Vickers Mk.E

Пехотный танк


Официальное обозначение: Vickers Mk.E
Альтернативное обозначение: Vickers-Armstrong Mark E, Vickers 6 ton, VAE, Mk.E
Начало проектирования: 1926 г.
Дата постройки первого прототипа: 1928 г.
Стадия завершения работ: в 1930-1939 гг. построено 143 танка.


История создания легкого танка Vickers Mk.E

1926-1928 гг.


В 1920-е гг. когда танкостроительная промышленность Великобритании находилась на пике своей активности, сложилась парадоксальная ситуация – из десятков образцов перспективной бронетехники на вооружение британской армии принимались только единицы из них. Но даже эти "счастливчики" не пошли в крупносерийное производство, причем вовсе не потому, что их тактико-технически характеристики не соответствовали текущим требованиям или отставали от зарубежных аналогов – как раз всё обстояло совсем наоборот – британская фирма Vickers стала на некоторое время "законодателем мод". Причина заключалась в сокращении военного бюджета и конъюнктурных соображениях, которые плодились в недрах War Office с регулярной периодичностью. Тем не менее, инициативные разработки имели место в довольно значительных количествах.


В 1927 году группа конструкторов фирмы Vickers, среди которых главную роль сыграли Джон Карден и Вивиан Лойд, выступили с предложением создать легкий танк для поддержки пехоты. Официальное заводское название этой машины звучало как Vickers-Armstrong 6-Ton tank, но для экспортных поставок применялось обозначение Vickers-Armstrong Mark E, сокращаемой теперь до VAE или Mk.E. Происхождение индекса "Е" не имеет однозначного толкования. В абсолютно большинстве источников указывается, что буква "Е" означала "Export". С другой чтороны имеется версия о "сквозных индексах", согласно которой буква "Е" идет следующей, после буквы "D".

Оригинальные технические решения, использованные в данном проекте впоследствии активно использовались за рубежом на протяжении ещё 15 лет. Достаточно сказать, что общая схема шасси с подвеской тележек на пластинчатых рессорах нашла широкое применение на чехословацких легких и средних танках фирм CKD-Praga и Skoda, а также на итальянских танках от М11/39 до Р26/40 включительно (тут стоит упомянуть, что образцом для этих машин был всё тот же "виккрес 6-тонный").

С большой долей оригинальности Карден и Лойд подошли к вопросу вооружения. Уже на начальной фазе проектирования прогнозировалось, что одном строю будут использоваться как чисто пулеметные "чистильщики окопов", так и "истребители танков" со смешенным пушечно-пулеметным вооружением. В связи с этим в разработке находилось сразу три модели:

Mark E Alternative A (Mk.E Type A) – двухбашенный вариант "чистильщика окопов", концепция которого была унаследована со времен 1-й мировой войны.

Mark E Alternative A (Mk.E Type B) – однобашенный вариант с пушкой и пулеметом.

Mark E Alternative A (Mk.E Type C) – двухбашенный "танк-охотник" вариант с двумя 37-мм пушками в корпусе.


До уровня практической реализации довели только Type A и Type B. "Танк-охотник", по сути своей представлявший противотанковый вариант двухбашенной модели, остался только в проекте – более подробная оценка показала, что при предложенной компоновке в не очень просторном боевом отсеке, с учетом установки 37-мм пушек в передней и задней стенке подбашенной коробки, станет ещё теснее.


Шасси будущего танка Vickers-Armstrong Mark E было изготовлено и прошло ходовые испытания в том же 1927 году. Предвидя, что новая боевая машина не вызовет большого интереса у военного ведомства Великобритании, Карден и Лойд сразу ориентировались на экспортные поставки и не прогадали. Относительно испытаний первого прототипа Vickers-Armstrong Mark E, проведенных в 1928 году, подробных сведений пока найти не удалось. Тем не менее, известно, что двухбашенный танк показал вполне приемлемые ходовые качества, а по бронированию и вооружению он не уступал другим изделиям фирмы Vickers, создававшимся по военным контрактам (вспомнить хотя бы танки A3E1 и D3E1\D3E2). В ответе британской оценочной комиссии было указано примерно то же, а формальной причиной отказа послужила якобы недостаточно надежная конструкция ходовой части. На самом деле War Office работал в условиях утвержденной концепции, не предусматривавшей наличия в войсках легких танков (по мнению британских экспертов того времени "костяк" бронетанковых сил должны были составлять тяжелые и средине танки, а также танкетки). Да и в бюджете не предусматривалось количественное расширение бронетанковых сил. К тому же, инициативные разработки почти всегда считались чем-то вроде "второго сорта" и чиновники из министерства относились к ним явным пренебрежением. Таким образом, фирма Vickers осталась наедине со своим лёгким танком, теперь окончательно перешедшим в категорию "только на экспорт".


