилотами из других подразделений. Понятно, что новой техники для него не нашлось, поэтому на 29-е сентября в его составе числилось всего 18 истребителей И-16 и И-15бис, из которых 12 были боеспособны. Численное увеличение сказалось и на интенсивности боевой работы. В течении 30-го сентября было сделано 200 вылетов (66 – ФАГР и 87 ВВС 51-й армии), большей частью истребителями. В первой половине дня штурмовое соединение ФАГ, в составе пяти И-153, трех И-15бис и восьми И-16, вступила в бой с шестью Bf-109. Победа осталась за немцами, сбившими один "бис" летчика Хватова. Вообще этот день оказался одним из наиболее ярких на донесения о победах – если верить заявкам пилотов, то после трех воздушных боёв соотношение было 11:5 в пользу немецкой стороны. На самом деле огня ПВО было потеряно два И-16 и по одному ЛаГГ-3 и МиГ-3, а в воздушных боях были сбиты два Пе-2 и уже упоминавшийся "бис". Ещё два "ишака" столкнулись в воздухе, без вести пропали по одному ЛаГГ-3 и МиГ-3. Так что в целом немцы были правы, но реально количество побед немецкими лётчиками было завышено в 3 раза. Собственные потери, оцененные советской стороной в пять "мессеров", немцы отвергают, засчитав только гибель унтер-офицера Юлиуса Дите и катастрофу Bf.109 Е-7 из 1 (J)/LG 2 унтер-офицера Карла Ференца.

Не сумев задержать противника советские войска начали отступление вглубь Крыма, которое местами переходило в спонтанное бегство. Отчасти этому способствовало потеря командованием 51-й армии управления своими войсками и недоговоренность о совместных действиях с флотом. Итог этих действий (а точнее говоря - бездействия) не заставил себя долго ждать.

После прорыва оборонительных позиций на Перекопе вермахт временно снизил темп наступления – каким бы успешным оно не было, потери в людях и технике оказались значительными. Авиация действовала не менее более эффективно. Пилоты эскадры JG77 за всё время наступления записали на свои счета 119 побед, что примерно соответствовало 1\3 от всего состава советской авиации дислоцированной в Крыму, при утрате всего 7 своих самолётов. Дельнейший успех развить не удалось в связи с приказом перебазироваться в Южную Украину, где развивалось наступление на Ростов.

Таким образом, советская сторона получало преимущество в воздухе, но в достаточной мере реализовать его удалось далеко не сразу. Начиная с 1-го октября наибольшую активность проявляли немецкий бомбардировщики, помимо объектов в прифронтовой полосе атаковавшие Симферополь и крымские аэродромы. Количество воздушных боёв резко пошло на убыль и главную роль стала играть теперь зенитная артиллерия. Впрочем, в течении 10-12 октября от противодействия истребителей противника, советская сторона потеряла три Пе-2, а также по одному Ил-2, МиГ-3 и И-15бис, наносившими штурмовые удары. Из-за скудного комплекта запасных частей многие истребители простаивали на ремонте по нескольку месяцев, другие приходилось списывать. Относительно "бисов" ситуация сложилась не самая оптимистичная. На 18-е октября в составе ФАГР и 93-й оиаэ осталось по 3 самолёта этого типа (все боеспособны). Из-за сокращения количества "бисов" их частично стали заменять ещё более старыми истребителями И-5, прошедшими капитальный ремонт и вновь возвращенными в строй в качестве легких штурмовиков. Будет излишним говорить, что замена была неравноценная – "пятерка" вооружалась всего двумя пулеметами ШКАС и могла нести только 50 кг бомб. В совокупности с низкой максимальной скоростью, редко доходившей до 260-270 км\ч, это делало И-5 прекрасной целью, как для зениток, так и для "месеров", но на практике пилоты освоившие этот самолёт показали не худший результат.


В ходе последнего, третьего штурма Севастополя (с 21 мая по 1 июля 1942 года), боевых потерь среди "бисов" не было. Один из первых совместных вылетов состоялся 20-го октября. Тогда около 14:30 скопление немецких войск южнее Ишуни атаковало 2 И-16 СПБ, 1 Ил-2, 17 И-5 и 2 И-15бис, которых сопровождали 17 И-16 и 2 Як-1. Что в это время делали пилоты JG77 осталось невыясненным, но немецкие истребители над полем боя так и не появились. Успешно проштурмовав позиции противника советская группа вернулась назад, потеряв от огня с земли всего один И-5. По всей видимости получив "взбучку" от наземного командования "мессеры" вновь активизировались и уже 22-го октября им удалось сбить три Пе-2, два И-16 и по одному Ил-2, "чайке" и "бису".

