Архангельский \ Туполев СБ

Средний бомбардировщик


История создания


Задание на разработку нового бомбардировщика было выдано в январе 1934 года. Проектирование поручили бригаде №5 под руководством Архангельского, которая создала проект самолёта в очень короткие сроки. Уже в марте 1934 года были готовы эскизы, а в июле завершили рабочие чертежи первого опытного бомбардировщика.

Перед изготовлением прототипа Туполев вначале сделал макет и пригласил на его презентацию Ворошилова и Тухачевского. Руководящие работники остались весьма довольны внешним видом самолёта и закладываемыми в него ТТД. Имея выбор в типе мотоустановки главный конструктор решил изготовить два прототипа – с моторами Wright “Cyclone” Hispano-Suisa. Оба обладали одинаковой мощностью (830 л.с.), но американский двигатель имел большее аэродинамическое сопротивление. Самолёт АНТ-40.1, оснащенный ими, взлетел 7 октября 1934 года. Пилотировал самолёт лётчик Попов. После происшедшей 31 октября аварии самолёт долго восстанавливали и вновь предъявили на испытания только в феврале 1935 года. Очередная серия пробных полётов показала, что с “Cyclone” достичь требуемых данных не удастся и все усилия сосредоточили на самолёте с французской мотоустановкой.

АНТ-40.2 полетел 30 декабря 1934 года, ровно в день рождения Архангельского. Первый полёт провел лётчик Журов. В целях обеспечения безопасности самолёт летел на небольшой высоте и с выпущенным шасси и, в целом, полёт завершился успешно, хотя было ясно, что АНТ-40. предстоит пройти гораздо более глубокие испытания.

Совершив ещё два подобных вылета Журов в очередном полёте убрал стойки шасси и быстро разогнался до350 км\ч, после чего самолёт исчез из вида и не показывался несколько минут. После разбора полёта выяснилось, что как только пилот достиг скорости 370 км\ч хвостовую часть самолёта стало трясти так, “словно по ней молотом стучали”. Сбавив скорость тряска прекратилась и Журов благополучно привел АНТ-40.2 на аэродром. Осмотрев самолёт оказалось, что вся плоскость крыла иссечена косой сеткой вздутых линий. Так состоялась первая встреча будущего СБ с крутильно-элеронным флаттером. Пришлось обращаться за помощью в ЦАГИ и главный совет специалистов центра заключался в уравновешивании, в весовом отношении, элеронов.

Доработки провели за несколько дней и в первых числах января 1935 года Журов снова поднял АНТ-40.2 в воздух. Самолёт на испытаниях развил скорость 424 км\ч о чем Туполев немедленно доложил Орджоникидзе и Алкснису. Решение о запуске самолёта в серийное производство под обозначением СБ (Скоростной Бомбардировщик) было принято немедленно.

Государственные испытания продолжались в несколько этапов с февраля по апрель 1935 года, причем самолёт подвергся серии доработок. В частности капоты двигателя были сдвинуты на 10 см вперёд, была увеличена стреловидность крыла и площадь оперения, на рулях высоты введена весовая компенсация. Французские двигатели, впоследствии, заменили на их лицензионную версию, выпускавшуюся в СССР под обозначением М-100, и увеличили площадь крыла при прежнем размахе. Примерно в таком виде СБ передали в серию.

К этому времени бригада Архангельского сильно разрослась и её преобразовали в ОКБ. С этого момента практически всеми работами по модернизации самолёта руководил лично Архангельский.

От подобных перемен, правда, проблем меньше не стало. Архангельского постоянно торопили со сдачей первой серии СБ непосредственно к празднованию 19-ой годовщины Октябрьской Революции, что самым отрицательным образом сказалось на качестве сборки самолётов. Завод № 22, производивший ранее ТБ-3, с трудом осваивал серию СБ, технология изготовления которого была совершенно иной. Так, из-за трудностей в освоении, потайную клёпку во многих местах заменяли на чечевичные заклёпки, очень небрежно делали капоты (подгонка листов была неаккуратна), да и качество внешней отделки поверхности самолёта оставляло желать лучшего, что съёдало драгоценную скорость. Тем не менее заводчане уложились в срок, а за проделанную работу 29 декабря группа работников завода была награждена орденами. Сам Архангельский получил орден Красной Звезды, хотя и осознавал, что самолёт ещё требует доработок.

Вскоре возник ряд серьёзных проблем с вооружением. В передней части фюзеляжа, где размещались два ШКАСа, прорезали щели для обеспечения необходимых секторов обстрела, а чтобы эти щели не создавали дополнительного сопротивления в ОКБ придумали специальные шторки. Завод выпускал СБ без них, вдобавок задняя стрелковая точка получила уродливый горб, прикрывавший в полёте пулеметную установку. А тут ещё военные потребовали увеличить боезапас…

Естественно, после таких “улучшений” СБ потерял почти 20 км\ч и скорость серийных экземпляров не превышала 400 км\ч, вместо заявленных 420-430 км\ч. Помимо этого лётчики, осваивавшие бомбардировщик, отмечали плохой обзор в стороны из кабины пилота и ограниченные сектора обстрела из обеих стрелковых установок. Архангельский постоянно вступал в конфликты с инженерами и технологами завода, требуя выполнения всех его указаний по сборке СБ, но сделать что-либо с наплевательским отношением работников предприятия было практически невозможно. А тут ещё всплыла проблема с окраской СБ – опытные самолёты тщательно выкрашивались и полировались, а серийные образцы красили (ради экономии) “серебрянкой”. На решение этих проблем ушло больше года.

В конце 1936 года в серию пошёл СБ-2М-100А. Улучшенный мотор отличался наличием лобовых сотовых радиаторов и капотов овального сечения, вместо круглых у СБ-2М-100. Установили жалюзи на передние радиаторы и винты ВИШ-2. Так удалось повысить на 1160 метров потолок и снизить разбег на 150 метров. Правда скорость снизилась на 4 км\ч. Примерно с середины 1937 года часть самолётов оснащались протектированными топливными баками. Опытный СБ (образца 1937 г.) получил турель МВ-3 (до 1940 года на самолётах типа СБ она была большой редкостью) и новую люковую установку с коленным оптическим прицелом. В мае-июне доработанный самолёт успешно прошёл государственные испытания на которых была достигнута скорость 412 км\ч, но серийно не строился. Турельную установку СБ-2М-100А всё же получили, но в массовых количествах её начали устанавливать только после “Зимней войны”.

Наиболее удачной оказалась модификация с двигателями М-103 (960 л.с.). На самолёте использовали все резервы прочности, заложенные в его конструкцию, и сделали регулируемые отверстия радиаторов. Увеличили кабину штурмана, оснастив её дублируемым управлением. Установили новую хвостовую стойку с ориентирующимся колесом. Провели ещё несколько доработок, касающихся электро- и спецоборудования, после чего тщательно окрашенный бомбардировщик представили на испытания.

Первый такой самолёт (СБ-бис) проходил испытания в сентябре 1937 года, а эталон для серии (СБ-2М-103) – с 22 июля по 19 сентября 1938 года. Второй опытный бомбардировщик имел увеличенный запас прочности и наружные держатели для установки ПТБ на 368 литров или подвески бомб ФАБ-250\ФАБ-500. Зимние модификации самолёта, начиная с эталона, оборудовались убираемыми в полёте лыжами, однако из-за их большей (по сравнению с обычным шасси) массы скорость снижалась на 12 км\ч. Усовершенствованный СБ-бис 2 на лыжном шасси с полированной поверхностью крыла на государственных испытаниях в марте 1938 года развил скорость 428 км\ч, и большего из машины выжать не удалось. Серийные СБ-2М-103 вообще нечасто переходили рубеж в 420 км\ч.

Нарастало открытое недоверие к Архангельскому и осенью 1938 года его и группу заводских работников пригласили на заседание ЦК. В зале собралось более 100 человек. Первыми выступали лётчики, которые изрядно покритиковали СБ, намекая на то, что Архангельский намеренно сделал самолёт все новшества которого невозможно освоить в серийном производстве. Другие говорили прямо – главный конструктор – вредитель. Архангельскому, впрочем, удалось оправдаться, поскольку виновным в снижении лётных данных был всё-таки не он, а завод-изготовитель. Сталин предложил ему использовать для доработок готовый образец и довести машину до максимального совершенства. На работу, вместо требуемых Архангельским двух недель, выделили три, что позволило не спеша провести весь комплекс мероприятий, направленных на улучшение ТТД бомбардировщика.

Ситуацию попытались исправить ещё на СБ-бис 3. С видоизменёнными мотокапотами новой формы и новыми воздушно-масляными радиаторами самолёт на испытаниях, проходивших с 1 ноября 1937 года по 17 января 1938 года, достиг скорости 450 км\ч, после чего построили небольшую серию этих машин.

Последней крупносерийной модификацией стал СБ-2М-103 с туннельными радиаторами. Первые серии этого варианта некоторое время оснащались винтами ВИШ-2, но скоро их заменили на ВИШ-22. Массу бомбовой нагрузки довели до 1500 кг. В сентябе-октябре 1939 года самолёт прошел испытания и строился серийно. Последние серии СБ-2М-103 оборудовались турелью МВ-3 и доработанной люковой установкой. Подобные серийные образцы, по документам, развивали скорость около 430 км\ч, но в реальности она редко превышала 412 км\ч.


В марте 1938 года испытания проходил учебный вариант УСБ, на котором была предусмотрена замена кабины штурмана на кабину курсанта. Самолёт до 1941 года строился небольшой серией.

Гражданские варианты СБ обозначались в ГВФ, в зависимости от модификации, как ПС-40-2М-100А (первые СБ с двигателями М-100А без вооружения), ПС-41-2М-103У (переделанные СБ-бис 3 с неубираемым шасси) и ПС-41бис-2М-103У (оснащавшийся двумя 270-литровыми ПТБ). В обиходе дополнительные обозначения не упоминались и самолёты именовались просто ПС-40 и ПС-41.

Всего с 1936 по 1940 гг. было выпущено 6831 самолётов всех модификаций.


Бомбардировочные модификации
1936-1940 гг.


Серийное строительство СБ завершилось в середине 1940 года, но работы по модернизации самолёта продолжались ещё почти полтора года. В опытных экземплярах остались СБ-М-103 “Тральщик” (самолёт предназначался для траления мин) и СБ-2М-103 “прожекторный”. До войны на самолёте успели испытать двигатели М-104 (выпущена опытная серия) и несколько вариантов усиленного вооружения. СБ-Н оснащался турелью НУ-СБ с установленной на ней пушкой ШВАК, а СБ-Ш (штурмовик) получил дополнительно две пушки ШВАК и сильное бронирование, общая масса которого составила 400 кг.

Одними из последних в линейке СБ стали самолёты оснащенные двигателями М-104 и М-105, проходившие испытания в 1939-1940 гг. В постановлении Комитета Обороны от 5 мая 1939 года КБ Туполева предписывалось предъявить на испытания оба варинта модернизированного СБ, причем руководство ВВС желало получить скорость не менее 470 км\ч, а с вередины 1940 года вообще планировалось все СБ выпускать с моторами М-106. Так что эти модификации были, своего рода, переходными.

Внешне бомбардировщики ММН-2М-105 и ММН-2М-104 (“дублёр”) были близки к самолёту, более известному сейчас как Ар-2. На них существенно облагородили аэродинамику и, за счёт более мощных двигателей, планировали увеличить скоростные показатели самолётов. В целом, установка двигателей себя оправдала. Вот только М-104 и М-105 работали не слишком надёжно. Даже после серии доработок ММН-2М-105 развивал скорость до 458 км\ч. Больше того, к моменту их предположительной доводки, серийно уже строились Пе-2 и Ар-2, так что надобность в них вскоре отпала. Ограниченной серией в 1940 году построили лишь несколько СБ-2М-105 и СБ-2М-104, переданные на войсковые испытания в начале 1940 года. Одновременно СБ пытались научить бомбить с пикирования, однако СБ-2М-104, участвовавшие в этой программе вскоре были отстранены от полётов, а затем и вовсе изъяты из строевых частей. Ситуация с бомбардировщиками СБ-2М-105 обстояла намного лучше. К 1 июня 1941 года ВВС РККА располагали 99 самолётами этого типа, при этом некоторые из них были выпущены в варианте пикирующего бомбардировщика. К сожалению, точной информации об использовании именно СБ-2М-105 во время войны найти пока не удалось.

Наибольшие отличия имел бомбардировщик СБ-РК. Самолёт строился на основе бомбардировщика ММН, но вместо обычных для всех модификаций СБ установки радиаторов рядом с моторами они были размещены в крыле. Отсюда и название – СБ-РК (Скоростной Бомбардировщик с Радиаторами в Крыле, а не Разведчик-Корректировщик, как это часто указывается в авиационных изданиях). Самолёт поступил на испытания в апреле 1940 года и показал ряд преимуществ перед более ранними версиями СБ. Было рекомендовано построить серию из 15 бомбардировщиков, но дальше постройки второго прототипа СБ-РК дело не сдвинулось.


АНТ-46\ДИ-8 - прототип тяжелого истребителя, 1936 г.
Истребительные варианты


Двухмоторный или дальний истребитель ДИ-8 (по тогдашней терминологии – “летающий крейсер”) был создан на основе среднего бомбардировщика СБ (АНТ-40). Аналогичную переделку по заказу УВВС произвело ОКБ-39 С.В.Ильюшина, построив перед началом второй мировой войны малую серию самолетов сопровождения ДБ-3СС (в двух вариантах вооружения на базе серийного дальнего бомбардировщика ДБ-3 (ЦКБ-30) для применения их в совместных боевых порядках. В 1935 году АНТ-40 еще не успел сколько-нибудь утяжелиться от войсковых рекомендаций или технологических доработок серийного производства. Для переоборудования его в дальний истребитель взяли машину по типу первых опытных СБ, которые только начинали сходить с конвейера завода № 22 в Филях. Один экземпляр был приведен к виду, удобному для переквалификации, принципиально не отличаясь от первого, летного образца АНТ-40 с двумя двигателями воздушного охлаждения Wright “Cyclone”. Взамен “Cyclone” для большей энерговооруженности будущего истребителя установили двухрядные звездообразные моторы Gnome-Rhone “Mistral Major” 14К.

При создании ДИ-8 конструкторы учли опыт разработки и доводок близких к нему прототипов МИ-3Д и ДИП, поэтому им легко удалось избежать многих осложнений. Дело в том, что цельнометаллическая конструкция, во многом сходная для этих машин, была уже хорошо отработана и доведена до приемлемой надежности летными испытаниями, правда, с моторами водяного охлаждения. Не менее важным отличием ДИ-8 от СБ являлись две динамореактивные пушки АПК-4 калибра 76,2 мм, которые разработало управление специальных работ (УСР НКТП). Они были установлены в отъемных частях крыла с проходом стволов через обшивку передней кромки и выхлопных труб с диффузорами над ребром обтекания крыла сквозь его верхнюю обшивку. Боезапас каждого орудия составлял 15 снарядов.

В центроплане крыла у правого борта фюзеляжа установили третью огневую точку - пулемет ШКАС с запасом 800 патронов. Отличия коснулись и оборонительного вооружения. В носовой кабине штурмана-бомбардира взамен спарки пулеметов ШКАС появился один подвижный крупнокалиберный пулемет ШВАК 12,7 мм. В хвостовой части фюзеляжа оружие осталось как на СБ - верхний турельный ШКАС на подвижной установке ТУР-9 и нижний люковый пулемет той же системы.

Для упоминания другой “изюминки” ДИ-8 (помимо наступательных ДРП), которая вошла в состав оборонительного вооружения с задней полусферы, вернемся к центроплану крыла. У границ зализов стыка крыла и фюзеляжа чуть выше задней кромки центроплана устроили амбразуры двух неподвижных пулеметов ШКАС. Ведение огня из них должно было производиться при заходе вражеского истребителя точно в хвост. Направляемые самолетом и нацеливаемые с помощью перископа заднего обзора, эти ШКАСы представляли бы для неприятеля полную неожиданность. При отражении атаки противника со столь строгого ракурса, результативная стрельба из турельной и люковой установок была бы затруднена, и наличие неподвижных пулеметов в центроплане, значительно усложнило бы условия нападения с задней полусферы.

Конечно же, внезапность оборонительного огня не могла оставаться долговечной, и стрельба из фиксированных пулеметов назад в значительной степени велась бы наудачу. Может быть, именно поэтому подобные установки в нашей боевой авиации не прижились. Состав бомбардировочного вооружения по сравнению с СБ уменьшили. В зоне центра тяжести самолета оставили вертикальный бомбовый отсек. Задний фюзеляжный и центропланные отсеки не использовались и были задраены. Общий вес бомб не превышал 250 кг, что соответствовало TTT, предъявляемым к “летающему крейсеру”.

Конструкция ДИ-8 - металлическая, клепанная из дюралюминия. Фюзеляж стыковался из трех частей, которые собирались и укомплектовывались оборудованием автономно, на отдельных стапелях, с последующей подачей на общую сборку. В передней части (она именовалась Ф-1) за лобовым, прозрачным колпаком было устроено рабочее место штурмана. Его он занимал, поднявшись по лестнице через нижний люк. Этот же проем являлся аварийным для покидания самолета в воздухе.