И всё же, танки Vickers-Armstrong Mark E состояли на вооружении британской армии, хоть и случилось это весьма неожиданным способом. В 1939 году правительство Великобритании наложило запрет на поставки вооружений Сиаму, поведение которого нельзя было назвать дружественным. В это время в процессе выполнения находилась вторая часть сиамского заказа на танки Mk.E Type B, четыре из которых фирма Vickers отгрузить так и не успела.

Некоторое время им не находили применения, поскольку в британскую систему вооружений они никак не вписывались и считались устаревшими. Однако, после разгрома во Франции в мае 1940-го года Британского Экспедиционного Корпуса оказалось, что в метрополии почти не осталось боеспособной бронетехники. В условиях ожидаемого вторжения из "закромов родины" извлекли буквально всё, что могло быть использовано в боевых условиях. Естественно, что все четыре Mk.E Type B были тут же приведены в ходовое состояние и в июне 1940 года их ввели в состав 44-го Королевского танкового полка для использований в учебных целях. Впоследствии три "виккерса" отправили на слом, но четвертый (собранный для Сиама в апреле 1940 года) решили оставить в качестве музейного экспоната. Сейчас этот Mk.E Type B находится в экспозиции Танкового Музея в Бовингтоне.


Конструкция танка Vickers Mk.E

Type A \ Type B


В конструктивном отношении все танки Mk.E были практически идентичны и имели общую компоновку: трансмиссия спереди, отделение управления и боевое отделение в средней части, моторный отсек сзади. Основные изменения вносились исходя из контрактов, подписываемых зарубежными заказчиками. Как правило, в них указывались доработки в силовой установке и изменение состава вооружения.


Конфигурация корпуса и башен зависела от определённой модели и периода выпуска танка, однако компоновка всегда оставалась стандартной. В передней части корпуса размещалась трансмиссия, занимавшая довольно внушительный отсек. За ней, в средней части корпуса, устанавливалась характерная подбашенная коробка, ставшая отличительной чертой всех "6-тонных виккерсов". Внутри коробки размещался экипаж: место механика-водителя находилось всегда с правой стороны, а вот места командира и заряжающего меняли своё положение в зависимости модели. Теперь рассмотри подробнее, какие существовали варианты танка Mk.E.


Mk.E Type A (прототип) – первый опытный образец имел подбашенную коробку с плоскими лобовыми листами, в верхнем из которых был сделан двухстворчатый люк со смотровой щелью для мехвода. Коробка была развита назад и плавно переходила в бронировку моторного отсека, на верхнем заднем бронелисте которого крепился глушитель. На крыше коробки поперечно устанавливались две одинаковые по форме цилиндрические башни с небольшой нишей для пулемета смещенной на правую сторону. Сверху имелся люк для посадки и высадки из танка. В правой башне находилось место командира, в левой – второго пулеметчика. Штатное вооружение состояло из двух 7,71-мм пулеметов (разумеется, фирма Vickers предпочитала устанавливать изделия собственно изготовления, но требования заказчика также учитывались).


Mk.E Type A (серийный) – серийные танки, поставлявшиеся на экспорт, получили модернизированный корпус. Поскольку внутри подбашенной коробки было достаточно тесно, в её передней части появилась небольшая рубка для мехвода с двухстворчатым люком и смотровой щелью. Массивная бронировка моторного отсека была демонтирована, а вместо неё устанавливалась небольшая бронированная коробка. Глушитель теперь крепился на кормовом листе корпуса. Конструкция башен не изменилась. Схема бронирования была следующей: лоб корпуса – 13 мм, борта и корма корпуса – 10 мм, башни – 10 мм, крыша и днище – по 5 мм.