В течении 23-29 октября в воздушных боях И-15бис не участвовали, в силу совей малочисленности проведя большую часть времени на земле. За это время было принято решение расформировать ФАГр, а оставшиеся самолёты направить на аэродромы Чоргунь и Бельбек под Севастополем. Первая фаза битвы за Крым подходила к завершающей стадии – впереди был штурм порта войсками Манштейна, решившего взять город русской славы с ходу. Вместо Фрайдорфской авиагруппы в начале 1942 года была сформирована новая, на основе имевшейся материальной части авиаполков и отдельных эскадрилий. А пока самолёты летали в составе своих соединений и были приписаны к Севастопольскому оборонительному району (СОР).

В период первого штурма И-15бис помощи войскам оказать не смогли. К 7 ноября три уцелевших "биса" перебазировались в Чоргунь, но уже спустя две недели, в силу высокого износа конструкции, их пришлось отправить на долговременный ремонт. В отчете о боевой деятельности ВВС ЧФ в период с 22 октября по 22 ноября общие потери, включая небоевые, оцениваются в 104 самолёта. Относительно И-15бис можно сказать, что с 9-го сентября по 22-е ноября уничтоженными числятся 14 "бисов". Таким образом, в сводке о боевом и численном составе авиации СОР, поданной 25-го ноября 1941 года, ни один из "бисов" вообще не указывается.

Второй штурм, начавшийся 17-го декабря, должен был положить конец советскому присутствию в Крыму и немцы подготовились к новой операции очень тщательно, хотя и в значительной степени переоценили свои силы. Так, немецкому командованию не удалось собрать мощную авиационную группировку – всего было выделено около 120 самолётов различных типов, включая 85 бомбардировщиков Ju-87B, Ju-88A и Не-111Н. Советская сторона, согласно отчету на 19 ноября, обладала ещё меньшими силами; 4 штурмовика Ил-2, пять бомбардировщиков Пе-2 и ДБ-3, а также 24 истребителя. Правда, в 20-й ремонтной мастерсокй находилось ещё 35 самолётов, включая четыре "биса".

В результате ожесточенных боёв немецким войскам удалось продвинуться на несколько километров и захватить ряд населенных пунктов, однако конечная цель достигнута не была. Кульминацией второго штурма Севастополя пришлась на 29-30 декабря. В эти дни они предприняли последние мощные атаки, которые были отбиты с помощью кораблей ЧФ – достаточно сказать, что вошедшие тем же утром в Северную бухту линкор "Парижская коммуна" и крейсер "Молотов" выпустили по противнику с дистанции около 3-х километров 179 305-мм, 204 180-мм и 205 120-мм снарядов, буквально смешав наземные силы противника с землей. Авиация с обеих сторон действовала менее интенсивно. Авиагруппа СОРа к тому времени понесла значительные потери, а командование IV авиакорпуса люфтваффе, не видя дальнейшего смысла в бесплодных атаках на Севастопольские укрепления, перенесло акцент на другие участки советско-германского фронта.

За этот период СОР получил очень скромные подкрепления. В ночь на 20-е ноября из Анапы перелетили три Ил-2, три Пе-2 и семь Як-1. Также, утром 29-го декабря на а.Куликово поле перелетела с Кавказа 3-я эскадрилья 3-го иап под командованием капитана Ф.Кожевникова в составе восьми истребителей И-15бис, которую планировалось использовать в штурмовом варианте. Полученные самолёты были сильно изношены и в боевых вылетах принимали участие редко, однако в суммарной сводке за январь полностью списанными значатся четыре "биса", один из которых был разбит из-за отказа материальной части 23-го января. Далее, вплоть до 22-го апреля, потерь не имелось, а техническому персоналу постоянно удавалось поддерживать в боеспособном состоянии 7-8 И-15бис.

В завершении стоит отметить, что в ходе двух штурмов люфтваффе так и не смогли завоевать превосходство в воздухе, даже несмотря на количественный и качественный перевес. Советская авиация понесшая большие, но отнюдь не катастрофические потери, продолжала активно действовать не только по переднему краю фронта, но и совершать дерзкие налёты на дальние аэродромы.