Средняя часть фюзеляжа (Ф-2) выполнялась заодно с центропланом крыла и была наиболее материалоемкой и сложной при автономной сборке. В ней поместили пост управления самолетом внутри кабины летчика со сдвижным фонарем назад. Более длинный фонарь стрелка-радиста сдвигался вперед и открывал его кабину, расположенную в задней части фюзеляжа (Ф-3), несущей хвостовое оперение. Каркас основных агрегатов машины состоял из трубчатых ферменных балок (стальные трубы), V-образных профилей, образующих вместе с обшивкой замкнутые контуры (для частичного включения ее в работу на прочность), рамных шпангоутов и нервюр. Их выполнили из листового дюралюминия с отбортованными отверстиями для облегчения. Элероны имели внутреннюю весовую компенсацию. Под задней частью отъемных консолей и центроплана крыла были подвешены четыре секции отклоняемых щитков-закрылков. В передней части центроплана по его концам на стержневых моторных фермах были установлены два двигателя воздушного охлаждения в капотах NACA. Их оснастили внутренними кольцевыми маслорадиаторами. На валах моторов двухлопастные деревянные винты диаметром 3,4 м. Внутри мотогондол на хомутах - два маслобака емкостью по 45 л.

Капоты двигателей были плавно сведены на нет к задней стенке крыла и заканчивались нишами убираемого шасси. После подъема стоек колеса частично оставались снаружи, образуя своими шинами задние кромки мотогондол. Зимний вариант шасси предусматривал подъем лыж в полете с подтягиванием их к днищам моторных обтекателей. Бригада Александра Александровича Архангельского, работавшая над преобразованием АНТ-40 в АНТ-46, сделала ДИ-8 очень быстро, за два месяца, и в июле 1935-го он был выведен на аэродром. Летные испытания проводил пилот ЦАГИ Михаил Юрьевич Алексеев, совершив на ДИ-8 первый полет 1 августа 1935-го. Как и опытные экземпляры будущего СБ, ДИ-8 оказался недостаточно устойчивым в полете и очень чутким к отклонениям рулей и элеронов. Для преодоления этих аномалий ОКБ АНТ воспользовалось теми же способами и средствами, что и при доводке самолетов АНТ-40. Из-за снятия с плана динамореактивных пушек системы Курчевского в феврале 1936-го для дублера ДИ-8бис (АНТ-46бис) были разработаны два новых варианта наступательного вооружения. Один из них предусматривал применение нарезных пушек ШВАК (калибр 20 мм) по паре с каждой стороны крыла. В связи с этим по указанию заместителя главного конструктора ЦАГИ Владимира Михайловича Петлякова ДИ-8бис получил новые консоли крыла (Архангельского командировали на завод N22 для внедрения и ведения серии СБ).

Одновременно вслед за совершенствованием СБ дублера снабдили и новым горизонтальным оперением и килем с увеличенным рулем поворота. Второй вариант оружия предусматривал подфюзеляжную легкосъемную батарею, составленную из пяти пушек ШВАК. Они должны были устанавливаться на специальном опускаемом лафете и иметь хороший доступ для обслуживания и перезарядки магазинов.

Основные летно-тактические характеристики ДИ-8бис намечались выше данных СБ, чтобы успешно защищать бомбардировщики в полете. Для этого наметили в короткий срок установить на дальнем истребителе перспективные форсированные двигатели М-34РНФ конструкции А. А. Микулина. Однако из-за затянувшихся сроков подготовки к сдаче АНТ-46 на государственные испытания он был снят с плана, как неудавшийся. Анализ заводских испытаний вынудил заказчиков отказаться от этого “крейсера”. Продолжение работ над ДИ-8 бригадой Архангельского оказалось невозможным, так как ее в полном составе перевели на 22-й завод как самостоятельное ОКБ по отслеживанию серийного выпуска СБ. АНТ-46бис не строили. Ограничиться пришлось лишь разработкой ряда агрегатов и фрагментарного макета фюзеляжного лафета с пушками ШВАК.

Неудача А.Н.Туполева с дальним истребителем чудовищным образом повлияла на работу других ОКБ в этом направлении. В экспериментальном институте П.И.Гроховского и в конструкторском бюро Д.П.Григоровича были построены их самолеты Г-38 (ЛК-2) и ДГ-56 (ЛК-3), но им не дали возможности даже “погудеть” моторами. По прямому указанию руководства ГУАП НКТП (а фактическим хозяином этого ведомства был не номинальный начальник Михаил Моисеевич Каганович, а неподвластный ему влиятельный первый зам. Туполев) названные самолеты были уничтожены, а работников этих предприятий либо передали в другие КБ, либо пустили по миру. Сохранилось и такое мнение, что Туполев сам остановил работы по АНТ-46 и его дублеру в связи с успешным принятием на вооружение ВВС среднего бомбардировщика СБ, который с двигателями типа М-100 имел хорошие перспективы в основном и многоцелевом вариантах применения. Эта версия пока подтверждения не получила.

И все-таки СБ был опробован в боях в качестве тяжелого истребителя-перехватчика, хотя появление этого варианта объяснялось необходимостью пополнить изрядно поредевший истребительный парк ВВС РККА. Ещё в ходе боевых действий в Финляндии появился вариант СБ-2М-100А с пусковыми установками для ракет РС-132. Во время Великой Отечественной Войны два самолёта доработали, установив под фюзеляжем батарею из четырёх пушек ШВАК. Эти СБ-2М-100А “Крейсер” осенью 1941 года воевали под Москвой в авиации ПВО.


Торпедоносец


Ещё одним этапом в развитии СБ стало появление торпедоносца АНТ-41(Т-1). Это был среднеплан с двумя двигателями М-34ФРН по 890 л. с., с внутренней подвеской двух (рядом) торпед или бомб по 1000 кг, с радиаторами в туннелях в крыле. Самолет проектировался с марта 1934 г. бригадой экспериментальных самолетов В.М.Мясищева в КОСОС ЦАГИ, первый полет был в июне 1936 г. Клепка всех наружных поверхностей потайная, шасси убиралось в мотогондолы, хвостовое колесо - в фюзеляж. Конструкция была своеобразной, с очень сильной окантовкой бомболюка и рамными незамкнутыми шпангоутами над этим люком. Шпангоуты коробчатого сечения, в хвостовой части - листовые. Стрингеры - коробчатые профили, как в СБ. Крыло двухлонжеронное. Лонжероны ферменные из труб, раскосы нервюр - также. Первые полеты (летчик А.П.Чернавский) показали отличные летные качества нового самолета: скорость до 435 км/ч и хорошую скороподъемность, но неожиданно на четырнадцатом полете самолет разрушился в воздухе. Причиной оказался изгибно-элеронный флаттер крыла из-за неполной весовой компенсации элеронов (80 вместо 105%). Работы по уже заложенной серии были остановлены, доводка дублера АНТ-41бис с поплавками вместо колес задержалась и вскоре была прекращена.


СБ наводчики самолетов-снарядов


15-го октября 1941 г в районе Калинина под Москвой специальным самолетом-снарядом ТБ-3 была разрушена переправа через Волгу. Система телеме­ханического самолета (ТМС), созданная еще в 1939 г, позволяла управлять самолетом-снарядом, начиненном тротилом, с самолета сопровождения на расстоянии от 50 м до 30 км. В 1941 г система ТМС была применена на практике в 81ой дивизии дальних бомбардировщиков. В качестве самолета-наводчика использовались СБ, оснащенные радиоуправляемой аппаратурой. В воздушном строю впереди летели ТБ-3, а за ними на расстоянии 150-200 м - СБ. Управляемые по радио тяжелые бомбардировщики без участия летчиков выполняли различные эволюции: разворот, снижение, подъем. Взлет самолетов-снарядов ТБ-3 с аэродромов осуществлялся летчиками, которые покидали самолет на парашютах после набора высоты 2000 м, дальнейший полет до цели вели самолеты-лидеры СБ.


СБ буксировщики планеров


Снятые с вооружения самолеты СБ продолжали применять для других целей. Так, они стали использоваться в качестве буксировщиков десантных планеров А-7. Для этих целей использовался учебный вариант УСБ, пассажирские варианты ПС-40 и ПС-41 и другие модификации СБ. В 1942 г в Научно-исследовательском институте Гражданского воздушного флота были проведены сравнительные испытания так называемых воздушных поездов (или аэропоездов) в составе самолета ПС-40 и одного или двух планеров. Были испытаны следующие варианты: ПС-40 и планер БДП (этот планер конструкции Н.Н.Поликарпова брал на борт 20 десантников); ПС-40 и планер А-7 (десантный восьмиместный планер конструкции О.А.Антонова “Рот фронт-8”, его армейское обозначение А-7) и ПС-40 с двумя планерами А-7.

На основании испытаний и опытной эксплуатации этих аэропоездов выяснилось, что наиболее удачным вариантом является сочетанием ПС-40 с одним планером А-7. В результате испытаний аэропоезда “самолет ПС-40 + планер А-7” ( полетный вес ПС-40 - 6660 кг, планера А-7 - 1730 кг) были получены следу­ющие результаты: разбег 485 м; скорость при крейсерском режиме работы моторов 262-266 км/час и дальность полета 1000 км. После испытаний именно этот тип аэропоезда был внедрен в эксплуатацию.

Бомбардировщики СБ использовались так же в авиационных школах в качестве буксировщиков мишеней и для подготовки экипажей фронтовых бомбардировщиков.


СБ на экспорт


Единственной страной в мире, где самолёты СБ производили по советской лицензии, была Чехословакия. В середине 1930-х гг. руководство ВВС этой страны объявило тендер на средний тактический бомбардировщик. По всей видимости не слишком надеясь на быстрый ввод в строй самолётов собственных фирм чехов интересовали в первую очередь серийные зарубежные машины. К примеру во Франции интерес вызвал многоцелевой Potez 63. Французы даже разработали экспортную модификацию этого самолёта, получившего обозначение Potez 636, однако когда дело подошло к реализации плана лицензионного строительства бомбардировщика на заводах фирмы Avia страна оказалась наполовину оккупированной немцами. В Великобритании наиболее явным претендентом был, естественно, Bristol “Blenheim”. Договориться с англичанами не удалось по причине блокирования английским правительством почти всех поставок современных самолётов за рубеж.

Тем временем шла ожесточенная война в Испании, где хорошо зарекомендовали себя бомбардировщики СБ-2М-100. Чехи определилась с фаворитом, делегировав своих представителей в СССР для ознакомления с этим самолётом. В апреле 1938 года было подписано соглашение о лицензионной постройке бомбардировщиков на трех заводах фирм Avia и Aero под обозначением В-71. Общий объём выпуска самолётов должен был составить 161 экземпляр, однако до прихода немцев не было выпущено ни одного самолёта. После оккупации Чехословакии заказ оттенен не был и постройка бомбардировщиков продолжилась. Серийно производились незначительно отличающиеся друг от друга модификации В-71А и В-71В. Самолёты оснащались французскими моторами Hispano-Suisa HS 12Ydrs и чешскими пулеметами vz.30. В остальном В-71 соответствовали советским СБ образца 1937-1938 гг.


Большая часть самолётов была изъята для нужд Luftwaffe и использовалась в учебных целях. В 1942 году 24 бомбардировщика купила Болгария и только одна машина находилась в распоряжении словацких ВВС, эксплуатируясь до середины 1943 года. Впоследствии на нем совершили дерзкий перелет в Турцию несколько словацких пилотов, не желавших воевать на стороне немцев.


Боевое применение
Гражданская война в Испании 1936-1939 гг.


В 1936 г в Испании в результате мятежа генерала Франко против республиканского правительства вспыхнула гражданская война. Франко поддержали Гер­мания и Италия, республиканское правительство Испании - Советский Союз. Республиканская авиация была немногочисленной и не могла достойно проти­востоять авиации мятежников, поддержанной немецким легионом «Кондор», который насчитывал до 400 самолетов. 23 октября 1936 г советский пароход «Старый Большевик» прибыл в испанский порт Картахена, на его борту было военное снаряжение для республиканской армии, первые летчики и самолеты, в том числе бомбардировщики СБ-2 М-100. Интересно, что эти самолеты были вооружены не современными пулеметами ШКАС, которые оставались секретом, а устаревшими пулеметами Дегтярева. Вместе с самолетами в Испанию были отправлены летчики-добровольцы, наземный технический персонал, вооружение, патроны, бомбы и т.д.

Первая партия из 31 самолета СБ была отправлена в Лос Альказарес (Los Alcazares) для сборки. Первые четыре собранные самолета были отправлены на фронт в район Томеллосо (Tomelloso, откуда они 28 октября совершили первый боевой вылет. Целью бомбардировщиков был аэродром Таблада (Tablada) под Севильей (Seville). Группу самолетов возглавил майор Эрнст Шахт. Дебют СБ в испанском небе был неприятной неожиданностью для франкистов, чья авиация прежде успешно удерживала господство в воздухе. Особенно удачными были атаки советских СБ 30 октября и 1 ноября 1936 г, когда была атакована в районе Гамонал (Gamonal) база итальянской авиагруппы Aviation del Tercio. Результатом последней атаки было уничтожение 6 истребителей Фиат CR 32 на земле, лишь одному удалось удрать. 2 ноября был потерян первый СБ. Его экипаж вел разведку и был замечен парой истребителей Фиат CR 32, которые атаковали и сбили СБ в районе Талавера (Talavera). Остатки сбитого самолета были собраны для идентификации и отправлены в Севилью.

У испанцев СБ получил народное прозвище «Катюшка», образованное от имени героини популярной оперетты. Официально же самолет обозначался “ВК”, что переводилось как “Бомбардировщик Катюшка” (“bombardjero Katyushka”) Противник дал новому самолету прозвище “Martin Bomber”. К началу ноября 1936 г все самолеты из 1-ой партии были собраны и была организована Gruppo 12, в составе трех эскадрилий под общим командованием советского полковника Жатоцветова.

При этом первая эскадрилья оставалась в Tomelloso, 2-ая была дислоцирована в La Torrecica и 3-я - в Los Llanos. От последней эскадрильи была выделена группа из 4-х СБ которая патрулировала район Sisante, а позже - район San Cleraente. К концу 1936 г Gruppo 12 потеряла 6 самолетов СБ по разным причинам, в том числе два самолета было сбито истребителями. Один из них был сбит испанским пилотом Bermudez de Castro на истребителе CR 32 недалеко от Castilblanco. Ощутимые потери Gruppo 12 понесла в январе 1937 г, когда испанский пилот капитан Joaquim Garcia Morato на истребителе CR 32 подкараулил два республиканских бомбардировщика, атаковавших железнодорожную станцию Cordoba. Бомбардировщики были атакованы на снижении, сзади снизу, где они были наиболее уязвимы.

Несмотря на потери боевая работа Gruppo 12 продолжалась и бомбардировщики из состава 1-й и 2-й эскадрилий вылетали на бомбардировку Cadiz, Arenillc и аэродрома Marbella и вернулись без потерь. В конце января 1936 г шесть самолетов СБ под командованием советского пилота Н.А.Острякова атаковала на низкой высоте места концентрации войск противника в районе San Pedro de Alcanta и благополучно вернулись. Самолеты 3-й эскадрильи занимались атакой аэродромов в районах Getafe, Pozuelo Extremadula со своей базы в районе Мадрида. К 1 марта 1937 г Gruppo 12 имела только 15 боеспособных самолетов, еще 4 были в ремонте. Из-за недостатка самолетов 3-я эскадрилья была расформирована. С 8 марта, когда итальянский экспедиционный корпус Corpo Truppi Voluntari развил удачное наступление на Guadalajara, 1-ая эскадрилья была переброшена в Alcala de Henares с 8 уцелевшими самолетами СБ и начала интенсивную боевую работу против итальянских колонн. 2-я эскадрилья была переброшена в San Clemente для этих же целей и участвовала в атаке итальянцев. 20 марта боевые машины этих двух эскадрилий вместе с бомбардировщиками Р-5 и под прикрытием истребителей И-16 из Gruppo 21 атаковали итальянские колонны. Результатом этих боевых действий был разгром итальянского экспедиционного корпуса.

Интенсивные боевые операции, износ техники, эксплуатация с полевых аэродромов и недостаток запасных частей привели к тому, что из Grupo 12 ос­талось боеспособными только 10 самолетов СБ и доставка новых самолетов была под большим сомнением. Несмотря на это боевая работа продолжалась - 26 мая 1937 г группа бомбардировщиков под командой Острякова атаковала и бомбила немецкий карманный линкор “Deutschland”, ошибочно приняв его за крейсер франкистов “Canarias”. В результате атаки 31 член экипажа немецкого линкора был убит и еще 83 получили ранения. Адольф Гитлер был взбешен и приказал адмиралу Шееру обстрелять из эсминцев в порядке акции возмездия испанский порт Almeria, что вызвало большие жертвы среди мирного населения. Испанское республиканское правительство было на грани объявления войны Германии.