Mk.E Type B (первых серий) – танки этой модели, которые выпускались в 1931-1936 гг. оснащались корпусами, которые были идентичны Mk.E Type A, с той лишь разницей, что в крыше подбашенной коробки был сделан вырез только под одну башню в форме усеченного конуса. Часть экспортный танков оснащалась дополнительным воздушным фильтром цилиндрической формы, крепившемся на подбашенной коробке сзади-слева. Башня, в крыше которой был сделан люк, устанавливалась на крыше подбашенной коробки с левой стороны. Штатное вооружение, предлагаемое фирмой Vickers, включало 47-мм пушку QF2 и 7,71-мм пулемет Vickers. Боекомплект состоял из 49 выстрелов двух типов: осколочно-фугасные (массой 1,5 кг и начальной скоростью 302 м\с) и бронебойные (с начальной скоростью 488 м\с). Максимальная дальность стрельбы составляла 5600 метров, а скорострельность – до 12 выстрелов в минуту при наиболее благоприятных условиях. Бронебойный снаряд пробивал вертикально установленную бронеплиту толщиной до 30 мм на дистанции 500 метров, что делало Mk.E Type B очень опасным противником для любого серийного танка, за исключением разве что FCM 2C, того периода.


Mk.F – эта модель стала логическим продолжением работ по модернизации Mk.E Type B. Работы начались в 1934 году, когда коммерческий отдел фирмы Vickers вышел на бельгийскую закупочную комиссию, искавшей замену устаревшим танкам Renault FT. На выбор были предложены легкие танки Model 1934 и Mk.E Type B. Наиболее положительное впечатление произвел первый из них, но и "6-тонный виккерс" тоже обладал рядом положительных качеств, в связи с чем было принято решение приобрести один танк для испытаний, но в доработанном виде.

Основная проблема всех танков типа Mk.E заключалась в ненадежной системе воздушного охлаждения, из-за которой двигатель Armstrong-Siddeley "Puma" постоянно перегревался. Не особо помогали даже массивные бортовые воздухозаборники. Поскольку "излечения" силовой установки в ближайшее время не предвиделось вместо "Puma" был установлен рядный двигатель жидкостного охлаждения Rolls-Royce "Phantom II" мощностью 125 л.с. Параллельно пришлось решать вопрос с компоновкой моторного отсека – новый мотор пришлось сдвинуть к левому борту. Кроме того, для улучшения обитаемости в боевом отделении место механика-водителя перенесли на правый борт, а башню сдвинули назад-вправо. К сожалению, испытания Mk.F не принесли желаемых результатов и армия Бельгии выбрала более надежный вариант с закупкой лицензии на производство легких танков Model 1934, также поставлявшихся фирмой Vickers только на экспорт.


Mk.E Type B (поздних серий) – в связи с тем, что "бельгийская" модель Mk.F не нашла для себя заказчиков от неё решили позаимствовать доработанный корпус с развитой назад подбашенной коробкой. Опять-таки, в зависимости от страны-импортера башня могла располагаться как справа (заказ для Финляндии), так и слева (заказ для Сиама). Лобовое бронирование корпуса было усилено до 17,5 мм. Также изменили бронирование моторного отсека, где устанавливался не слишком надежный, но хорошо освоенный в производстве двигатель "Puma".

Покупатель для этой модели нашелся довольно быстро – в 1936 году правительство Финляндии одобрило заключение контракта на поставку модернизированных танков Mk.E Type B, но с определёнными нюансами. Проблема заключалась в том, что штатная башня с 47-мм пушкой QF2 финнов совершенно не устраивала, поэтому, чтобы не упустить последний выгодный заказ на устаревающую технику, фирма Vickers решилась на новый виток улучшения боевых качеств танка. Ориентация заказчика на разработки из Швеции сыграла тут более чем положительную роль – в декабре 1935-го года шведы закончили разработку башни для польского танка 7TP, в которой устанавливалась 37-мм пушка и спаренный с ней пулемет. Для вентиляции башни по её периметру была сделана щель. Обе стороны быстро нашли общий язык и танки Mk.E Type B для Финляндии также оснащались башнями этого типа, отличавшиеся кормовой нишей для радиостанции и общей маской для орудия и пулемета. По аналогии с моделью Mk.F башня устанавливалась с правой стороны со смещением назад.