Не сумев сломить сопротивление защитников Севастополя немецкое командование перешло к тактике "воздушного терроризма" и охоте за кораблями, доставлявшими пополнение в осажденный город. Испытывая острую нехватку в истребителях для защиты от волн бомбардировщиков использовали "штурмовые" И-15бис, хотя и без особого успеха. Например, 21-го марта на перехват трех Ju-88A из III.KG/51 и двух Bf.109F из JG77 поднялась дежурная пара "бисов". Используя преимущество в скорости противник совершил прицельное бомбометание и быстро покинул район действия советских истребителей, не вступая в воздушный бой.

Совершенно неожиданным оказался удар немецкой авиации по аэродрому Туапсе, удаленному от Севастополя на 450 км. Для защиты этого города из состава ВВС ЧФ выделили всего 6 И-16 и 3 И-15бис. Около 16:00 над Туапсе появилось девять Ju-88A удачно сбросивших бомбы на портовые сооружения. Были потоплены минный заградитель "Островский", гидрографическое судно ГС-13 и портовый катер. Получили серьезные повреждения подводные лодки С-33 и Д-5. В этот раз советские истребители вообще не смогли оказать никакого противодействия противнику.

В течении апреля-мая немногочисленные "бисы" периодически привлекались для патрулирования. В этот период немцы в очередной раз решили ликвидировать базы советской авиации, главной из которых являлся аэродром Херсонесский маяк. Как известно, безнаказанность расслабляет и расплата не заставила себя долго ждать. В ходе очередного налёта, проведённого 20-го мая, к цели подошли десять Ju-88А и одиннадцать Не-111Н в сопровождении шести Bf.109F. Рассчитывая на удачу немцы пропустили атаку советских истребителей – ценой потери одного Як-1 удалось сбить два "юнкерса" и один "мессер". Правда, своя зенитная артиллерия слишком перестаралась, "прихватив" по ошибке И-153 старшего лейтенанта Ципапыгина. В этом бою наконец-таки отличились "бисы" – лейтенанты Коптапуло и Доросян совместными усилиями сбили Ju-88A. Учтя горький опыт немецкое командование изменило тактику, став посылать на бомбардировку Севастополя небольшие группы бомбардировщиков с периодом около 1,5 часов. В боях с воздушными пиратами приняли участие в общей сложности семь Як-1, четыре И-153 и по паре МиГ-3 и И-15бис.

Следующий крупный налет на аэродром Херсонесский маяк состоялся 26-го мая: 23 "юнкерса" и "хейнкеля" в сопровождении 12 "мессершмиттов" сбросили на летное поле 230 бомб, из которых в пределах аэродрома взорвалось лишь 30. Эффект от бомбардировки оказался незначительным (пострадало всего пять самолётов), при этом советские истребители претендуют на один "юнкерс" и два "мессера". Собственные потери составили один И-15бис старшего лейтенанта Васильева, который был подбит и разбился при приземлении. В этот же период Севастопольская авиагруппа официально получила название 3-й особой авиационной группы (ОАГ).


Тем временем начался третий, и последний штурм Севастополя. Немцы предприняли массированное наступление утром 7-го июня 1942 года, имея подавляющее превосходство в танках и авиации. Советское командование, прекрасно понимая бесперспективность воздушных боёв с количественно превосходящим противником, сосредоточило усилия на поддержке наземных войск. В итоге, начиная с 10-го июня, после долгого перерыва пилотам "бисов" вновь довелось участвовать в штурмовых налётах. В тот день на штурмовку вылетели два И-153 и один И-15бис, в сопровождении девяти И-16 и двух ЛаГГ-3, не добившись большого эффекта. На следующий день, оказывая поддержку Чапаевской дивизии, самолётами 3-й ОАГ было сделано более 70 самолёто-вылетов (15 Ил-2, 19 И-16, 11 И-153, 1 И-15бис в штурмовом варианте в сопровождении 24 Як-1). По донесениям им удалось уничтожить десять танков, пять минометных и одну артиллерийскую батареи, несколько пулеметных точек и до четырех рот пехоты. В ходе второго и третьего налета советским самолётам пришлось вступать в воздушные бои с "мессерами".

Спустя трое суток (16-го июня) на штурмовку немецких позиции сделали ещё три вылета, в которых приняли участие в общей сложности семь Ил-2, три И-16, три И-153 и два И-15бис. Очередная потеря среди "бисов" произошла 18-го июня – при рулежке по аэродрому бомбардировщик командира эскадрильи СБ майора Тишулина врезался в капонир, загорелся и взорвался вместе со стоявшим там И-15бис.