24-го июня 1937 г на борту судна “Aldecoa” прибыл 21 самолет СБ-2М-100А в порт Картахена, затем еще 10 СБ были привезены кораблем Arteo Mend. Самолеты были собраны в San Javier и Liria. Эта очень своевременная помощь позволила восстановить Gruppo 12 до состава прежних трех эскадрилий. Две из них воз­главили испанские командиры при общем советском командовании. Командованием “Группой 12” перешло полковнику А.Сенаторову. Вторая группа, воору­женная СБ, была сформирована под командованием полковника Гусаева, сначала в составе только одной эскадрильи. Эта группа (Gruppo 24) позже была возглавлена испанским летчиком и получила в свой состав вторую эскадрилью. Бомбардировщики из “Группы 24” начали боевые операции 3-го июля в районах Talavera, Salamanca, Avila. Через 5 дней новые истребители Messerschmitt Bf 109 из легиона Condor сбили один СБ над Avila. Два Ju-88 сбили еще два СБ в этот же день. Бомбардировщики из Gruppo 12 и 24 выполняли важную роль до конца войны в боях за Brunette и Belchite, неся минимальные потери. Между 5 и 20 ноября 1937 г было собрано 35 бомбардировщиков СБ для массированного удара под Saragossa. Группы из 18 самолетов успешно атаковали противника так же в районе Pamplona 12-го и 18-го ноября.


В годы Гражданской войны Советский Союз передал республиканской Испании в общей сложности 648 самолетов различных типов (И-15,И-16, Р-5 и др.), включая около 70 бомбардировщиков СБ. В Испанию было отправлено 772 авиационных специалистов, среди них более 160 летчиков. Испания стала первым полигоном для испытаний бомбардировщика СБ в реальных боевых условиях. Прибывшие туда самолеты СБ по своим летным данным, особенно по скорости, скороподъемности и практическому потолку, значительно превосходили лучшие в то время самолеты мятежников, поставленные Франко вместе с летным и техническим персоналом фашистскими правительствами Италии и Германии. СБ превосходил по скорости такие самолеты мятежников как истребители Fiat CR 32 и Heinkel 51, бомбардировщики Caproni 101, Savoia-Marchetti S.M.81, Junkers Ju-52 и Junkers Ju-86. На первом этапе боевых действий в Испании самолеты СБ, управляемые сначала советскими, а потом и испанскими экипажами, выполняли свои боевые задачи без прикрытия истребителями. Они эффективно действовали против наземных и морских целей - наносили удары по скоплениям войск противника, его аэродромам, портам, транспортным и военным кораблям. Нередки были случаи, когда СБ перехватывали и рассеивали в воздухе соединения бомбардировщиков противника.

Для борьбы с самолетами СБ из Германии стали поступать новые зенитные орудия с более совершенными приборами наводки и управления зенитным огнем. Грозным противником СБ стал новый немецкий истребитель Messerschmitt Bf 109B, который имел скорость 425 км/час на высоте 3500 м и мог перехватывать бомбардировщики СБ на высотах до 7000 м.

Советские летчики-добровольцы выполняли свой интернациональный долг до осени 1938 г, когда в связи с осложнившейся обстановкой было принято решение эвакуировать из страны все интернациональные бригады. Советское правительство высоко оценило заслуги летчиков-добровольцев. 28 из них были удостоены звания Героя Советского Союза. Среди них был командир эскадрильи СБ Н.Д.Остряков, который в одном из боевых вылетов атаковал и серьезно повредил “карманный” линкор “Deutschland”.


После поражения республиканского правительства в Гражданской войне 19 уцелевших бомбардировщиков СБ были захвачены в качестве трофеев ВВС гене­рала Франко. Они были взяты на вооружение. При этом советские моторы М-100А, считавшиеся ненадежными и капризными, были заменены на «родные» французские Hispano Suiza 12 Ybrs. Трофейные СБ использовались во франкистской Испании сначала в боевых частях, а позже - для тренировочных и учебных целей летного персонала. Они просуществовали там вплоть до 1950 г. У испанских летчиков генерала Франко самолет СБ получил название “София”.


Боевое применение
Война в Китае 1937-1945 гг.


Вторым местом боевого применения СБ стал Китай, где шла освободительная война против японских агрессоров. В начале японской агрессии малочисленная китайская авиация понесла большие потери. Японские ВВС безраздельно господствовали в воздухе, подвергая варварским бомбардировкам города Китая. 21 августа 1937 г Советский Союз заключил договор с правительством Чан-Кай-Ши (Chiang Kai-Shek) о поставках крупных партий вооружения. Осенью 1937 г Советский Союз отправил в Китай 225 самолетов, в том числе 62 бомбардировщика СБ и 89 авиационных специалистов для обучения китайских летчиков. Советские летчики на СБ-2М-100А перелетели из Иркутска на аэродром Вухань (Wuhan) в провинции Хупей (Hupei) в несколько этапов через Dalan Dzagada и Ulan Bator. В ноябре 1937 г первая группа советских летчиков-добровольцев прибыла в Китай на своих самолетах. Когда бомбардировщики СБ прибыли в Китай на них в качестве опознавательных знаков были нанесены 12-лучевые звезды гоминдановского режима и они были включены в состав китайских ВВС.

На аэродроме Нанкин (Nanking) были сосредоточены две группы самолетов: 23 истребителя И-16 под командованием Г.М.Прокофьева и 20 бомбардировщиков СБ под командованием Кидалинского. На аэродроме Ханькоу (Hankow) находился отряд из 31 бомбардировщика СБ под командованием Ф.П.Полынина. К числу успешных операций советских бомбардировщиков были налеты на японские аэродромы, бомбардировка японских кораблей на реке Янцзы, уничтожение моста и понтонной переправы через реку Хванг Xo(Hwang Но).

Особенно успешным был налет на главную базу японских ВВС, находящуюся на острове Формоза (Formosa, Тайвань). База находилась на большом удалении от линии фронта и использовалась для разгрузки судов с авиационной техникой. Самолеты в разобранном виде, упакованные в контейнеры, доставлялись на аэродром. Там они собирались и перегонялись в Шанхай. На Формоза находились также большие склады топлива и авиационного имущества. Японское командование считало базу недосягаемой для советских бомбардировщиков. Советское командование подготовило налет с дозаправкой самолетов на обратном пути на аэродроме Фуджоу. 23февраля 1938 г 28 бомбардировщиков СБ сбросили на Формозу 280 бомб и без потерь вернулись на аэродром в Ханькоу, пробыв в воздухе более семи часов. В результате налета советских летчиков было уничтожено 40 самолетов на аэродроме, много авиационной техники в контейнерах, ангары и трехгодичный запас горючего.


С осени 1937 г самолеты СБ, управляемые советскими экипажами, стали принимать активное участие в бомбардировках японских укреплений и скоплений войск, они уничтожали железнодорожные составы и станции, мосты и морские транспорты. Появление новейших скоростных бомбардировщиков СБ усилило наступательную способность китайской военной авиации. Как и в Испании, самолеты СБ действовали первое время в небе Китая без прикрытия истребителей. Однако с появлением истребителей Mitsubishi A6M Zero-Sen и истребителей других новейших типов японские летчики установили полное господство в воздухе, что вынудило отказаться от применения СБ для выполнения боевых задач в дневное время.

В августе 1938 г китайское правительство Чан-Кай-Ши обратилось с просьбой к СССР предоставить новую партию самолетов и эта просьба была удовлетво­рена. Всего до июня 1941 г Советский Союз поставил Китаю 1250 самолетов, десятки тысяч авиационных бомб различных калибров и много другого авиаци­онного имущества. В 1937-1940 гг в Китай из СССР было поставлено 292 бомбардировщика СБ разных модификаций. В Китае работали советские авиационные специалисты и советники по авиации, свыше 700 добровольцев, летчиков и механиков, приняли участие в боевых действиях. После вывода из Китая советских добровольцев поставки СБ-2М-103 (в Китае они имели обозначение СБ-3) продолжались до середины 1941 г и прекра­тились, когда фашистская Германия напала на Советский Союз. В Китае остались немногочисленные советские военные и технические советники, которые лично не принимали участия в боях. Китайские пилоты и технический персонал быстро освоили СБ и несколько лет использовали их в освободительной войне против Японии. В конце 1940 г была сформирована 12-я бомбардировочная группа, вооруженная СБ. До своего расформирования в 1944 г она по неизвестным причинам в боевых действиях не участвовала. Эскадрильи СБ из других бомбардировочных авиагрупп (1й, 2й и 61Й ) осенью 1941 г участвовали в боях за Чанша (Chansha).


В январе 1942 г эскадрильи СБ были атакованы японскими истребителями. Во время воздушного боя два СБ были сбиты и три серьезно повреждены и совер­шили вынужденные посадки. 22 и 24 января во время налетов на аэродром Аньцин китайские СБ прикрывали на истребителях Р-40 летчики из американской группы добровольцев «Летающие тигры». 22 января один СБ был сбит в воздушном бою.

В середине 1942 г большую часть уцелевших СБ сосредоточили на границе с Бирмой для борьбы с наркобаронами. Американское и китайское командования стремились помешать распространению наркотиков в строевых частях, что значительно снижало их боеспособность.

В июне и июле летчики из 12 авиагруппы на СБ, Корсарах и Дугласах совершили 9 боевых влетов на разведку и бомбардировку опиумных плантаций. Кроме того, СБ поддерживали наземные войска, оборонявшие позиции на границе Китая и Индии.

К началу 1943 г единственной авиачастью действующей на СБ была 1-я авиагруппа, где оставались еще летном состоянии 19 самолетов. В мае они совершили последний боевой вылет на фронте в районе Хуйбей (Khuibei). Ближе к концу войны оставшиеся бомбардировщики выполняли роль транспортных самолётов, последние из них снабжали в декабре 1946 года осаждённый маоистами город Паотао.


Опыт боевого применения СБ в Испании и Китае выявил ряд их недостатков. Прежде всего выявилась уязвимость СБ со стороны задней полусферы. Заднему стрелку требовалось слишком много времени для подготовки к бою верхней турели: сдвинуть фонарь и вывести пулемет из специального гнезда в фюзеляже в верхнее положение для ведения стрельбы. Не менее трудоемкие операции требовала и нижняя люковая пулеметная установка, которая к тому же имела очень ограниченные углы обстрела. Все манипуляции по приведению пулеметов в боевое положение производились под действием собственного веса стрелка и требовали большой силы и хорошей сноровки. Стрельбу из верхней турели в открытом положении приходилось вести под давлением воздушного потока, что затрудняло условия боевой работы заднего стрелка. Вызывали нарекания экипажей также сильный шум работающих двигателей и вибрации подмоторной рамы в полете, слишком тесные кабины и жесткая подвеска шасси. 'Место штурмана в передней кабине было признано просто опасным - в случае вынужденной посадки с убранным шасси он был обречен, так как входной люк в кабину штурмана располагался только снизу. Летчику была необходима бронеспинка для защиты от губительного огня истребителей со стороны задней полусферы. Летчики требовали также увеличить в 2-3 раза бомбовую нагрузку СБ.


Боевое применение
Конфликты на монгольской границе 1938-1939 гг.


Локальные боевые действия против японцев в Монголии отличались несколько в худшую сторону от боёв в Китае. Немалую роль в этом сыграло и шапкозакидательское настроение пилотов и командного состава советской авиации, и недостаточная боевая выучка строевых лётчиков. “Холодная война” между СССР и Монголией с одной стороны и Японией с другой, длившаяся с 1936 года, к июлю 1939-го переросла в “горячую”. На 24 июля в боевую готовность привели Приморскую авиагруппу ВВС Краснознаменного Дальневосточного фронта, в состав которой входили и бомбардировщики СБ-2М-100А из 25-й СБАБр. Несмотря на численное превосходство ВВС РККА не были достаточно подготовлены для ведения боевых действий и всё же 31 июля скоростные бомбардировщики совершили первые боевые вылеты. Целями для самолётов из 36-го СБАП стали позиции японцев у н.п. Заозерная и Дигашеди – в 15:10 24 СБ сбросили на противника с высоты 3-4 км 100 бомб ФАБ-100 и 78 ФАБ-50. Точность бомбометания оставляла желать лучшего, но советской стороне удалось достичь психологического эффекта от этой атаки, так как японская авиация отсутствовала совсем. После СБ противника проутюжили эскадрильи штурмовиков И-15, ССС и Р-Z, засыпав японцев градом мелких бомб. В конце дня 3-я эскадрилья 36-го полка (12 машин), загрузившись мелкими бомбами, повторно бомбила врага, но на этот раз от зенитного огня пострадали пять самолётов. Через сутки группа из 24 СБ снова наведалась в гости к японцам, доставив им в подарок десятки ФАБ-100 и ФАБ-50. От наземного огня пострадал один бомбардировщик, разбившийся при посадке.

Перегруппировав свои силы и подтянув подкрепления ВВС РККА начали подготовку к наступлению. Целями для 89 новоприбывших СБ являлись сопки Заозерная, Безымянная и Богомольная, а также артиллерийские батареи на японской стороне границы в районах Монтокусан, Йенчен, Нансон и Саосандо, атаковав их группами по 10-40 самолётов. Самое большое соединение насчитывало 44 машины и при последнем налёте был потерян один бомбардировщик и ещё один сильно поврежден. За последующие два дня СБ отлетали без потерь. Мелкими группами они вылетали против позиций артиллерии в районах Намченсандона, Чуюсандона и Хомоку, после чего массирование применение авиации запретили и СБ, по сути, больше в конфликте не участвовали. Всего скоростные бомбардировщики совершили 346 боевых вылетов, потеряв только один самолёт.


Урок, преподанный японским агрессорам у озера Хасан, не пошел им впрок. В мае 1939 г началось вторжение японских войск на территорию Монгольской на­родной республики в районе реки Халхин-Гол. Верный союзническому долгу, СССР оказал Монголии военную помощь. На первом этапе конфликта в период майских и июньских боев ситуация в воздухе над Халхин-Голом складывалась не в пользу советских летчиков. Первой армейской группе была придана авиационная группировка в составе трех полков: 22го и 70го истребительных и 150-го полка скоростных (на его вооружении было 29 самолетов СБ). Им противостояли превосходящие силы противника - отборные авиационные соединения, получившие большой опыт боев в Китае.

Чтобы исправить сложившуюся ситуацию в Монголию было срочно переброшено несколько полков бомбардировщиков и истребителей, объединенных в 100ю смешанную авиабригаду. Туда же были посланы советские летчики, получившие боевой опыт в Испании и Китае. К 20 августа авиационная группировка советско-монгольских войск насчитывала в своем составе 515 самолетов, в том числе около 180 бомбардировщиков СБ. Силы японской авиации составляли 303 самолета. В ожесточенных воздушных групповых боях советская истребительная авиация добилась превосходства в воздухе, а советские бомбардировщики нанесли ряд сокрушительных ударов по японским агрессорам. Так, 5 июля 1939 г 18 бомбардировщиков СБ из состава 38 го СБАП, прибывшего в конце мая из Забайкалья в количестве 59 СБ, нанес бомбовый удар по железнодорожной станции Халун-Аршан. Советские бомбардировщики действовали без прикрытия и дважды были атакованы японскими истребителями - на подходе к цели и над станцией. В результате ожесточенного воздушного боя было сбито два самолета СБ, потери японцев составили четыре истребителя И-97.

В период боевых действий с 11 мая по 31 августа советские бомбардировщики совершили 2108 самолето-вылетов, что составило 10,2% от общего количества. Потери советской авиации составили 207 самолетов и 211 летчиков. Основная часть потерь пришлась на истребительную авиацию (160 самолетов), которой принадлежала решающая роль в этой боевой операции. Десятки летчиков были удостоены звания Героя Советского Союза, среди них были летчики-бомбарди­ровщики: командир 38-го СБАП капитан В.И.Артамонов и командир 150 СБАП майор М.Ф.Бурмистров.


Боевое применение
Освободительные походы 1939 г.


Польская “освободительная” кампания также прошла далеко не так гладко, как на это рассчитывало руководство ВВС РККА. Несмотря на утверждения о том, что единственной потерей был разведчик Р-5, поляки уничтожили гораздо больше советских самолётов. Поскольку сопротивления польской авиации не ожидалось, 17 сентября три бомбардировщика СБ-2 без истребительного прикрытия с малой высоты атаковали железнодорожную станцию Тарнавица Лешна (около Станислава). На отходе их перехватил польский истребитель P-11с и поджег все три машины которые упали под Оттыной. В тот же день 12 бомбардировщиков СБ-2 нанесли бомбовый удар по отряду Корпуса охраны границы полковника Табачиньского – там прикрыть свои войска авиацией поляки уже не смогли. Затем, в районе Сарн, бомбардировщиками был атакован польский бронепоезд “Гловацкий”, противовоздушная оборона которого подбила один самолет. Непокорный бронепоезд был снова подвергнут бомбардировке 20 сентября в районе Рафалувка и на этот раз его зенитчики записали на свой счет две советские машины (и еще одну повредили). После этого СБ лишь изредка привлекались к бомбардировкам войск противника, сосредоточившись на разведке.


Боевое применение
Зимняя война 1939-1940 гг.