Характеристики башни были следующими: диаметр – 1320 мм, погон – 1170 мм, наклон бортовых бронелистов – 10°, толщина кругового бронирования – 13,6 мм. По периметру стенок была выполнена щель, служившая для вентиляции при стрельбе. Очень органично была выполнена внутренняя компоновка – при откате орудия порядка 200-230 мм (при любом угле возвышения\отклонения) артиллерист мог безопасно находится прямо напротив него. Приборы наблюдения включали два эпископа, установленных в вырезах на крыше башни, пяти призматических зеркальных смотровых приборов и одного триплекса в щитке водителя.


Ходовая часть танка, на момент её появления, была весьма оригинальной конфигурации. Обеспечить плавность хода можно было несколькими способами, но основным в 1920-х гг. считался приём использования многочисленных опорных катков. Конечно же, показатель "плавности" возрастал, однако с точки зрения технологичности и эксплуатационной надежности это был настоящий кошмар. Карден и Лойд пошли другим путем, предложив следующую схему (применительно на один борт):

- переднее ведущее колесо;

- заднее направляющее колесо;

- 8 поддерживающих роликов блокированных попарно в 4 тележки, каждая пара тележек имела единый балансир с подвеской на листовых рессорах;

- 4 поддерживающих ролика;

- мелкозвенчатая гусеница из 102-103 стальных траков шириной 230 мм и шагом 229 мм.

Таким образом, баланс между ходовыми и эксплуатационными качествами удалось сохранить на очень даже приемлемом уровне. Но было более важным – схема оказалась очень удачной и послужила базой для многих других танков.


Силовая установка. На всех танках Mk.E устанавливался 4-цилиндровый бензиновый двигатель воздушного охлаждения Armstrong-Siddeley "Puma" рабочим объёмом 6667 см.куб. Относительно мощности единого мнения в зарубежных источниках нет. По всей видимости, в зависимости от года выпуска, разные серии этого двигателя могли развивать мощность 80, 87 или 92 л.с. Запас топлива составлял 182 литра.

В процессе эксплуатации ранних моделей было выявлено недостаточное охлаждение двигателя, что приводило к многочисленным поломкам. Особые усилия моторостроители для решения этой проблемы не прилагали, в связи с чем неоднократно поднимался вопрос о замене двигателя "Puma" на какой-нибудь другой, как это было впоследствии сделано на артиллерийском тягаче Dragon Medium Mk.IV. Один из путей решения предложила фирма Vickers в рамках выполнения польского контракта – по бортам в задней части надстройки устанавливались массивные воздухозаборники с лобовой решеткой. Охлаждение улучшилось, но в целом проблему решить не удалось и на польских версиях Mk.E от воздухозаборников отказались.


Трансмиссия, размещавшаяся в передней части корпуса, также оставалась идентичной для всех танков Mk.E и включала следующие компоненты:

- многодисковый главный фрикцион сухого трения;

- приводной вал;

- механическая коробка передач с 4 скоростями вперед и 1 скоростью заднего хода;

- бортовые фрикционы;

- ручной тормоз.


Радиостанция предусматривалась только на танках модели Mk.E Type B поздних серий, которые оснащались башней с кормовой нишей. В качестве одного из вариантов предлагалась Marconi model SB4a, но таких радиостанций было установлено очень мало. Антенна устанавливалась в кормовой части корпуса. Поскольку радиооборудование занимало достаточно много места боекпомлект к пулеметам сокращался с 6000 до 4000 патронов.



Тягачи, зенитки и Страусслер

Эксперименты и модификации 1931-1936 гг.