В силу сокращения количественного состава и явного доминирования в воздухе немецких истребителей интенсивность вылетов советских самолётов существенно снизилась. Тем не менее, 20-го июня севастопольская авиагруппа предприняла ещё несколько налётов на позиции немецких войск. В общей сложности на боевые задания шесть раз отправляли Ил-2, два раза – И-16, три раза – И-153 и один раз И-15бис. В качестве воздушного сопровождения им было выделено восемь истребителей Як-1, которые противодействия со стороны "мессеров" не встретили.

Последнее подкрепление 3-я ОАГ получила 21-го июня – с Кавказа прибыли три И-15бис, которыми попытались усилить штурмовую составляющую севастопольской авиагруппы. Разумеется, что этой "капли в море" защитникам Севастополя не хватило. Более того, командование VIII авиакорпуса стало уделять более пристальное внимание советским аэродромам, стремясь уничтожить немногочисленные самолёты севастопольской авиагруппы ещё на земле.

В течении 22-27 июня немецкие бомбардировщики из KG27 и полевая артиллерий активно "перепахивали" аэродром Херсонесский маяк, но существенного эффекта эти налёта не дали. Результатами взрывов 169 бомб и 1249 снарядов различного калибра стали всего два уничтоженных И-15бис. Ещё шесть самолётов (СБ, И-16 и три И-15бис) были повреждены и поставлены на ремонт. Тем не менее, силы 3-й ОАГ таяли слишком быстро. Утром 27-го июня было принято решение передать оставшиеся истребители в 9-й и 45-й ИАП, а личный состав отправить в тыл. А пока все боеспособные самолёты старались оказать поддержку защитникам Севастополя. Вечером 28-го июня на штурмовку противника вылетели четыре Ил-2, четыре И-16, два И-15бис и один И-153. В безвозвратные потери записали "чайку", по всей видимости сбитую зенитным огнем.

Последний бой пилоты 3-й ОАГ провели в ночь на 30-е июня. На штурмовку и бомбометание было сделано 22 самолёто-вылета, из которых три пришлось на долю "бисов". Потерь среди советских самолётов не было, но и урон от налёта по позициям противника оказался небольшим. Сразу после приземления, все способные подняться в воздух машины вылетели в направлении Анапы. В то утро удалось перегнать 7 Ил-2, 6 Як-1, два И-153 и по одному И-16, И-15бис и ЛаГГ-3.

Эвакуация с аэродрома Херсонеский маяк оставшихся машин началась перед рассветом 1-го июля. Технический персонал старался ввести в строй как можно больше самолётов 3-й ОАГ и в течении прошедшего дня удалось довести до лётного состояния 14 машин: 4 Як-1, 4 У-2б, 3 И-16 и по одному И-15бис, И-153 и Ил-2. К сожалению, долететь до кавказских аэродромов смогли не все из них. Из-за неполадок пришлось вернуться штурмовику, а ещё три самолёта (два Як-1 и три У-2б) потеряли ориентировку и были разбиты при вынужденных посадках.


Дальнейшую судьбу этих двух "бисов", защищавших Севастополь с первых месяцев войны, отследить не удалось. В завершении можно отметить, что в период с сентября 1941-го по июль 1942-го года действия пилотов, летавших на И-15бис, заслуживают самоё высокой оценки. При минимальных потерях им удавалось не только наносить противнику материальный ущерб в ходе штурмовых ударов, но и не раз встречаться в воздухе с истребителями, где успех далеко не всегда был на стороне немцев.



Источники:
М.Морозов "Воздушная битва за Севастополь. 1941—1942", Москва, Яуза\Эксмо, 2007


Тактико-технические данные истребителя Поликарпов И-15бис образца 1937 г.:

Длина - 6,20 м
Размах крыла – 10,20 м
Площадь крыла – 22,50 м.кв.
Вес пустого – 965 кг
Вес взлетный – 1369 кг
Скорость максиальная – 367-370 км\ч
Скороподъёмность - 5000 м за 6,7 минen
Дальность – 530 км
Потолок – 9000 метров
Двигатель – М-25, радиальный, мощностью 730 л.с.
Экипаж – 1 человек
Вооружение – четыре 7,62-мм пулемета ШКАС
Бомбовая нагрузка – бомбы массой до 100 кг на подвеске под нижним крылом


ВНИМАНИЕ
Все права на текстовые материалы принадлежат администрации сайта Aviarmor.
Перепечатка и использование возможны только с письменного разрешения администрации
или при наличии активной ссылки на этот сайт.
©2013 www.aviarmor.net