Война с Финляндией 1939-1940 гг. стала для СБ не менее суровым испытанием. Если ранее экипажам бомбардировщиков приходилось действовать в достаточно благоприятных погодных условиях, то теперь климат поменялся до наоборот. Боевые действия, развернувшиеся 30 ноября 1939 года планировалось завершить максимум через месяц, буквально разрезав Финляндию тремя мощными ударами. Для этого на границе сосредоточили огромную группировку войск, по численности многократно превосходящей войска противника. Ударную мощь наземных сил увеличили также за счет авиации. В Зимней войне приняли участие 22 скоростных бомбардировочных полка, на вооружении которых находились как старые СБ-2М-100А, так и новые СБ-2М-103 последних модификаций: 2-й ,5-й ,9-й, 10-й, 13-й, 16-й , 18-й, 24-й, 31-й, 33-й, 35-й, 39-й, 41-й, 44-й, 45-й ,48-й, 50-й, 52-й ,54-й, 58-й, 60-й и 63-й СБАП. Кроме того, бомбардировщики СБ числились в составе некоторых смешанных авиаполков и ещё 12 СБ находились в 34-м ДРАП и предназначались для ведения дальней разведки.

Наибольшее сопротивление ожидалось на направлении главного удара, с юга, через укрепления “линии Маннергейма” на Выборг и Хельсинки. Согласно данным советской разведки, финны не располагали внушительным составом ВВС и о господстве в воздухе вопрос вообще не ставился. Такое шапкозакидательское настроение тотчас отразилось на эффективности боевой работы как бомбардировщиков, так и истребителей, обеспечивавших их прикрытие. Именно на Карельском перешейке полки вооруженные самолётами СБ понесли около 80% потерь.

Наступавшая в этом секторе 7-я армия в течении первой недели войны потеснила финнов вглубь своей территории и продолжала успешное наступление вплоть до 5 декабря, пока не были достигнуты бетонные укрепления “линии Маннергейма”. Тут в полной мере выявилась тактическая неповоротливость Красной Армии, которая страдала от отсутствия взаимодействия между родами войск. Как правило, танковые части прорывались через траншеи и развивали наступление без поддержки пехоты, которая отсекалась ружейно-пулеметным огнем финнов от танков. Танкистам приходилось вести бой в одиночестве и нести большие потери от развернутой противотанковой артиллерии. Одним из показательных моментов в этом плане можно считать наступление в районе реки Сумма. Подойдя к линии укреплений 6 декабря советские части были остановлены упорно оборонявшимися финскими войсками и вынуждены были прекратить наступление. 16 декабря, после артиллерийской полготовки, около 70 танков Т-26 и БТ прорвались сквозь финские позиции, но пехота, наступавшая самостоятельно, была отсечена пулеметным и артиллерийским огнем. С наступлением темноты финны занялись оставшимися без поддержки пехоты танками, уничтожив большую их часть. То же самое повторилось в следующие два дня – оборону прорывали 70-100 танков и каждый раз финны удерживали свои рубежи. К 22 декабря сил атаковать укрепления у РККА больше не оставалось.

Действия советской авиации тоже не отличались большой успешностью, хотя численно она намного превосходила финскую. Организованный в декабре 1939 года Северо-Западный фронт располагал следующими авиационными подразделениями с бомбардировщиками СБ: два отдельных авиаполка (35-й и 55-й СБАП) и три авиабригады: 15-я СБАБ (2-й и 24-й СБАП, 71-я СБАБ (48-й и 50-й СБАП) и 55-я СБАБ (44-й и 58-й СБАП). Кроме того, в полосе фронта действовали ВВС 7-й и 13-й армий, 1-я авиационная армия особого назначения, ВВС БФ, истребительная ПВО ЛВО и Особая авиагруппа Кравченко. Всего, с 30 ноября 1939 года, для проведения наступательных операций и ведения разведки были задействованы 11 скоростных бомбардировочных полков, не считая соединений дальней разведки в которых основу также составляли бомбардировщики СБ.

Основным соперником наших самолётов в первые месяцы войны стали знаменитые голландские “фоккеры” – Fokker D.XXI, выпускавшиеся в Финляндии по лицензии. Они обладали равными с И-16 и И-153 лётными данными, слегка уступая им в маневренности. Зато выучка финских лётчиков и взаимодействие авиации и наземных подразделений оказались на порядок выше. Совместно с “фоккерами” боевые вылеты совершали старые бипланы Bristol “Bulldog” Mk.IV, отведенные годом ранее в ПВО, но не потерявшие от этого боеспособность. Перечисленные финские истребители входили в состав LeR 2 (2-го истребительного авиаполка) и были распределены между эскадрильями LeLv 24 (36 самолётов D.XXI) и LeLv 26 (10 самолётов Bristol “Bulldog”Mk.IV). В их задачу входило прикрытие с воздуха оборонявшихся войск.

Первые боевые вылеты, проведенные авиацией флота 30 ноября, прошли без особого успеха, но и потерь СБ тоже не понесли. Утром 12 самолётов из состава 2-й эскадрильи 57-го СБАП ВВС КБФ нанесли бомбовый удар по морскому аэродрому в Сантахамине. Были отмечены попадания в ангар, казармы и спуски. Примерно в 11:30 два СБ сбросили на якорную стоянку около острова Хёгсгора десять бомб на находившиеся там береговые броненосцы “Вяйнемёйнен” и “Ильмаринен”. Корабли повреждений не получили и спешно укрылись в шхерах, где достать их было чрезвычайно сложно, поэтому вторая девятка СБ сбросила бомбы уже на пустую стоянку. В дальнейшем броненосцами занимались преимущественно ДБ-3 из состава морской авиации. В течении 1 декабря остальные бомбардировщики атаковали финские города Хельсинки, Утти и Коулу. Здесь их ждала неприятная встреча с ПВО, закончившаяся совсем не в нашу пользу. Больше всего досталось 24-му и 41-му СБАП – по финским данным пилоты “фоккеров” сбили 12 бомбардировщиков (4 и 8 соответственно) без потерь со своей стороны. Ещё один СБ был сильно поврежден в бою с “Bulldog” (номер BU-86), и только используя преимущество в скорости советскому самолёту удалось оторваться и уйти в сторону своего аэродрома. Вопреки ожиданиям бомбардировки финских городов принесли обратный эффект. Советское руководство рассчитывало, что подобные удары вызовут недовольство у финских граждан и они поднимут восстание приведя в власти коммунистическое правительство. На самом деле этим удалось лишь разогреть ненависть к русским и укрепило желание сражаться с ними до конца. Ещё одним негативным моментом была низкая подготовка штурманов и бомбардиров. Зачастую вместо военных целей бомбы сыпались на жилые дома.

Между тем погодные условия ухудшились, что сказалось на интенсивности действий авиации с обоих сторон. С 9 по 18 декабря погода стояла нелётная, но СБАПы по прежнему получали приказы атаковать противника. 19 декабря советское наступление на Карельском перешейке возобновилось. Для прорыва финской обороны был выбран район реки Сумма, куда были стянуты значительные силы 7-й армии. Бомбардировочная авиация, помимо ударов по “линии Маннергейма”, совершила серию налётов на Хельсинки, Ханко, Виипури и Тампере. Прикрывавшие свои войска пилоты LeR 2 буквально разрывались в отчаянных попытках сорвать бомбометание – за день только города бомбило более 200 бомбардировщиков. И в этот раз финские истребители потрепали 44-й СБАП. По словам лейтенанта Эрика Совелиуса он и его ведомый сержант Сакари Хейки Иконен, перехватили над станцией Кямяря несколько групп СБ, первая из которых состояла из 7 самолётов, а две другие из 3. Последняя группа разбрасывала листовки. С ходу атаковав бомбардировщики финны сбили по одному самолёту, до того, как их заметили истребители прикрытия. В ходе следующего боя был сбит один И-16. Тем же днем 44-й СБАП потерял над линией Маннергейма ещё четыре бомбардировщика.

В течении двух следующих суток около 300 бомбардировщиков совершили очередные налёты на финские города. Целями были верфи в Турку, авиазавод в Тампере, радиостанция в Лахти и патронный завод в Рихимяки. Кроме того, ударам с воздуха подверглись узловые станции на перешейке. Потери составили всего один СБ и три ДБ-3, и это несмотря на то, что финские истребители выполнили около 100 боевых вылетов. Продолжавшаяся наступательная операция 7-й армии постепенно выдыхалась и 23 декабря финны, силами двух дивизий, сами перешли в контрнаступление, заставив потрепанные части РККА перейти к обороне. Теперь нашим СБ предстояло оказать помощь оборонявшимся войскам. На острие удара снова оказался 44-й полк, лишившийся в этот день шести самолётов (по финским данным). И все же продвижение противника удалось остановить и теперь обе стороны заняли выжидающие позиции.

К этому времени в полную меру проявили себе северные морозы. Как только Финский залив покрывался льдом, температура падала до 38 градусов ниже нуля. При таких холодах замерзала смазка пулеметов и гидросмесь в гидропневматической системе уборки шасси, густело масло. Результатом этого стала невозможность уборки шасси, переход винтов с малого на большой шаг, сброс бомб размещенных на внешней подвеске. Разбор полётов тоже не принес утешения. Вследствие слабой навигационной подготовки были неоднократные случаи потери ориентировки, обнаружилась низкая точность попадания бомб, особенно по малым целям (мосты, дороги). Выяснилось, что большинство летчиков не умели вести воздушную разведку, особенно - воздушное фотографирование. Слабая огневая подготовка воздушных стрелков и недостатки оборонительного вооружения стали причиной неоправданных потерь бомбардировщиков. Именно после финской войны старые турели на СБ стали повсеместно заменять более совершенными турелями МВ-3 и МВ-2, однако не успели завершить это перевооружение самолетов к началу германского вторжения. В такой ситуации финское командование предприняло новое наступлении, фактически отрезав части 4-й дивизии от основных сил. Переломный момент настал 25 декабря, когда советские войска пытались перебросить по льду хоть какие-нибудь подкрепления, а финны завершали окружение. Направленный на помощь 18-й СБАП не смог оказать существенного влияния на ход боёв и потерял четыре самолёта. К 27 декабря для 4-й дивизии создалось критическое положение – наземные войска её помочь в тот момент не могли. В итоге командование приказало 7-й армии прекратить безуспешные атаки на “линию Маннергейма”. Год закончился несколькими вылетами на бомбардировку финских укреплений на Карельском перешейке, в ходе которых 2-й СБАП потерял два СБ.

Однако не стоит думать, что бомбардировочные полки несли лишь одни потери, не оказав существенной помощи наземным силам. Здесь стоит учитывать, что далеко не всегда боевые вылеты проходили при хороших погодных условиях. Судя по статистике СБ вылетали чуть ли не каждый день на разведку и бомбардировку войск противника. Для сравнения, полк разведчиков Р-10 за три месяца совершил всего несколько десятков боевых вылетов, так как лётная погода стояло всего 24 дня. Как говориться, комментарии излишни. Случались и победы над финскими истребителями. Одна из них была одержана 19 декабря стрелками 50-го СБАП. В этот день девять СБ отбомбилась по укреплениям на “линии Маннергейма” и возвращалась на свой аэродром, когда их атаковала группа финских истребителей. По советским данным стрелки экипажей старшего политрука Костылева и ст.лейтенанта Шумилина сбили в сумме три самолёта. 21-го декабря, при схожих обстоятельствах, всё тот же Костылев посодействовал уничтожению ещё двух вражеских машин. Финские данные таких потерь совершенно не подтверждают, зато в победных реляциях пилотов LeLv 24 числятся четыре СБ из состава 44-го СБАП, один из 1-й ДОАЭ и пять бомбардировщиков ДБ-3. Похоже, что обе стороны “сжульничали”, хотя советская сторона “честно” признала потерю одного ДБ-3.

Что касается экипажей бомбардировщиков, сбитых за линей фронта, то здесь ситуация была крайне тяжелая. Зная, что финны особо церемониться с ними не будут, советские пилоты предпочитали вступать в бой, в случае если самолёт совершил вынужденную посадку в тылу у противника. К примеру, 1-го марта 1940 года самолёт старшего политрука В.В.Койнаша был подбит огнем ПВО, загорелся и совершил посадку в районе деревни Кяхери. После короткого боя погиб стрелок-радист, а летчик и штурман предпочли смерть плену и покончили с собой. Всем пилотам было посмертно присвоено звание Героев Советского Союза. Но наиболее впечатляющим может служить случай, происшедший с одним из экипажей 6-го ДБАП. Разгром, учиненный всего двумя истребителями D.XXI группе под командованием майора Майстренко описан во всех изданиях посвященных использованию авиации в период Зимней войны. Не будем вдаваться в описания этого боя, в ходе которого лейтенант Йормо Сарванто сбил шесть из восьми бомбардировщиков, а седьмой уничтожил лейтенант Совелиус ещё до подхода к цели. Все члены экипажей сбитых ДБ-3 числятся погибшими, но далеко не все из них сгорели вместе со своими машинами. Один из раненых членов экипажа сбитого бомбардировщика пролежал на 30-градусном морозе более суток и предпочел умереть от обморожения, хотя финская поисковая команда дважды появлялась на месте падения самолёта искав уцелевших пилотов.

Впрочем, иногда сбитых лётчиков удавалось вовремя эвакуировать. В качестве положительного примера можно привести случай, происшедший 10 марта 1940 года, когда девять СБ из 44-го СБАП под прикрытием 15 истребителей И-16 из 7-го ИАП, успешно отбомбились по укреплениям противника и легли на обратный курс. Потери составили всего один бомбардировщик, который загорелся после попадания зенитного снаряда. Командир экипажа, ст.лейтенант М.Ф.Мазаев, посадил самолёт на замёрзшее озеро на финской территории. Истребители прикрытия и стрелки бомбардировщиков пулеметным огнем прижали к земле финских солдат, попытавшихся взять в плен советских лётчиков, а в это время СБ капитана Трусова приземлился рядом и подобрал сбитый экипаж.


Неудача декабрьского наступления привела командование РККА к выводу, что лобовыми атаками “линию Меннаргейма” взять не получиться. Перегруппировав силы войска Северо-Западного фронта в составе 7-й и 13-й армий 7 января 1940 г. выдвинулись в район реки Сумма и начали постепенное продвижение к Выборгу (Виипури). Одновременно командующим ВВС Северо-Западным фронтом назначили комкора Е.С.Птухина. В отличии от прежнего руководства Птухин был боевым офицером и участвовал в гражданской войне в Испании, не понаслышке зная специфику работы бомбардировщиков. К этому времени под его командованием находились два отдельных авиаполка (85-й СБАП и 149-й ИАП) и три авиабригады - 27-я ДБАБ (6-й, 21-й и 42-й ДБАП), 29-я БАБ (9-й СБАП и 7-й ТБАП) и 16-я СБАБ (31-й и 54-й СБАП).

Методичная обработка финских укреплений артиллерийским огнём и авиацией, не раз заставляла противника отступать, однако ночью советские части отходили, давая возможность финнам вернуться и начать восстановление дотов и блиндажей. Эту тактику повторили ещё несколько дней в подряд, окончательно измотав оборонявшихся. Командующий финской армией маршал К.Г.Маннергейм приказал войскам отступить на “промежуточную” линию обороны, однако сила удара советских армий оказалась настолько велика, что 27 февраля она также была оставлена.

Не последнюю роль сыграла в этом деле полки вооруженные бомбардировщиками СБ, экипажи которой наконец приобрели драгоценный боевой опыт. Впрочем, середина января выдалась не слишком удачной. Бомбардировщики, хотя и выполняли поставленные боевые задачи, несли немалые потери. Нелётная погода, вызванная сильными снегопадами, стояла с 7 по 12 января, но уже в следующие два дня СБ совершили налет на Турку и сделали ещё несколько разведывательных вылетов. В тот раз удалось обойтись без больших потерь, были сбиты только два самолёта, причем последний “завалила” совместными усилиями “шестерка” старых истребителей “Bulldog” Mk.IV. Но настоящий разгром был устроен 17 декабря. Примерно в 14:00 десять истребителей D.XXI буквально растерзали группу СБ из состава 54-й СБАП, бомбившей цели на перешейке. По утверждениям финских пилотов в течении 40 минут они сбили 10 бомбардировщиков, что не совсем соответствует действительности. Полк и вправду понес потери, но за всю он лишился от противодействия противника только восьми СБ и два самолёта числятся без вести пропавшими. Возможно, финны посчитали подбитые самолёты уничтоженными., что выглядит более правдоподобно. 19 января пилоты “фоккеров” заявили ещё о двух победах над СБ, якобы после которых советские бомбардировщики в течении двух недель не появлялись над юго-восточными районами Финляндии.

Далее наступила очередь 21-го ДБАП. 20 января группе бомбардировщиков этого полка поставили задачу нанести удар по финским войскам севернее Ладожского озера, но в ходе вылета их дважды атаковала эскадрилья D.XXI сбив шесть самолётов и потеряв один свой истребитель. В тот же день, опять-таки по финским данным, было потеряны семь СБ из состава 35-го и 36-го СБАПов.