Рассчитывая на успех нового шасси, которое казалось фирме Vickers очень удачным, на однотипной с танком Mk.E базе было разработано ещё несколько машин для военного применения. В том же 1928-м году, для замены и без того немногочисленных артиллерийских тягачей Dragon Medium Mk.I и Mk.III, началась разработка их более современных аналогов. В хронологическом порядке они появлялись следующим образом:


Medium Artillery Tractor No.1 Armstrong Siddeley Engine – модель с мотором Armstrong Siddeley "Puma". Сравнительно с танком изменениям подвергся корпус, верхняя часть которого была полностью удалена, а спереди устанавливался лишь невысокий бронещит. На месте боевого отделения был оборудован полуоткрытый отсек для перевозки расчета орудия и амуниции. К кормовой части корпуса крепился буксировочный гак. Прототип с бортовым номером D12 поступил на испытания в 1930 году, но был отвергнут британской армией.


Medium Artillery Tractor No.1 Dorman Engine – в том же 1930-м году была представлена модернизированная модель артиллерийского тягача с двигателем Dorman, что потребовало доработки кормовой части корпуса и установки там более высокой коробчатой надстройки. Помимо этого, был установлен более высокий лобовой бронещит, а место механика-водителя перенесли на левый борт. Эту модель британская армия также не приняла, но предположительно именно этот опытный образец был приобретен в 1932 году немецкой фирмой Siemens-Schuckert.


Medium Artillery Tractor Mk.IV – новая модель артиллерийского тягача, выпущенная в 1934 году, отличалась значительно переработанной носовой частью корпуса и высокими бортами с дополнительными ящиками для амуниции на надгусеничных полках. Кроме того, ненадежный и маломощный двигатель "Puma" был заменен на AEC C1 – силовая установка теперь располагалась ближе к средней части корпуса по его продольной оси, а по бортам находились сидения для артиллерийского расчета. Основным назначением этого тягача была буксировка тяжелых орудий, типа 60-фунтовой (127-мм) пушки.


Именно третья попытка казалась самой успешной – британская армия наконец-таки согласилась подписать контракт на поставку 12 серийных машин, которые отличались от прототипа немного измененными ящиками для амуниции и доработанной ходовой частью. Официально они имели обозначение Artillery Tractor Dragon, Medium Mk.IV или просто Dragon Medium Mk.IV, хотя иногда встречается название Vickers Armstrong Heavy Tractor, что не совсем корректно.

Заказ был выполнен в течении 1935 года. Серийные тягачи Dragon Medium Mk.IV были переданы одному из артиллерийских полков, но в метрополии они оставались очень недолго – в конце 1939 года большинство машин было отправлено вместе с British Expeditionary Force во Францию, где в мае 1940 года их захватили в качестве трофеев немецкие войска. В зарубежных источниках также утверждается, что по меньшей мере один Dragon Medium Mk.IV был отправлен в Ирак. Более крупными оказались экспортный поставки – в 1935-м году партию из 23 тягачей этой модели приобрел Китай, а в 1937-м году в Индию было отправлено ещё 18 Dragon Medium Mk.IV.


Хотя ситуацию с артиллерийскими тягачами трудно было назвать очень успешной в финансовом плане, на фоне более ранних аналогичных проектов Dragon Medium Mk.IV смотрелся очень прилично и даже имел некоторые резервы для модернизации. Воспользовавшись этим фактором специалисты фирмы Vickers решили разработать на его базе зенитную самоходную установку.

Столь необычная идея стала следствием работы коммерческого отдела фирмы Vickers, представителям которого не только удалось подписать выгодный контракт с правительством Сиама (теперь эта страна называется Таиланд) на поставку танков Mk.E Type B, но получить дополнительный заказы на другую технику и запасные части к ней. В 1930-е гг. сиамская армия активно перевооружалась, периодически закупая новейшие образцы танков и самолётов, так что зенитные самоходные установки очень хорошо вписывались в эту концепцию. Очень подходящей для этой цели была именно платформа артиллерийского тягача, так что кардинальных изменений вносить не потребовалось.

От серийной модели Dragon Medium Mk.IV зенитная самоходка отличалась несколько переделанной передней частью корпуса и бортами новой формы. На месте бывшего транспортного отсека устанавливалась 40-мм зенитная пушка типа Pom-Pom (QF 2 pounder Mark II). В общей сложности было построено и отправлено заказчику 26 самоходок, которые иногда обозначаются как Vickers AA 40mm или Vickers-Armstrong 40mm.


Как это ни странно, но экспериментов с участием танков Vickers Mk.E проводилось совсем немного. Точнее говоря, эксперимент был поставлен всего один – в 1933 году инженер венгерского происхождения Николас Страусслер (ставший впоследствии известным как создатель уникальных ходовых частей для бронемашин и танков) предложил интересный проект приспособления для преодоления широких траншей. Обычный серийный танк мог перейти препятствие шириной не более 2-х метров, в то время как Страусслер обещал увеличить этот показатель минимум до 3-х метров.

Заявка на патент для этого устройства была подана 1-го июля 1932 года, на сам патент опубликовали только 20-го августа 1935 года. По заявке создателя, устройство было одинаково пригодно как для гусеничных, так и для колесных машин. Предложенный Страусслером механизм включал две "ноги", которые крепились на V-образных стойках в передней и задней части корпуса. В походном положении они были сложены и фиксировались на корпусе, а в случае необходимости перейти ров или траншею "ноги" раскладывались. При этом, танк уже должен был "свеситься" над препятствием на расстояние, достаточным для того, чтобы передняя "нога" достала до его противоположного края. Соответственно, когда обе "ноги" находили точку опоры, механизм как бы переносил танк через ров. Страусслер особо подчеркивал, что если центр тяжести машины будет несбалансированным, то возможность её опрокидывания или переворота будет очень велика.

Для проверки работоспособности патента было решено установить экспериментальный образец устройства на один из серийных танков Mk.E Type A, поставленных в Польшу. Испытания были проведены в 1935 году и, как следовало ожидать, завершились они крайне неудачно. Оказалось, что механик-водитель должен абсолютно точно выцеливать подходящее место для преодоления препятствия, что в боевой обстановке было абсолютно неприемлемо. В противном случае, если хотя бы одна из "ног" не имела точку опоры, танк неизбежно падал на дно рва. Более того, в конце испытаний устройство сломалось, что предопределило закономерный итог эксперимента с идеей Страусслера.



Первый коммерческий успех

Экспортные поставки в СССР, 1931-1932 гг.


Как это ни странно, но первой страной, с которой удалось заключить выгодный коммерческий контракт, стал злейший враг Великобритании – речь идёт, разумеется, о Советском Союзе. Несмотря на то, что дипломатические отношения между двумя странами уже были налажены, советско-британские отношения всегда оставались очень напряженными. В таких условиях какие-либо поставки вооружений "красной России" были бы полностью исключены, если бы не экономический кризис, постигший мировую экономику в 1929-1932 гг. Практически изолированный от внешнего мира СССР имел совершенно другую экономическую модель, и потому кризис на нём никак не отразился. В добавок к этому, советская сторона интенсивно искала пути приобретения новейшей боевой техники, в том числе для последующего лицензионного производства. И фирма Vickers нам очень в этом помогла…


Весной 1930 года в Великобританию прибыла советская делегация, возглавляемая начальником УММ РККА Халепским и инженером Сергеем Гинзбургом. Зарубежная "экскурсия" была предпринята не спроста – в планах принятой летом 1929 года “Системы танко-тракторного автоброневого вооружения РККА” значилось сразу четыре типа боевых машин, на собственную разработку которого просто не было ни времени, ни возможностей. Кооперация с Германией только вошла в активную стадию (да и сами немцы находились со своими "тракторами" в режиме поисков), поэтому выбор на британского производителя был вполне закономерным.

Прибыв на предприятие фирмы Vickers советской делегации было позволено ознакомиться и впоследствии приобрести следующие типы танков: средний Medium Mk.II, лёгкий Mk.E Type A, плавающий А4Е11 и танкетка Mk.VI. Большой интерес вызвали многобашенные танки Medium Mk.III и А1Е1, но представители фирмы Vickers выдвинули за приобретение трехбашенного образца абсолютно неприемлемые условия, а "пятибашенник" всё ещё считался секретным и War Office запретил его продажу кому-либо вообще. В итоге, фирма Vickers получила ситуацию "ни себе, ни людям".