С другой стороны, при должной подготовке экипажи оказывали ожесточенное сопротивление атаковавшим их истребителям. Например 2 февраля СБ ст.лейтенанта Г.С.Пинчука из 57-го СБАП был направлен для проведения аэрофотосъёмки района финских укреплений. Как обычно истребительного прикрытия не выделили, а экипажу следовало сделать восемь заходов на цель точно выдерживая высоту и скорость. Длина каждого маршрута составляла всего 25 км. Во время четвертого захода штурман сбросил на цель две бомбы вызвав сильный пожар. На следующем заходе бомбардировщик был атакован двумя “Gladiator”. Пинчук резко развернул самолёт в их сторону и финские пилоты не смогли дать прицельную очередь. Поняв, что они имеют дело не с новичками “Gladiator” скрылись в облаках, не решившись довести бой до конца. Нечто похожее произошло 19 февраля 1940 года. В тот день эскадрилья из состава 58-го СБАП без помех подошла к ж\д станции и уже над целью встретила плотный огонь ПВО. Несколько машин получили повреждения, но все бомбардировщики вернулись на свой аэродром. Во втором боевом вылете шесть СБ были перехвачены девятью “фоккерами”. Первая атака финнам удалась лишь частично – им удалось подбить самолёт ст.лейтенанта О.А.Остаева, который попытался уйти набрав максимальную скорость и высоту. Возможно, истребители добили бы израненный СБ, если бы не поддержка со стороны бортовых стрелков других бомбардировщиков группы. Создав плотную огневую завесу им удалось отогнать “фоккеры” и вернуться на свой аэродром в полном составе.

Отдельно стоит отметить 85-й АП ОН, на вооружении которого находились дальние бомбардировщики ДБ-3 и средние СБ. Полк был создан на основе 12-й бомбардировочной эскадрильи, прибывшей на фронт 25 декабря 1939 года и сосредоточенной на а.Пушкин. Летчики эскадрильи обладали высоким уровнем подготовки и имели опыт слепой посадки на самолётах оснащенными приборами для слепого полета. Первые результаты их боевой работы оказались впечатляющими и с 1 февраля эскадрилью реорганизовали в 85-й полк особого назначения. Материальную часть двух первых эскадрилий составили обычные бомбардировщики СБ-бис-2М-103 (1-я АЭ) и ДБ-3Б 2М-87А (2-я АЭ). Третья эскадрилья получила самолёты обоих типов, доработанные для бомбометания с пологого пикирования под углом порядка 80 град. В последний месяц войны 3-я АЭ нанесла ряд успешных ударов по стратегически важным объектам, в числе которых находились мосты Кория и Саванлинна. По этим целям было совершено 13 и 6 боевых вылетов, причем потерь бомбардировщики не понесли. Эффективность действий СБ и ДБ-3 в качестве пикировщиков признали частично успешной, хотя по сравнению с другими полками они явно выделялись в лучшую сторону, особенно если учесть полное отсутствие опыта подобных ударов. Например, 11 марта 1940 г. два полка ДБ-3 (21-й и 85-й ДБАП) сбросили на мост Кория 300 бомб, из которых одна попала в мостовой пролет и одна в мостовой устой, что составило 0,06 % (!) от их общего количества. Пикировщики постарались гораздо лучше, израсходовав всего 31 бомбу ФАБ-250, уложив точно в цель одну (3,2 %). Всего бомбардировщики полка 19 раз бомбили с пикирования. В отчете ВВС Северо-Западного фронта указывалось следующее: “Впредь для получения для получения подобных бомбардировщиков целесообразно использовать для подготовки кадров и боевой работы приспособленные ДБ-3 и СБ, поскольку лёгкость бомбометания с пикирования даже на этих машинах в несколько раз выше бомбометания с горизонтального полета”. С 25 декабря 1939 года (когда полк ещё был эскадрильей) по 13 марта 1940 года 85-й БАП ОН выполнил 454 боевых вылета: 208 днем в облачную погоду, 203 ночью и 24 днем в ясную погоду. При такой интенсивности использования суммарные боевые потери составили всего 8 самолётов, что стало одним из лучших показателей за всю войну. Ещё четыре СБ не вернулись с задания по невыясненным причинам и четыре самолёта потеряли во внебоевой обстановке.


С февраля состав групп, вылетавших на бомбардировку финских позиций, значительно увеличился. В налетах стали принимать участие по 20-30 самолётов при обязательном истребительном прикрытии. Для окончательного разгрома финской обороны 23 февраля были созданы Объединенные ВВС Северо-Западного фронта под командованием комкора Птухина в составе двух авиабригад (27-й ДБАБ и 16-й СБАБ) и семи отдельных авиаполков (85-го и 57-го СБАП ВВС БФ, 1-го МТАП ВВС БФ, 15-го РАП, 7-го, 13-го и 149-го ИАП). Всего к 1 марта против финнов действовали 20 полков СБ, причем шесть из них (5-й, 33-й, 39-й, 45-й, 52-й и 60-й СБАП) перебросили из тыла и включили в боевую работу в период с 20 по 26 февраля.

Использование правильной тактики теперь позволяла избежать крупных потерь, случавшихся ранее. Например, 19 февраля истребители И-153 связали боем три “Gladiator” и не дали им провести атаку на строй из 32 СБ, хотя сами потеряли двоих. 20 февраля те же финские лётчики атаковали группу из 30 СБ. лейтенанту Бергу удалось тогда сбить один бомбардировщик, но и его самолёт оказался прошит пулями и загорелся. Вообще в тот день 18-й и 54-й СБАП потеряли в сумме 3 самолёта.

Конец февраля-начало марта 1940 года прошли в ожесточенных боях, как на земле, так и в воздухе. В этот период наименьшие потери понесли новоприбывшие полки, каждый из которых потерял в боях по одному самолёту, за исключением 5-го СБАП. Финны, ясно понимавшие, что долго им не продержаться, старались всеми силами задержать продвижение советских войск, пока шли переговоры об условиях перемирия. В немалой степени помощь Финляндии оказали шведски добровольцы из группы F.19. В первый месяц боев с советскими бомбардировщиками они практически не встречались, больше “специализируясь” на истребителях типа И-15бис и И-153. Попробовать себя в роли полноценных перехватчиков им удалось 1 февраля. В качестве противника пилотам шведских “Gladiator” предстояло встретится с 5-м ОСАП (отдельным смешанным авиаполком), который наносил удары по тылам финнов.

В 10:30 по местному времени шведы заметили две группы из 8 ДБ-3 и 26 СБ, принадлежавших этому полку. Бомбардировщики успешно отбомбились по городу Рованиеми, сбросив 26 тонн бомб. Атаковав хвост последней группы им удалось сбить один СБ, причем впоследствии в обломках бомбардировщика насчитали свыше 200 пулевых пробоин (!). Спустя больше двух недель – 20 февраля, истребители сбили один и повредили другой СБ, который с трудом дотянул до своего аэродрома и восстановлению не подлежал. В свою очередь борт-стрелки потрепали “Gladiator” фёнрика Пен-Йохана Салвена. В полдень следующего дня пилоты F.19 вновь встретились с соединением из 13 ДБ-3 и 26 СБ из 5-го ОСАП, вновь вылетевшими на бомбардировку Рованиеми, но из-за ошибки штурмана сбросившими бомбы на шведский поселок Паяла. На обратном пути советские самолёты были перехвачены двумя истребителями, которые подбили по одному СБ и ДБ-3. в числе последних побед были записаны два СБ из состава 34-го ДРАП, сбитые 7 марта 1940 года, а общий итог составил 5 уничтоженных средних бомбардировщиков.


Всего за период боевых действий бомбардировочная авиация (с учетом самолетов всех типов) произвела 44041 боевой вылет (или 52,4%), на противника было сброшено 23146 тонн бомб. Потери полков, вооруженных СБ, составили: 113 самолетов, сбитых противником; 27 самолетов пропало без вести и 41 самолет был поврежден и требовал заводского ремонта. Небоевые потери были также значительны – 65 (по другим данным – 72) самолетов СБ, при этом около 10 бомбардировщиков попали в руки финнов и 6 из них впоследствии приняли участие в боях 1941-1944 гг. Общие потери составили 253 самолетов СБ.


Боевое применение
Бомбардировщики СБ в Великой Отечественной Войне 1941-1945 гг.


В короткий межвоенный период (с апреля 1940 по июнь 1941 гг.) командование ВВС постаралось ввести в строй как можно больше новой техники, однако полностью переоснастить ей боевую авиацию не удалось. Несмотря на то, что число новых самолётов маленьким не назовешь, почти половина из них страдала многочисленными дефектами или требовала серьёзной доработки. Ещё большую проблему составляла подготовка и переучивание экипажей. Как и следовало ожидать, перед началом немецкого вторжения основу ВВС РККА составляли “устаревшие типы самолётов”: истребители И-15\153 и И-16, разведчики P-Z, средние бомбардировщики СБ и дальние ТБ-3. В советские времена было принято считать, что именно из-за этого наша авиация не смогла выполнить задачу по прикрытию своих армий, но причина кроется совершенно в другом. Ниже приведен список бомбардировочных полков, на вооружении которых оставались самолёты СБ. Разумеется, кроме них скоростные бомбардировщики имелись в составе эскадрилий разведывательной авиации и вспомогательных соединений.


СБ на центральном направлении


Перед войной Западный ОВО располагал немалым количеством СБ, общее число которых было не менее 360. Именно этот тип бомбардировщика был основным, так как процесс перевооружения авиаполков на пикировщики Пе-2, базировавшихся на территории Белоруссии ещё только начинался. Самолёты СБ числились в следующих авиаполках:

6-й СБАП 12-й БАД – аэродром Витебск, 18 СБ (2 неисправно)

128-й СБАП 12-й БАД – аэродром Улла, 41 СБ (1 неисправен)

13-й БАП 9-й САД – аэродромы Рось и Борисовщизна, 51 СБ (11 неисправно) и 13 Ар-2

16-й СБАП 11-й САД – аэродромы Желудок и Черлена, 24 СБ (1 неисправен) и 37 Пе-2

39-й СБАП 10-й САД – аэродромы Пинск и Жабицы, 43СБ (2 неисправно) и 9 Пе-2

24-й СБАП 13-й САД – аэродромы Бобруск, Тейкичи, Телуше, 41 СБ (6 неисправно)

121-й СБАП 13-й САД – аэродром Быхов, 56 СБ (9 неисправно)

125-й СБАП 13-й САД – аэродром Быхов, 38 СБ (6 неисправно)

313-й РАП – аэродром Слепнянка, 20 СБ (1 неисправен)

314-й РАП – аэродром Барановичи, 5 СБ

162-й резервный АП – аэродромы Зябровка, Бронное, Холмич, располагал 64 самолётами СБ, И-16 и И-15

По одному СБ находилось в подчинении управления каждой бомбардировочной и смешанной авиадивизий. Как видно из представленного списка абсолютно большая часть самолётов (90%) находилась в боеготовом состоянии, то же касается и их экипажей. Действовать им предстояло на фронте шириной 600 и глубиной до 300 км, однако отсутствие должного числа запасных взлётно-посадочных исключало возможность аэродромного маневра, в связи с чем в первые дни войны ВВС РККА понесли жестокие потери не только в воздухе, но и на замле.


После серии ударов по приграничным аэродромам, на которых самолёты в большинстве случаев не были замаскированы и рассредоточены, было уничтожено 738 машин всех типов: 9-я САД потеряла 347 самолетов из 409 (комдив генерал С.А.Черных был арестован и 27-го июня расстрелян по приказу Сталина), 10-я САД потеряла 180 самолетов из 231 и 11-я САД - 127 из 199. Узнав об этом командующий ВВС Западного особого военного округа генерал-майор И.И.Копец застрелился...

Большие потери понесли в первые дни и бомбардировочные полки, вооруженные СБ. Так 22-го июня аэродром 39-го СБАП четырежды подвергался атакам немецких самолетов, в результате чего было уничтожено на земле 43 СБ и 5 Пе-2. После первого налета немецких самолетов 18 самолетов СБ сумели взлететь и в 7 часов утра атаковали немецкие танковые и моторизованные части, переправлявшиеся через реку Буг. Было зафиксировано одно попадание в переправу. Этот успех дорого обошелся советским летчикам - немцам удалось сбить и серьёзно повредить все 18 бомбардировщиков на обратном пути. Не меньшие потери понес и 13-й БАП, имевший перед войной 51 СБ, 22 пикировщика Ар-2 и восемь тяжелых бомбардировщиков Пе-8. Полк базировался на а.Росси под Белостоком вблизи границы с Польшей. Учитывая 11 неисправных самолётов в боях могли принять участие 40 СБ, но после налетов немецкой авиации их число сократилось наполовину, а в следующих вылетах были потеряны остальные бомбардировщики. К концу июля 13-й СБАП практически полностью пересел в кабины Пе-2.

Похожая картина наблюдалась и в других полках. В 125-м СБАП после месяца непрерывных боёв осталось всего 7 бомбардировщиков. Полк вывели на переформирование в Казань и переоснастили пикировщиками Пе-2. Впоследствии самолёты этого полка участвовали в боях под Ленинградом, потеряв в течении 128 дней 22 бомбардировщика и 55 членов экипажа. 24-й СБАП, начав войну с 41 СБ, к августу 1941 года также лишился боеспособных самолётов и был отведен на переформирование. Наиболее полно укомплектованный 208-й СБАП имел 6-эскадрильный состав и участвовал в боевых действиях с 30 июня. Судя по всему, в процессе боёв он понес отнюдь не катастрофические потери и впоследствии был доукомплектован пикировщиками Пе-2, поскольку 4 августа на его основе создали три полка 2-х эскадрильного состава.

В то же время, экипажи СБ проявляли чудеса отваги, даже несмотря на явное численное превосходство перехватывавших их немецких истребителей. В первый день войны отличился экипаж А.С.Протасова из 16-го СБАП. Между 6:00 и 7:00 бомбардировщик выдержал бой с группой “мессеров”, один из которых был сбит бортовым стрелком, а второй Протасов таранил уже на горящем самолёте. Потери полка от ударов немецкой авиации 22 июня составили 14 СБ и 15 Пе-2. К 23 июня полк ещё был боеспособен и в течении трёх следующих недель вел активные бои в Белоруссии. Несмотря на огромные потери число СБ продолжало оставаться значительным. Пополнение проходило за счет резервных эскадрилий и полков, дислоцированных в дальних районах страны. Прибывшие бомбардировщики с ходу вступали в бой, без предварительной разведки и истребительного прикрытия. Начавшаяся в конце июля битва под Ельней потребовала привлечения больших авиационных сил, в особенности бомбардировщиков. Разведке уделяли посредственное внимание, поэтому удары в ряде случаев наносились вслепую. В разгар сражения из Забайкалья прибыл 57-й СБАП. Утром 6 июля полк начал длинный перелет по маршруту Хабаровск, Возжаевка, Укурей, Усть-Орда, Красноярск, Новосибирск, Омск, Челябинск, Чкалов, Энгельс, Сасово. На сасовском аэродроме провели реорганизацию, разделив полк на 57-й СБАП (3,4,5 эскадрилья) и 57-А СБАП (1 и 2 эскадрильи), при сохранении прежней материальной части. Единственное, что успели сделать до вступления полков в бой, так это оснастить самолёты системой заполнения баков углекислым газом.

7 августа полк перевели в подчинение командованию Резервного Фронта и на следующий день бомбардировщики совершили первый боевой вылет. Из 27 самолётов 57-й СБАП лишился 11, причем погибла вся 2-я эскадрилья (9 СБ). Это ничуть не смутило командование, потребовавшее продолжать наносить удары по войскам противника. В следующих двух вылетах потеряли ещё два бомбардировщика и только после этого посчитали нужным перевести полк на ночную работу. Удар под Ельней увенчался скромны успехом, обернувшись новыми потерями, но экипажи 57-го СБАП продолжали действовать на стыке 24-й и 43-й армий, оказавшихся в тяжелом положении. К концу сентября осталось всего 7 самолётов, но пополнить состав полка было нечем. Больше того, слишком быстро развивавшееся немецкое контрнаступление заставило бомбардировщики 57-го полка в буквальном смысле слова “скакать” с одного места на другое. Впервые подобный перелет состоялся 5 октября, когда появление немецких танков заставило спешно эвакуировать боеспособные самолёты с а.Павлово в Гжатск. Здесь бомбардировщики задержались не более суток и в следующие 5 дней они сменили порядка десяти аэродромов. В итоге полк оставили на а.Дракино и подчинили 38-й АД Западного Фронта. За этот период боевых потерь не было, однако один бомбардировщик пришлось оставить на а.Липицы. Пока 57-й СБАП полностью не утратил боеспособность его материальную часть пополнили за счет отремонтированных самолётов, переданных из других частей. С учетом потерянных машин, общее число боеспособных СБ к 16 октября составляло не более шести. Последним местом базирования 57-го СБАП стал а.Гридино. Отсюда бомбардировщики СБ совершили последние боевые вылеты, до того как 19 октября полк отвели в тыл и переоснастили американскими самолётами Douglas A-20. 1

50-й СБАП, отличившийся в ходе конфликта в Монголии, прибыл на фронт только в сентябре. Перед этим самолёты были разобраны и доставлены из Забайкалья на Волгу на ж\д платформах. Здесь осуществлялась их сборка и доставка к месту боевых действий. Полк также получил дальние бомбардировщики Ер-2 и пикировщики Пе-2, приняв участие в отражении немецкого наступления на Москву. Пилоты 150-го СБАП сражались храбро, но остановить немцев советская армия не смогла. 13 октября бомбардировщикам пришлось спешно перебазироваться с аэродрома в Климове в Клин, так как на взлётное поле вышли прорвавшиеся немецкие танки. В следующем месяце полк переучился на новую технику.

В августе на фронт прибыл 37-й СБАП, ранее дислоцированный на Дальнем Востоке. С аэродрома Арзамас полк перелетел на фронтовой аэродром Зехново (район зера Селигер), и приступил к боевым полетам. Действия велись в интересах 22-й и 29-й армий Западного фронта, удары наносились по колоннам, переправам и аэродромам противника в районе Великие Луки, Демидов, Велиж, Западная Двина. Летая на задания почти без прикрытия, бомбя с высот 800-1000 м, полк терял экипажи и самолеты. К концу сентября 1941 г. в полку осталось семь экипажей и три СБ. Эти самолеты были переданы в другой полк, а оставшийся личный состав был отправлен в тыл, в г. Петровск Саратовской обл. на укомплектование и переучивание на самолеты Пе-2. Интересно сложилась судьба 1-го СБАП. Летом 1941 года этот полк находился в резерве и позднее участвовал в иранской кампании. 7 октября поступил приказ о переброске полка в составе двух эскадрилий (20 самолетов) и 181 человека личного состава на оборону Москвы. Наземный и большинство технического состава 8 октября выехали поездом с аэродрома Гарган, а воздушный эшелон начал перелет по воздуху. В пути маршрут был изменен, и в результате отсутствия связи часть полка прибыла поездом в Дмитров, а самолеты завершили перелет 18 октября в Егорьевске. Полк вошел в состав 38-й САД Западного фронта. Вылеты производились днем, преимущественно одиночными экипажами под прикрытием облаков. В боевую работу, кроме бомбардировок, входила разведка, фотографирование.

До конца октября полк сделал 284 дневных боевых вылета, уничтожил до 400 автомашин, 21 танк, 126 орудий и минометов, 2080 солдат противника, вызвал 16 взрывов и 52 пожара. Экипажи действовали по дорогам в окрестностях городов: Калуга, Таруса, Алексин. С середины ноября 1941 г. участвовал в отражении второго генерального наступления немцев на Москву. В конце ноября полк оставил аэродром Егорьевск ввиду приближения противника и действовал с луговой площадки на берегу Оки в районе Луховиц. Поддерживал контрнаступление Красной Армии, нанося бомбовые удары в районе городов Клин, Истра, Солнечногорск. В ходе боевых действий произведено около 2 тыс. боевых вылетов, уничтожены сотни автомашин, десятки танков, орудий, самолетов, свыше 4,5 тыс. солдат противника. 28 ноября 1941 г. передан в состав 146-й БАД. В этот день полк имел 18 самолетов СБ, из них 3 неисправных. Через месяц - 29.11.41 г. - осталось только 7 самолетов, из них 2 неисправных. А еще через неделю полк обладал всего одним исправным и тремя неисправными самолетами. Ускоренный ремонт материальной части и пополнение не могли возместить возрастающих потерь. Из-за этого боевую работу пришлось временно прекратить.

9 января 1942 года вся исправная техника была передана в 130-й СБАП. Вероятно, в это время полк был передан в непосредственное подчинение ВВС Западного фронта. До 20 февраля 1942 г. 1-й СБАП занимался восстановлением материальной части и принимал пополнение. При этом он не отводился в тыл. Восстановив технику и летный состав, перебазировался на аэродром Дракино близ Серпухова. Кстати на вооружении в этот период были все те же СБ и Ар-2. В ходе Московской битвы авиаполк был переименован в 1-й НБАП и приступил к нанесению ночных ударов. Судя по всему он стал последним полком на центральном направлении, использовавшим эти типы самолётов. По крайней мере сохранившиеся свидетельства и фотографии говорят о том, что бомбардировщики СБ и Ар-2 активно применялись вплоть до мая 1942 года, когда 1-й ПБАП был вновь переформирован и получил новую технику. Не совсем ясна ситуация с 213-м и 214-м СБАП, сформированными в августе 1940 года, а также 99-м СБАП (сформирован в мае-июне 1941 г.). К началу войны они все ещё находились в стадии формирования и, вероятно, были переброшены на фронт только осенью 1941 г.


СБ в Прибалтике


В Прибалтийском особом военном округе (командующий ВВС генерал А.П.Ионов) было 1211 самолетов, большей частью И-16, И-153 и СБ. Примечательно, что на аэродромах в Литве, Латвии и Эстонии новых бомбардировщиков было очень мало. На 22 июня 1941 года самолётов типа Пе-2 насчитывалось всего 12, Ар-2 – не более 30, Ил-2 – 5. Больше всего было перехватчиков МиГ-1 и МиГ-3 - 147 самолётов. Состав авиаполков, на вооружении которых находились бомбардировщики СБ приведен ниже.

35-й СБАП 4-й САД – аэродром Тарту, 50 СБ (3 неисправно)

50-й СБАП 4-й САД – аэродром Хаапсалу, 34 СБ (6 неисправно)

53-й СБАП 4-й САД – аэродром Куусику, 43 СБ (4 неисправно)

31-й СБАП 6-й САД – аэродром Митава, 60 СБ (4 неисправно)

40-й СБАП 6-й САД – аэродром Виндава, 54 СБ (2 неисправно)

9-й СБАП 7-й САД – аэродром Паневежис, 64 СБ (3 неисправно)

46-й СБАП 7-й САД – аэродром Шавли, 62 СБ и Ар-2 (11 неисправно)

54-й СБАП 57-й ИАД – аэродром Вильно, 68 СБ и Ар-2 (12 неисправно), 7 Пе-2

312-й РАП – аэродром Рига, 6 СБ.

По одному СБ использовалось в управлениях 7-й и 8-й САД, по два – в 4-й и 6-й САД. Итоговое количество СБ составило не менее 450 самолётов, что было внушительной силой даже при полном отсутствии новой техники.

Самолеты 1-го Воздушного флота в первый же день войны нанесли удар по 11 аэродромам. По неполным данным общие потери ВВС на прибалтийском направлении составили 22 июня около 100 самолетов. Советские летчики в этих трудных условиях сумели нанести ответный удар - в 10 часов утра СБ 40-го БАП из совершили удачный налет на Кенигсберг, Тоураген и Мемель и, несмотря на мощный зенитный огонь, вернулись без потерь. Казалось бы, зачем наносить удар по дальним тылам противника, когда он уже перешел границу и быстро продвигается вглубь нашей страны? Ответ заключался в приказе верховного командования, в котором предписывалось перенести боевые действия на территорию противника. Как только стало ясно, что данная директива устарела, штаб округа попытался наладить взаимодействие между авиационными и наземными частями, однако из-за общей неразберихи сделать это оказалось не реально. С 23 по 29 июня последовало несколько спорадических воздушных атак на немецкие части, вышедшие к этому времени на старую советско-литовскую границу. Организация подобных ударов зачастую заключалась в простом наведении бомбардировщиков на цель, при этом действовать экипажам СБ предстояло в условиях сильного зенитного огня и противодействия немецких истребителей. В то же время командование распорядилось продолжать бомбить объекты в Восточной Пруссии. Подобные удары дорого обходились ВВС РККА - к августу 31-й СБАП, первоначально располагавший 60 самолётами, стал небоеспособен и был полностью перевооружен на Пе-2. В июле 1941 г. из боёв пришлось вывести 9-й СБАП, также потерявший по различным причинам большую часть из своих 50 СБ. В той же “мясорубке” сгинули ещё как минимум пять бомбардировочных полков, причем много самолётов пришлось бросить на аэродромах. Таким образом к августу 1941 года советская бомбардировочная авиация в Прибалтике оказалась почти полностью уничтоженной.


СБ на северном направлении


Общая численность ВВС Ленинградского ОВО, переименованного 22 июня в Северный фронт, составляла 1270 самолётов. В него входили 13 истребительных, 9 бомбардировочных и один штурмовой полк. Кроме того, на том же направлении действовала авиация Балтийского флота с 707 самолётами. Бомбардировочная авиация располагала достаточными средствами для эффективного противодействия врагу.

10-й СБАП 1-й САД – а.Сиверская, 50 (11 неисправно) СБ

137-й СБАП 1-й САД – а.Африканда, 35 (1 неисправно) СБ

2-й СБАП 2-й САД – а.Крестцы, 59 (2 неисправно) СБ и Ар-2

44-й СБАП 2-й САД – а.Старая Русса, 49 (3 неисправно) СБ

58-й СБАП 2-й САД – а.Старая Русса, 47 (8 неисправно) СБ (ещё два СБ числились за управлением 2-й САД)

201-й СБАП 41-й БАД – а.Красногвардейск, Сиворицы, 18 СБ

202-й СБАП 41-й БАД – а.Касколовка, Керстово, 13 (2 неисправно) СБ

205-й СБАП 41-й БАД – а.Сиверская, 16 (3 неисправно) СБ

72-й СБАП 54-й БАД – а.Старая Русса и Бессовец, 45 (5 неисправно) СБ

311-й ОРАП – а. Сиверская, Вахмайнен, Ленинград, 31 (1 неисправно) СБ

Итого – 365 СБ (включая небольшое количество Ар-2) из которых только 36 были небоеспособны. Бомбардировочные полки ЛенОВО понесли намного меньшие потери, чем в Прибалтике и Белоруссии. Базируясь вдали от линии фронта они избежали потерь от вражеских бомбардировок и в первые дни войны бомбардировщики большую часть времени простаивали на земле, поскольку противник находился за радиусом действия. Основные силы советское командование сосредоточило вблизи финской границы, что было совсем не случайно. При помощи Германии финское руководство намеревалось не только отыграться за поражение в Зимней войне, но и захватить новые территории. Так что вступление финнов в войну на стороне Германии был лишь делом времени. Весной 1941 года финское правительство разрешило использовать собственные аэродромы для базирования немецкой авиации. Именно с них поднимались в воздух Ju-88А и Не-111, бомбившие советские города в первые дни войны. Ответные налеты могли лёгко спровоцировать финнов на ответные действия против СССР, но и терпеть у себя под боком передовые немецкие аэродромы советское командование тоже не могло. В итоге, утром 25 июня было организовано несколько ударов по финской территории, в которых участвовали бомбардировщики ДБ-3 и СБ.

Первое столкновение с финскими истребителями произошло в 7:10, когда 27 бомбардировщиков 201-го СБАП были атакованы двумя В-239 из 2\LeLv24, взлетевших на перехват с а.Селянпяя. До докладам финских пилотов они сбили три самолёта, хотя и их истребители были изрядно прошиты пулями. При повторном налете полк потерял ещё три бомбардировщика, а общие потери в то утро составили десять СБ, включая потери четырех бомбардировщиков из 2-го и 202-го СБАП (3 и 1 соответственно). Гораздо дороже обошелся налёт на аэродром Йоройнен. Из вылетевших на боевое задание пятнадцати самолётов 72-го СБАП не вернулись девять. На подходе к цели их атаковали шесть Fiat G.50 из 3\LeLv26, буквально расстрелявшие летевшие в плотном строю бомбардировщики. Возвратившиеся советские пилоты в свою очередь заявили об уничтожении трёх “мессеров”, но все финские истребители, несмотря на полученные повреждения, вернулись на свой аэродром. Одной из последних утрат стал одиночный СБ, по всей видимости принадлежавший 10-му СБАП. Около 13:00 его перехватил над а.Йоэнсу истребитель MS.406 из состава 1\LeLv28.

По официальным данным, с 25 июня по 1 июля 1941 г. советские бомбардировщики и штурмовики совершили налёты на 39 финских аэродромов, где было уничтожено 130 самолётов. Немцы и финны это всячески отрицали, делая упор на отличные действия собственной истребительной авиации, сумевшей сбить 34 бомбардировщика без каких-либо потерь на земле или в воздухе.

Пока СБАПы имели в наличии достаточное число боеспособных самолётов они по-прежнему летали без истребительного прикрытия неся неоправданно высокие потери. Один из таких показательных боёв произошел 4-го июля, когда над а.Йоэнсу были сбиты три СБ из 72-го СБАП, причем все три самолёта записал на свой счет старшина Йова Туоминен, управлявший истребителем G.50.

В начале июля финские и немецкие войска прорвали фронт и устремились к Ленинграду. Тяжелые бои закипели на выборгском, кексгольском, псковском, двинском, лужском, кингисеппском и красногвардейском направлениях. Здесь и нашли свою могилу многие советские бомбардировщики. Взять к примеру 202-й СБАП – судя по советским источниками до 28 августа полк совершил 194 боевых вылета и уничтожил около 100 танков и самоходных орудий, 2 железнодорожных эшелона, 1400 различных автотранспортных средств и повозок, 7 самолетов, 4 переправы. Неплохой результат, не правда ли, но при этом было потеряно 12 из 13 самолётов. Возможно, полк получал пополнения в ходе боёв, но даже в этом случае его минимальные потери по официальным данным составили не менее 60%, после чего оставшуюся материальную часть передали в 10-й СБАП. Кстати в августе с фронта были отведены 2-й и 58-й СБАП, воевавшие на СБ. Фактически уничтоженной оказалась 41-я БАД, пытавшаяся всеми силами задержать продвижение финских и немецких войск к северной столице. Врага удалось остановить только в 25 км от Ленинграда, когда ситуация сложилась просто критическая. Надо отметить, что в отличии от Западного или Юго-Западного фронта здесь не было всеобщего хаоса отступления или потери управления войсками. Причина поражения в летней кампании заключалась в неумелом командовании и распоряжении имевшихся ресурсов.

Впрочем, резервы ещё сохранялись. В октябре 1941 г. на Ленинградский фронт прибыл 44-й СБАП в составе 20 ночных экипажей (на 22 июня располагал 49 самолётами). Этот полк, входивший в состав 2-й САД, проходил переучивание на Пе-2 и потому в летних боях участия не принимал. Командование решило не дожидаться момента полного освоения новой техники и в бой полк пошел все-таки на СБ. В темное время полк действовал одиночными самолетами, днем - небольшими группами под прикрытием истребителей. Экипажи наносили уничтожающие удары по вражеским колоннам, скоплениям танков и автомашин на подступах к Тихвину, в районе Облучье, Будогощь, Кукуй, Ругуй. В период боев за Тихвин летчики полка совершили около 300 самолето-вылетов. Однако победные реляции быстро померкли в свете понесенных полком потерь. К зиме 1941 года, в составе 44-го СБАП осталось считанные единицы боеспособных СБ.

После летнего разгрома командование распорядилось сдать скоростные бомбардировщики из сильно поредевших полков 41-й БАД в 80-й СБАП. Непосредственно перед войной этот полк базировался на аэродроме на острове Ягодники (русло Двины у Архангельска ) располагая 30 СБ и 10 ДБ-3Ф. Первые два месяца он оставался в резерве и только в августе пилоты получили приказ передислоцироваться поближе к линии фронта и перейти в распоряжение 14-й армии (Карельский фронт). Поскольку интенсивность боёв тогда спала, с конца сентября по конец октября полк сделал всего 174 боевых вылета. Потеряв за месяц примерно половину самолётов, 80-й СБАП перевели на ночную работу, хотя дневные налеты также продолжали практиковаться. Постепенно полк переходил на Пе-2, и старые СБ некоторое время вылетали на задания вместе с ними. Обычно бомбардировщики шли к цели двумя группами: сначала удар наносили “пешки” и только после них в дело вступали СБ. Одной из последних операций, в которой должны были участвовать СБ, стал налёт на аэродром Тииксярви. Всего предполагалось задействовать 35 самолётов: восемь Пе-2 из 608-го ПБАП, шесть СБ из 80-го СБАП, девять “Hurricane” из 767-го ИАП, а также восемь “Hurricane” и три ЛаГГ-3 из 609-го ИАП. На этот раз, как видим, советское командование решило подготовиться основательно и выделило мощное истребительное прикрытие. Сначала налёт наметили на 5 апреля, но из-за плохой погоды самолёты пришлось отозвать назад. После полудня 6 апреля погода улучшилась, но из-за промахов в организации атаки к Тииксярви вышли всего семь бомбардировщиков и восемнадцать истребителей. На подходе к аэродрому их перехватили восемь В-239 из состава 2\LeLv24. В ходе 25-минутного боя советская сторона понесла чувствительные потери. Согласно официальным сведениям было потеряно шесть “Hurricane” и один СБ. Финские лётчики претендовали на два сбитых бомбардировщика и 12 (!) истребителей. Разумеется, все заявленные победы были им засчитаны. Можно сказать с этого момента использоваться оставшиеся СБ стали гораздо реже, а с сентября их полностью заменили на Пе-2.