Контракт на поставку 15 танков Mk.E Type A был подписан 28-го мая 1930 года. С ними передавался комплект полной технической документации (технические, сборочные и монтажные чертежи) вместе с разрешением на развертывание лицензионного производства и уведомлением советской стороны о проводимых улучшениях. Сроки поставки были такими: 1 – в сентябре, 4 – в октябре, 4 – в ноябре, 4 – в декабре, и 2 – в январе 1931 года. Тем не менее, отгрузка готовой продукции заказчику производилась очень неспешно, даже несмотря на то, что производственные мощности фирмы Vickers были отнюдь не перегружены другими заказами. Первая партия из 4 машин прибыла в конце 1930 года, а последние – в начале 1932 года, когда уже полным ходом шёл выпуск лицензионного варианта.

Британские танки получили в СССР обозначение В-26 и поступали в распоряжение "специальной комиссии по новым танкам", которая была создана по личному приказу К.Е.Ворошилова. Задачей этой комиссии была оценка и отбор боевых машин, пригодных для принятие на вооружение РККА. В течении января 1931 года три "виккерса" (четвертый был отправлен на завод для ознакомления) прошли испытания в условиях суровой русской зимы недалеко от Москвы. В отчете, который 11-го января представил С.Гинзбург, отмечалось, что "виккерсы" имеют простую и надежную конструкцию корпуса, ходовой части и трансмиссии. Вместе с тем, двигатель не заводился при температуре ниже -7 и имел ряд отрицательных качеств, включая невозможность форсирования обычными методами и ограниченный доступ для обслуживания. Была также отмечена недостаточная толщина бронирования и плохая обзорность со всех рабочих мест экипажа.

Тем временем, 30-го марта 1930 года, состоялась приёмка проекта "основного танка сопровождения" под индексом Т-19, разработку которого вело ГКБ ОАТ под общим руководством С.Гинзбурга. В техническом задании для этого танка указывались показатели, превосходившие реальные характеристики того же "виккерса": бронирование 18-20 мм, скорость до 30 мм, вооружение – одна 40-мм пушка (после пересмотра проекта замененная на 37-мм) и два пулемета ДТ, масса не более 7300 кг. Корпус танка проектировался таким образом, чтобы при требуемой толщине брони она надежно оберегала экипаж и внутренние агрегаты от пуль всех типов и снарядов полевой артиллерии на дистанции до 1000 метров – другими словами, часть вертикальных бронелистов устанавливалась под значительным наклоном. Также учитывалась возможность применения противником боевых отравляющих веществ, поэтому внутри боевого отделения предполагалась установка приточного вентилятора с "противогазовым фильтром". Плавность хода обеспечивала многокатковая ходовая часть. Среди других интересных новинок можно отметить планы оснащения Т-19 плавсредствами или гребными винтами, а также конической башней специальной разработки и стробоскопами. Для преодоления широких рвов и траншей проектировались так называемые "фермы спаривания", позволявшие двум танкам соединяться вместе.

В общем, Т-19 был во многом первым, но в производстве он оказался чрезмерно сложным. Сборку единственного прототипа завершили в июне 1931 года, когда мнение о возможностях британского "виккерса" сформировалось весьма целостное. Испытания советского "основного танка" напротив, проходили не очень гладко, да и сам Т-19 получился далеко не в том виде, в каком планировался – смежные предприятия не поставили башню, двигатель и вооружение, в результате чего пришлось искать им замену на время ходовых испытаний.

Поскольку ситуация складывалась неоднозначная С.Гинзбург ещё в январе 1931 года (то есть, до постройки прототипа советского "основного танка сопровождения") предложил построить "гибридный" вариант танка, который бы совместил ходовую часть от "виккерса" с корпусом, вооружением и башней от Т-19. Проект был рассмотрен, и даже получил поддержку от руководства армии. Однако, на первый план выходила организация крупносерийного производства, для которой более технологичный и маневренный "виккерс" подходил более всего. Помимо этого, на демонстрационном показе 8-11 января 1931 года британские танки произвели положительное впечатление на высший командный состав, так что их судьба фактически уже была решена именно тогда.


Окончательное решение о принятии на вооружение "6-тонного танка Виккерс типа В-26" было принято 13-го февраля 1931 года, а в производстве он получил название Т-26. Между тем, "виккерсы" в строевые части не поступали, а направлялись на предприятия для ознакомления на предприятия или использовались для испытаний. По меньшей мере на одной машине испытывались башни отечественного производства, копируемые с британского образца. Впрочем, тут советские специалисты пошли дальше, сразу предусмотрев установку в правой башне 37-мм пушки Б-3 (на серийных машинах она заменялась на ПС-1).