Имеющимися силами помогал и 72-й САП ВВС СФ. В составе его 5-й (бомбардировочной эскадрильи) насчитывалось порядка 10 СБ. Два крупных немецких наступления, предпринятых в июле и сентябре 1941 года, закончились в пользу оборонявшихся советских войск, после чего фронт стабилизировался вплоть до весны 1944 года. Основной задачей морских бомбардировщиков стало нанесение бомбовых ударов по портам и конвоям противника вблизи норвежского берега. Накал боёв здесь был существенно меньше, чем на других фронтах, что позволило горстке СБ продержаться в строю до середины 1942 года. К этому времени 72-й САП переименовали во 2-й ГСАП (Гвардейский Смешанный Авиаполк). Последние три бомбардировщика, совместно с тремя дальними ДБ-3Ф, 17 июня 1942 года участвовали в налете на финский аэродром Луотсари, где в тот момент находилось 57 немецких и финских самолётов. Этот рейд проходил без истребительного прикрытия, однако советским самолётам удалось проскочить ПВО противника и когда дежурное звено Bf.109 поднялось в воздух их уже и след простыл. По данным разведки на аэродроме сгорели три Bf.109, два Ju.88 и один Bf.110. В ноябре 1942 года 5-я эскадрилья была отправлена на переформирование полностью сдав уцелевшие, но не пригодные к полетам СБ.


СБ – Юго-Западный и Южный фронт


На Юго-западном фронте советская авиация была представлена ВВС Киевского особого военного округа (командующий генерал Е.С.Птухин, арестован и рас­стрелян в середине лета 1941 г), на вооружении которого находилось 2059 (по другим данным – 1913) самолетов, из которых 466 составляли бомбардировщики. Примечательно, доля новой техники в составе бомбардировочных и разведывательных полков была достаточно высока.

86-й СБАП 16-й САД – а.Трембовль, Зубов, 54 (11 неисправно) СБ и 10 Пе-2

48-й СБАП 17-й САД – а.Изъяславль и Коськов, 39 (7 неисправно) СБ и 35 (1 неисправен) Пе-2

224-й СБАП 17-й САД – а.Ярмолицы и Песец, 6 (2 неисправно) СБ

225-й СБАП 17-й САД – а. Константинов, 10 (3 неисправно) СБ

33-й СБАП 19-й БАД – а. Белая Церковь и Городище, 54 (15 неисправно) СБ и Ар-2, 14 Пе-2

136-й БАП 19-й БАД – а.Бердичев и Нехворощь, 4 (1 неисправен) СБ и 54 (7 неисправно) Як-2 и Як-4

138-й БАП 19-й БАД – а.Узин и Житные Горы, 27 СБ

52-й БАП 62-й БАД – а.Овруч и Красная Болока, 24 СБ и 15 Пе-2

94-й СБАП 62-й БАД – а.Овруч и Марьяновка, 63 СБ (4 неисправно)

315-й РАП – а.Житомир и Высокое, 22 (1 неисправен) СБ

316-й РАП – а.Проскуров и Врублевка, 3 СБ и 39 (1 неисправен) Як-2 и Як-4.

Всего – 306 бомбардировщиков СБ и Ар-2, кроме того по одному СБ принадлежали управлению 16-й и 17-й САД, а также 19-й БАД.


Чуть меньшими силами располагал Одесский ОВО.

5-й СБАП 21-й САД – а.Аккерман и Кулевча, 35 (13 неисправно) СБ

45-й СБАП 20-й САД – а.Тирасполь и Гросулово, 54 (4 неисправно) СБ

132-й СБАП 45-й САД – а.Кировоград и Екатериновка, 55 (6 неисправно) СБ и 5 Пе-2

232 СБАП 45-й САД – а.Кировоград и Федоровка, 20 (3 неисправно) СБ и И-153

317 РАП – а.Одесса и Колх-Бормс, 40 (2 неисправно) СБ

160-й резервный АП – а.Кировоград, 73 СБ, И-16 и И-153.


Против Киевского округа действовал 5-й Авиакорпус из состава 4-го Воздушного флота Luftwaffe. В первый день войны ВВС Киевского округа потеряли по неполным данным 277 самолетов на земле.

Наименьшего успеха добились немецкие и румынские ВВС на участке Одесского военного округа. Командующему ВВС Одесского округа генерал Ф.Г.Мичугину удалось перебазировать к рассвету 22 июня авиацию с постоянных аэродромов на оперативные и благодаря этому спасти основную часть авиации округа. Действовавший против советских войск 4-й Авиакорпус Luftwaffe был наиболее слабым по численности среди сил вторжения, его ударами по 6 аэродромам было уничтожено на земле 142 и сбито 16 советских самолетов. Понеся первые потери советская авиация ответила немцам в агрессивной манере. Истребители И-16 из 14-й САД сбили в воздушных боях 31 самолёт, при этом успевая прикрывать бомбардировщики из 52-го и 94-го СБАП. Впрочем, к концу сказалась усталость пилотов и общая дезорганизация управления. В воздушных боях СБАПы потеряли 10 СБ и 4 Пе-2. Среди прочих бомбардировочных полков именно 52-й пострадал менее всех, но к августу и его состав существенно сократился. В середине августа его пилоты переучились на ближние бомбардировщики Су-2.

94-й СБАП, обладая к 22-му июня 47 (по другим данным – 63) бомбардировщиками СБ, в течении первых недель войны продолжал вести интенсивные бомбардировки техники и живой силы противника, действуя как штурмовики. К октябрю полк почти полностью лишился самолётов и был отведен на перефомирование.

Война застала 48-й СБАП в процессе перевооружения на пикирующие бомбардировщики Пе-2, которых насчитывалось 35 штук. Новую технику получили весной, но качество принятой продукции оказалось не на высоте. В полку отмечалась высокая степень аварийности Пе-2, а 30 апреля на одном из самолётов произошел пожар, поэтому первые боевые вылеты пилоты 48-го СБАП совершили на бомбардировщиках СБ. Затем на основе этого полка сформировали 261-й, 244-й и 255-й БАП, также передав в июле 1941 г. часть самолётов в 86-й СБАП.

Первое время везло и 45-му СБАП. В течении дня 22 июня немцы организовали два неудачных налета на аэродром Гросулово, где базировался полк. Первая волна состояла из 9 Ju-88А и 9 Bf.109E, появившаяся вблизи взлетного поля в 5:10. Казалось бы, ничто не сможет помешать прицельному бомбометанию, однако случайно оказавшийся здесь истребитель МиГ-3 капитана А.Карманова в корне расстроил этот план. Он с ходу сбил один бомбардировщик и выдержал бой с истребителями прикрытия, благополучно вернувшись на свой аэродром. При втором налете советских истребителей поблизости не оказалось, но и здесь немецкие бомбардировщики не смогли уничтожить ни одного самолёта. Зато в ходе следующих боёв на Украине и в битве за Киев полк понес существенные потери и к августу основу его материальной части составляли Пе-2.

Сумел отличиться и 33-й СБАП. В бой бомбардировщики этого полка пошли 22-го июня, нанеся серию ударов по артиллерийским позициям немцев южнее г.Сокаля. Несколько раз экипажи СБ вступали в воздушные схватки с истребителями противника не потеряв ни одного самолёта. Стрелки также отличились, сбив два Bf.109, причем в одном из этих случаев атакующей стороной выступал советский Ар-2, а пилот “мессера” прозевал атаку сзади. На следующий день СБ были брошены на бомбардировку немецких механизированных колонн, глубоко вклинившихся на нашу территорию. Выполняя задание разрушить вражескую переправу под Бродами экипажи бомбардировщиков выполнили его ценой больших потерь. Свой горящий СБ направил на скопление немецких войск Григорий Храпай, совершив один из первых огненных таранов.

Пока разворачивались эти трагические события штаб округа потерял управление на собственными авиационными подразделениями, в результате чего они оказались предоставленными сами себе и совершали боевые вылеты исходя из сложившейся обстановки. Иногда получалось так, что бомбардировщики простаивали на земле, когда наземные войска остро нуждались в поддержке авиации, и прорывавшиеся с флангов немецкие войска захватывали советские аэродромы с находившимися на них самолётами. Учиненный в августе-сентябре разгром советских войск под Киевом привел к тому, что из СБАПов практически полностью исчезли уцелевшие в приграничных сражениях СБ.

Большие потери понесла 45-я САД передислоцированная 23-29 июня из Кировограда на под Одессу. Первое время бомбардировщики действовали довольно успешно, поддерживая действия частей 9-й и 18-й армий, сумевших не только отстоять границу, но и перейти в наступление на румынской территории. Совсем небольшие потери объяснялись низким уровнем подготовки со стороны румынской ПВО и истребителей. Ситуация в корне изменилась 1-го июля, когда немцы несколькими мощными ударами выбили непрочно закрепившиеся советские части из Румынии и развили наступление через Молдавию. В течении двух недель советская группировка была почти полностью разбита и немцы к августу подошли к Одессе. Поскольку в это время шла ожесточенная битва за Киев оказать поддержку южной группе войск средств не оставалось. В отсутствии пополнений 45-я САД продержалась около месяца, в результате чего для поддержки наземных частей оборонявших Одессу и Крым привлекли морскую авиацию.


СБ в составе ВВС КБФ


История балтийских СБ оказалась на редкость короткой. На 22 июня 1941 года в составе ВВС КБФ числился только один полк, вооруженный бомбардировщиками СБ. Это был 57-й БАП КБФ, располагавший порядка 21 ДБ-3 и 15 СБ (13 боеспособны). Первую боевую операцию он провел 24 июня, участвуя вместе с бомбардировщиками 1-го МТАП в отражении немецкого десанта, высадившегося севернее Лиепаи. В рейде участвовали 34 самолёта из 57-го полка и 36 ДБ-3Ф и 1-го МТАП, взлетевшие в 11:30 с аэродрома Беззаботное. Атаковать главную цель не получилось и вся бомбовая нагрузка пошла запасную цель – порт Клайпеда. Удар получился достаточно внушительным и обошелся без потерь. После нескольких дней относительного спокойствия лётчики 57-го БАП получили приказ атаковать части 4-й танковой группы, прорывавшейся к Пскову и Таллинну. Немцы уже успели захватить стратегически важные мосты, поэтому на их уничтожение была послана не менее крупная группа бомбардировщиков. В этой операции участвовала 32 самолёта из состава 57-го БАП и 1-го МТАП, а также пришедший на помощи 73-й БАП с 14 СБ (кроме них этот полк имел в наличии 18 пикировщиков Ар-2, но их держали в резерве). Группа СБ вылетела без истребительного прикрытия, без метеосводки и без информации о точном нахождении противника. Самолёты подходили к цели группами по 6-10 машин при прекрасной видимости. Немецкая ПВО заблаговременно получила уведомление о приближении советских бомбардировщиков и сумела организовать надежное прикрытие своих войск. В бою с истребителями было потеряно 20 ДБ-3 и 11 СБ. Особо следует отметить действия группы СБ под командованием капитана Иванова. Бомбардировщики действовали под прямым огнем с земли, штурмую противника прямо на шоссе. Из шести самолётов группа потеряла четыре, но сумела изрядно потрепать противника. Вместе с тем экипаж мл. лейтенанта П.П.Пономарева (штурман В.П. Вотинов, стрелок-радист И.С. Варенников) проявил особое мужество таранив технику уже на горящем самолёте. Там же был сбит ещё один СБ, а два других разбились при возвращении. Стрелки бомбардировщиков тоже отличились, сбив в неравном бою один Bf.109 и повредив несколько других. Учтя горький опыт предшественников между 13:00 и 13:15 пять СБ и восемь Ар-2 удачно отбомбились по противнику, подойдя к цели на разных высотных эшелонах. Потерь среди этих групп удалось избежать ещё и потому, что “мессеры” были заняты истреблением бомбардировщиков, подошедших получасом раньше. Последними успешно отбомбились семь Ар-2, сбросив бомбы с большой высоты и не встретив противодействия ПВО и истребителей. К концу 30 июня в составе 57-го БАП КБФ насчитывалось всего 16 боеспособных ДБ-3 и два СБ, а в 1-м МТАП остался всего 21 исправный бомбардировщик. После таких жестоких потерь командование морской авиации даже не планировало проведение боевых вылетов на следующие сутки, больше задумавшись над своей нелегкой участью и способами пополнения материальной части.

И все же, 1 июля 1941 летчики 2-й САД из состава 8-й авиабригады ВВС КБФ участвовали в налете на 4-ю танковую группу в районе рек Западная Двина и Великая. Налет осуществлялся без сопровождения истребителей. Восемь немецких истребителей Messerschmitt Bf 109F из 1ой Staffel/JG 54 перехватили 9 СБ в районе Идрица и после 12-минутного боя сбили все самолеты.


Тем временем перед ВВС РККА встала нелегкая задача по прикрытию гарнизона полуострова Ханко, который был как кость в горле для немцев и финнов. Героически сражаясь до ноября 1941 года гарнизон препятствовал прохождению судов противника через Финский залив, а попытки выбить его с полуострова каждый раз заканчивались безрезультатно. В целом, для захвата Моонзундских островов немцы бросили две пехотные дивизии, около 350 десантных судов и, конечно же, авиацию. В помощь защитникам базы были выделены гораздо более скромные силы, в составе которых было всего 110 самолётов. Из них 72 истребителя И-153 и И-16, 24 летающие лодки МБР-2, 5 штурмовиков Ил-2 и всего 9 бомбардировщиков СБ (из состава 57-го БАП). Они базировались на островных аэродромах и ещё около месяца осуществляли разведку Финского залива, а также нанесение бомбовых ударов по транспортным судам противника в Ирбенском проливе и войска на сухопутном фронте в районах Виндавы, Риги и на подступах к Таллину, Раквере. Одним из последних заданий, в котором были задействованы СБ, была атака конвоя. Конвой состоял из 42 транспортов под охраной 8 эсминцев, 3 сторожевых кораблей и большого числа торпедных и сторожевых катеров, который шел курсом на Ригу. Группа из 24 бомбардировщиков, набранная из 1-го, 57-го и 73-го БАП, вылетела 12 июля в 15:35, однако корабли обнаружены не были и удар был нанесен по запасным целям в Пярну. Повторный налет состоялся на следующий день практически в том же составе. Общий итог после 75 вылетов составил 4 потопленных и 8 поврежденных транспортов, один эсминец и сторожевой корабль. По заявлению советских пилотов в воздухе было сбито 8 самолётов противника. О собственных потерях точных данных нет, но судя по тому, что в последующих сводках СБ более не упоминаются, можно сделать вывод, что 57-й БАП практически лишился материальной части. В скором времени полк отвели в тыл и перевооружили штурмовиками Ил-2, соответственно переименовав в 57-й ШАП.

Воевать на СБ остался только 73-й БАП, но и он продержался недолго. Понеся значительные потери в середине июля 1941 года этот полк в последние месяцы в основном летал на Ар-2. Совершая боевые вылеты вплоть до конца сентября 1941 года 73-й БАП потерял 45 СБ, 15 Ар-2 и 4 Пе-2. Разумеется, в процессе боевой работы парк бомбардировщиков немного пополнялся, но общие потери оказались слишком тяжелыми и к октябрю ни одного СБ в составе ВВС КБФ не осталось.


СБ в составе ВВС ЧФ


Бомбардировщики СБ различных модификаций, которые принадлежали авиации Черноморского флота, числились за 40-м СБАП ВВС ЧФ. С началом войны бомбардировщикам без особых размышлений определили главную цель – нефтяные предприятия в Констанце (Румыния). В ответ на действия авиации противника в конце июня 1941 года командование Юго-Западным Фронтом организовало массированные налёты на румынские нефтяные предприятия. Для этой цели выделили бомбардировщики 40-го СБАП. До этого СБ уже участвовали в бомбардировке Констанцы – 22 июня город бомбили три ДБ-3 и шесть СБ, а 23-го июня в налёте участвовало 73 бомбардировщика. Румыны не ожидали столь быстрого визита к ним советской авиации, поэтому наладить систему ПВО (не без помощи немцев) удалось только во второй половине дня 24 июня. До полудня 18 ДБ-3 и 18 СБ разбомбили нефтяные терминалы, на отходе сбив один вражеский истребитель без собственных потерь, но уже ближе к вечеру из 32 атаковавших самолётов 8 сбили истребители и один был записан на счёт зенитной артиллерии. Через два дня полк поддержал набеговую операцию советских кораблей потеряв ещё 9 самолётов. Налёты на нефтеперерабатывающие заводы возобновились с середины июля, когда парк СБ был основательно потрёпан. 13 июля шестёрка бомбардировщиков нанесла один из последних удачных ударов по румынской территории – на этот раз жертвой бомб СБ стал нефтезавод Unirea, пожар на котором пылал три дня. Но к этому времени количество бомбардировщиков сильно сократилось, хотя их по-прежнему продолжали бросать в бой.

Затем бомбардировщики СБ были сведены в одну эскадрилью, получившей название 40-й ОБАЭ, и отправлены в помощь защитникам Одессы. С 15 сентября по 28 октября 40-я эскадрилья вошла в сводную группу под командованием генерал-лейтенанта В.В.Ермаченкова и базировалась вблизи Фрайфорда. Они наносили удары по немецким частям, рвавшимся в Крым и достигли неплохих результатов при минимальных потерях. По данным советской стороны было потеряно всего 20 машин, но в это же время группа сама уничтожила 94 вражеских самолёта и 40 танков. И все таки кольцо окружения сжималось достаточно сильно и в ноябре СБ участвовали в ожесточенных боях за Севастополь. Поскольку пополнять материальную часть было практически нечем, в начале 1942 года все СБ, Пе-2 и ДБ-3Ф, оставшиеся на полуострове, собрали в отдельной группе под командованием майора И.В.Коровина. С этого момента к боевым вылетам СБ привлекались изредка и осенью того же года их полностью заменили на Пе-2.


СБ на Тихом Океане


Количество бомбардировщиков СБ в составе Тихоокеанского флота было относительно небольшим и вряд ли превышало 100 самолётов. К лету 1941 года основу торпедоносной и бомбардировочной авиации составляли ДБ-3 различных модификаций, к тому же ожидалось поступление новых пикировщиков Пе-2. Тем не менее, СБ оставались в строю ВВС ТОФ до 1945 года, когда в связи с планируемым наступлением в Манчжурии смешанные авиаполки были переоснащены Пе-2. На момент объявления войны Японии ТОФ располагал 164 бомбардировщиками, сведенными в три авиаполка. Из этого числа самолётов СБ оставалось не более 20. Последним их использовал 55-й БАП, сформированный в апреле 1945 года на материальной базе бомбардировочной эскадрильи 42-го САП. На 8 августа в его составе числилось 29 Пе-2 и 13 СБ. Вероятно, 55-й БАП стал последним полком, имевшем на боевом дежурстве эти старые бомбардировщики. Об их использовании в боевых действиях информации найти пока не удалось. Точно известно, что после завершения войны сохранившиеся СБ большей частью отправили на слом.

Несколько большее количество СБ находилось в составе Забайкальского фронта, но летом-осенью 1941 года половину полков отправили в распоряжение боевых авиадивизий. Защищать восточные рубежи остались СБ только из состава 56-й СБАП.


СБ в составе разведывательной авиации


Как уже указывалось ранее бомбардировщики СБ активно использовались для ведения разведки и в предвоенные годы ими были укомплектованы несколько РАП. По разведывательным полкам имеется следующая статистика.


1-й ДРАП - сформирован из инструкторой 1-й ВШШ в Рязани в середине июля 1941 г. как 1-й ДРАП. Позже (в августе 1941 г.) получил наименование 1-й АПДР ГК КА. На вооружение первоначально получил самолеты, эксплуатировавшиеся ранее в 1-й ВШШ: 12 СБ, 18 ДБ-3 и 14 ДБ-3Ф. До начала сентября 1941 г. полк совершил 174 боевых вылета, выполнив поставленную задачу в 109 из них. Не вернулись с заданий 15 машин, еще 11 сгорели в авариях и катастрофах. Из-за поломок и выработки моторесурса к 28.08.41 г. в строю оставались 5 СБ (из низ 2 исправных), 9 ДБ-3 (5 исправных) и 8 ДБ-3Ф (4 исправных). В сентябре 1941 г. вновь сменил наименование на 1-й ДРАП. В конце сентября получил новую технику - 5 двухмоторных истребителей-разведчиков Пе-3 и свежую эскадрилью, укомплектованную самолетами СБ. В начале ноября из оставшейся техники сформировали сводную эскадрилью, а "безлошадный" личный состав отправился в город Карши (Средняя Азия) - новое место базирования 1-й ВШШ. Предполагалось, что там полк закончит переучивание на Пе-2/Пе-3 и вернется на фронт, но уже в конце года он был расформирован.


311-й ОРАП - входил в состав ВВС Лениградского ОВО. К 22.06.41 г. на вооружении имел 50 самолетов СБ и Р-5 и 65 экипажей. В боевых действиях не участвовал.


312-й РАП - входил в состав ВВС Прибалтийского ОВО. На вооружении имел самолеты СБ и Р-5. В сентябре-октябре 1941 г. переформирован в штурмовой авиаполк 312-й шап.


313-й ОРАП - входил в состав ВВС Западного фронта. Перед началом войны полк базировался в Слепнянке. К 22.06.41 г. на вооружении имел 20 самолетов СБ (из них 1 неисправный). 04.09.41 г. переформирован в штурмовой авиаполк с тем же номером: 313-й шап.


314-й РАП - входил в состав ВВС Западного фронта. Перед началом войны полк базировался в Барановичах. На вооружении имел самолеты СБ, Як-2 и Як-4. Испытав в первый день войны силу внезапного удара Люфтваффе, полк потерял на земле значительную часть боевых машин. К началу августа он сумел выполнить 127 боевых вылетов - в среднем по три в сутки. В конце сентября 1941 г. расформирован.


315-й ОРАП - входил в состав ВВС Юго-Западного фронта. Перед началом войны полк базировался в Житомире, Высокое. К 22.06.41 г. на вооружении имел 22 самолета СБ. В августе 1941 г. из-за больших потерь расформирован.


316-й ОРАП - входил в состав ВВС Юго-Западного фронта. Перед началом войны полк базировался в Проскурове, Врублевка. К 22.06.41 г. на вооружении имел 3 самолета СБ, а также 39 самолетов Як-2, Як-4, еще не освоенных экипажами. Полк утратил боеспособность уже через полтора месяца после начала войны. Но информация, полученная его экипажами, оказалась в высшей степени полезной и послужила основой для организации первого в годы войны массированного удара по аэродромам базирования вражеской авиации Городище, Узин, Фурсы. По оценкам советского командования, противник лишился тогда нескольких десятков бомбардировщиков. В конце декабря 1941 г. расформирован. При этом на его базе были сформированы две отдельных разведэскадрильи: 90-я и 91-я ОРАЭ.


317-й РАП - входил в состав ВВС Южного фронта. Перед началом войны полк базировался в Колх-Бормсе (100 км севернее Одессы). К 22.06.41 г. на вооружении имел 40 самолетов СБ (из них 2 неисправных). Боевые вылеты начал совершать с 23.06.41 г. В этот день понес и первые потери. В середине июля полк получил несколько самолетов Пе-2, переданных из 5-го СБАП. До конца июля 1941 г. полк совершил 603 боевых вылета, и только в 172 из них экипажам ставились разведывательные задачи. Боевые потери полка составили 16 СБ и 2 Пе-2, кроме того, произошло несколько аварий и катастроф. В начале августа 1941 г., понеся большие потери в личном составе и технике, полк был направлен в тыл на переформирование. К этому времени полк имел всего 6 боеспособных экипажей и 9 СБ, которые он передал в 5-й СБАП. Полк расформировали, но на базе двух его эскадрилий были сформированы 321-я и 322-я ОРАЭ.


Выполнение второстепенных задач


Тем не менее, далеко не все резервные самолёты отправлялись на фронт. После снятия с вооружения СБ передавались В ГВФ и специальные подразделения ВВС, где использовались в тылу и на фронте в качестве транспортных самолетов, выполнения специальных заданий командования (сброс боеприпасов и продовольствия окруженным частям, выброс диверсантов в тылу противника, курьерская связь и др). По архивным данным удалось проследить использование СБ в следующих частях. 3-ая ОАДС (Отдельная авиационная дивизия связи) была сформирована с началом войны для обслуживания Главного командования Красной Армии. Она обеспечивала воздушную связь Главного командования со штабами фронтов и других соединений. Другой важной целью этой дивизии было выполнение спе­циальных заданий Главного командования по обеспечению связью со специальными подразделениями (партизанскими, диверсионными, разведывательными.), которые работали под непосредственным руководством Генерального штаба Красной армии.

АНТ-40 (так официально назывались в документах бывшие СБ) использовался в качестве скоростного связного самолета. Первое время отсутствие такого типа самолета тормозило боевую работу дивизии. Поэтому по инициативе инженерно-технических работников дивизии было предложено использовать для этой цели самолеты АНТ-40. Для этой цели были собраны в дивизию из состава ГВФ самолеты ПС-40 и ПС-41, а также получена значительная часть СБ из ВВС Красной армии. Все собранные самолеты силами инженерно-технического персонала дивизии были приведены в летное состояние, произведена их переделка под связной вариант, снято бомбардировочное вооружение с боевых СБ и установлено пулеметное вооружение на самолетах ГВФ. Количество самолетов АНТ-40 в дивизии по годам распределяется следующим образом: на 1.01.42 -10; на 1.01.43 - 11; на 1.01.44 - 12 и на 1.01.45 - 30 самолетов. Со второй половины 1943 г и весь 1944 г АНТ-40 был основным самолетом по доставке оперативной документации Генерального штаба Красной армии на фронтах Великой Отечественной войны.

Из успешных операций можно отметить использование АНТ-40 для обеспечения связи с осажденным Ленинградом на протяжении почти всего периода его блокады. На этих самолетах в Ленинград систематически доставлялись фельдъегерская почта, офицеры связи, военный груз, матрицы центральных газет. Из Ленинграда, кроме фельдъегерской почты, вывозилось ценное оборудование и другие грузы. Рейсы в блокированный Ленинград совершались на бреющем полете через Ладожское озеро часто в условиях плохой погоды и при непосредственной опасности встречи с истребителями противника. Эти задачи успешно выполнялись летчиками дивизии, о потерях архивные данные не сообщают, хотя они несомненно были. За время войны самолеты АНТ-40 налетали в 3-ей ОАДС 29985 часов, из них в 1941 - 614; в 1942 - 4880, в 1943 - 8409, в 1944 -15500 и в 1945 - 612 часов.

23-ий ОАП (Отдельный авиаполк) из состава ГВФ имел на вооружении самолеты АНТ-40 использованных в качестве транспортных самолетов. В августе 1942 г они наряду с самолетами других типов использовались для сброса боеприпасов и продовольствия частям 46ой Горно-стрелковой армии в районе Кавказского хребта. В 1942-1943 гг эти самолеты использовались для переброски летно-технического состава и технического имущества 4-й и 5-й Воздушных армий для доставки горючего на Юго-западном фронте и Кубани. С июля 1943 г 23й ОАП вошел в состав 2-й Воздушной армии и обеспечивал снабжение боевых частей этой армии боеприпасами, горючим и запчастями в период Курской битвы.

Те же задачи полк выполнял при форсировании Днепра и освобождении Украины. Количество самолетов АНТ-40, состоявшие на вооружении 23го ОАП, распределялось по годам следующим образом: на 1.09.42 - 7, на 24.04.43 - 6, на 1.07.44 - 6, на 1.01.45 - 1 самолет. 87-й ОАП (Отдельный авиаполк) из состава ГВФ имел на вооружении несколько самолетов АНТ-40, использовавшихся для связи и перевозки грузов до октября 1943 г.


СБ в финской авиации
1940-1946 гг.


Намного дольше и успешнее воевали на СБ финские пилоты. После Зимней войны финнам в качестве трофеев досталось 6 скоростных бомбардировщиков и ещё 16 они купили в Германии в конце 1941 года. Абсолютное большинство составляли самолёты с двигателями М-103 и только одна машина (бортовой код SB-8) имела старые моторы М-100А, но и её в ноябре 1942 года модернизировали, доведя до стандарта остальных СБ. В этом плане может возникнуть вопрос – зачем ВВС Финляндии приобретали устаревшие бомбардировщики ? Ответ заключается в двух основных причинах. Прежде всего финны высоко ценили боевые качества советской трофейной техники и не считали бомбардировщики СБ “старыми и никуда не годными самолётами”, как это часто писалось в советских и современных российских изданиях. Кроме того, немцы не слишком охотно снабжали своих союзников новейшей техникой и в массовых количествах Bf.109G и Ju-88A появились только в 1944 году.

В боевые действия финские СБ включились с первого дня войны против СССР 25 июня 1941 года бомбив цели у Турку. Интересно отметить, что иногда группы бомбардировщиков сопровождали истребители И-153, также из разряда трофейных машин. Против наземных целей СБ действовали до апреля 1942 года, когда эскадрилья LeLv 6 переключилась на удары по морским объектам добившись больших успехов. Уже 28 мая экипаж лейтенанта Палосуо (SB-1) заявил о потоплении советской подводной лодки – в тот день под глубинными бомбами, сброшенными с финского самолёта погибла М-95. 14 июня СБ лейтенанта Теряла во взаимодействии с минзагом “Руотсинсалми” потопил у Пеллинге Щ-317 , а почти ровно через месяц экипаж капитана Эка (SB-9) на том же месте повредил лодку Щ-406. Он же в августе-сентябре ещё несколько раз атаковал советские подлодки у берегов Финляндии, но тогда удача изменила ему – несмотря на заявления об уничтожении трех лодок на деле повреждения получили Щ-407 и С-12, сумевшие вернуться на свои базы. Последняя подтвержденная победа пришлась на долю того же Палосуо. 14 октября 1942 года его СБ потопил в Финском заливе лодку Щ-302. Осложнившаяся обстановка на фронте потребовала привлечения новых сил авиации. СБ были снова переброшены на передний край фронта, совершая налеты на населенные пункты к северу от Ленинграда, хотя, время от времени, они вылетали и на установку противолодочных сетей.

Против СССР финские СБ совершили последний вылет 8 августа 1944 года, записав на свой счет 8 уничтоженных и 2 поврежденные подводные лодки, а также сотни уничтоженных наземных целей. С 28 октября 1944 года по 22 марта 1945 года экипажи СБ сделали 84 боевых вылета против немцев, не потеряв ни одного самолёта (что не удивительно, поскольку противодействие со стороны немцев значительно ослабло, а немецкая авиация была вынуждена действовать с дальних норвежских аэродромов).

За время войны LeLv 6, по финским данным, не потерял ни одного самолёта от огня противника, но по другим источникам в конце 1941 года один СБ стал жертвой летчика 5-го ИАП И.Каберова, летавшего на ЛаГГ-3. По всей видимости самолет был восстановлен, но о его дальнейшей судьбе сведения отсутствуют. Кроме того, силами ремонтных бригад с предприятия VL самолёты SB-6 и SB-8 были переделаны в учебные бомбардировщики. 16 самолётов пережили войну, они были законсервированы 4 апреля 1945 года, а сданы на слом только в январе 1950 г. Самым летучим оказалась машина с бортовым кодом SB-1, налетавшая 397 часов 15 минут. Три самолёта имели налет по 300 часов и шесть – по 200 часов.


Вторжение в Иран
1941 г.


Был и ещё один малоизвестный эпизод в боевой карьере СБ. С нападением Германии на СССР летчики 1-го СБАП, дислоцированного в Ашхабаде ожидали скорейшей переброски на фронт. Вместо этого полку было предписано перелететь на юг Туркмении на аэродром Гарган. Так начиналась подготовка войны с Ираном, войны незаметной и неизвестной. С началом военных действий на Восточном фронте иранское правительство под влиянием успехов вермахта выбирает прогерманскую ориентацию. В Иране появляются в большом количестве германские агенты, фашистская Германия стремилась расширить сферу своего влияния. Своими действиями иранское правительство фактически нарушило советско-иранский договор 1921 г. и этим со­здавался еще один возможный плацдарм нападения на СССР. К тому же территория Ирана была удобно удобной площадкой для переброски военной техники, получаемой СССР по ленд-лизу от западных стран. В этих условиях в конце августа 1941 г. СССР и Англия по взаимному соглашению осуществили вооруженное вторжение в Иран.

1-й СБАП принял деятельное участие в этой войне. За месяц летчики полка произвели 65 самолето-вылетов на разведку и бомбометание. Полеты проводились в условиях полного отсутствия сопротивления со стороны противника. Иранская кампания завершилась быстро и победоносно. Полк не понес боевых потерь, лишь несколько самолетов получили повреждения. Были отмечены случаи потери ориентировки и даже бомбежки своей территории. Отсутствие сопротивления противника привело к недочетам в летной работе, пришлось подтянуть дисциплину и заняться учебной подготовкой. 7-го октября 1941 г пришел приказ о переброске 1-го СБАП на фронт под Москву, где в то время шли тяжелые оборонительные бои. Так закончилась неизвестная война в Иране.



Источники:
В.Н.Шунков "Красная Армия". Москва. АСТ \ Минск. Харвест. 2003


Тактико-технические данные бомбардировщиков СБ-2


СБ-2М-100А
1937 г.
СБ-2М-103
1939 г.
Длина, м12,3012,57
Размах крыла, м20,3020,33
Площадь крыла, м56,00
Высота, м3,603,48
Масса пустого, кг41384768
Масса взлётная, кг57327880
Скорость макс., км\ч423450
Скорость крейс., км\ч320375
Скороподъёмность, м\мин320570
Дальность, км14502300
Потолок, км95807800
Двигатель, тип\л.с. два рядных М-100А, 860 л.с. два рядных М-103А, 960 л.с.
Экипаж, чел3
Стрелковое вооружение, тип\калибр четыре 7.62-мм пулемета ШКАС шесть 7.62-мм пулеметов ШКАС
Бомбовая нагрузка 600 кг бомб 1600 кг бомб

ВНИМАНИЕ
Все права на текстовые материалы принадлежат администрации сайта Aviarmor.
Перепечатка и использование возможны только с письменного разрешения администрации
или при наличии активной ссылки на этот сайт.
©2014 www.aviarmor.net