Не лишним будет ознакомиться с результатами обстрела одного из британских танков, проведенных в августе 1931 года на полигоне завода им.Орджоникидзе (эта машина была поставлена вместе с башнями советского образца). Вот как этот эпизод описывается в книге Михаила Свирина "Броня крепка. История советского танка 1919-1937":

"В ходе исследований отдельные детали корпуса подвергались обстрелу простой остроконечной пулей и бронебойной пулей типа АУ-30 из винтовки и пулемета «максим» с дистанции около 50 метров. Простой же остроконечной пулей обстрел велся в основном по заклепочным соединениям. Всего из винтовки было выпущено 85 простых и 30 бронебойных пуль, а из пулемета – 250 простых и 130 бронебойных. При обстреле простыми пулями в швах было выбито 3 заклепки, а также 9 заклепок оказались со срезанными и 10 – с поврежденными головками. Кроме того, 6 заклепок были расшатаны, но на боеспособность танка все это никак не повлияло.

Некоторые листы корпуса после их снятия с каркаса танка были подвергнуты дополнительному усиленному обстрелу и исследованию химического состава и микроструктуры по сравнению с такими же листами Ижорского завода. В частности, отмечалось, что 13(12,7)-мм и 10(9,8)-мм броневые листы, из которых изготавливались башни и передний лист подбашенной коробки «Виккерса», были изготовлены из «цементованной брони очень хорошего качества» (по спецификации фирмы «Виккерс» – S.t.a. Plat), 5-мм листы крыши и дна были выполнены, напротив, из гомогенной брони «весьма посредственного качества выделки»".


Взятая для сравнения броня Ижорского завода обладала худшей пулестойкостью, что с учетом брака вообще ставило под сомнение необходимость выпуска Т-26. Достаточно сказать, что на первых корпусах бортовая 10-мм броня пробивалась бронебойной пулей с дистанции 150-200 метров. В добавок к этому, из-за низкой надежности советских двигателей часть Т-26 оснастили британскими, снятыми с "эталонов". Также отсутствовали пулеметные прицелы, своевременный выпуск которых тоже наладить не смогли. В целом, первые 10 предсерийных машин нельзя было назвать боевыми, но это было только начало – начиная с 1935 года, когда в серии уже находился однобашенный вариант, качество танков было поднято на приемлемый уровень и впоследствии Т-26 выпуска 1935-1936 гг. считались самыми надежными даже после появления более подздних модификаций.

Судьба же экспортных "виккерсов" была незавидной – по состоянию на 1938 год несколько некомплектных танков ещё имелось на складах и ещё до начала войны их отправили на слом, не сохранив ни одного до нашего времени.



Экспорт большой и маленький

1931-1939 гг.


Второй страной, после Советского Союза, заказавшей танки Mk.E, стала Греция. Несмотря на тяжелое экономическое положение в этой стране предложение фирмы Vickers показалось грекам выгодным и 20-го ноября 1930 года был подписан контракт на поставку двух танков обеих модификаций (Mk.E Type А имел заводской номер VAE 308, а Mk.E Type B – номер VAE 309).

По требованию заказчика двухбашенный танк оснащался пулеметами Vickers калибра 7,92-мм, которые были стандартизированы в греческой армии, в установках типа Gimbal. Однобашенный вариант получил тот же 7,92-мм пулемет, сохранив штатную 47-мм пушку QF2. Оба танка оснащались ларингофонами с двухлинейной системой внутренней связи.

Несмотря на неплохие характеристики дальнейших заказов на танки Mk.E не последовало и долгое время они оставались "костяком" бронетанковых сил Греции. В зарубежных источниках указывается, что "виккерсы" приняли участие в кампании 1940-1941 гг., но этот факт очень сомнителен, учитывая возраст танков. Есть также данные о том, что в 1939 году Греция собиралась приобрести ещё 14 танков Mk.E Type B, но в любом случае этот заказ не был выполнен.


Перед началом новой большой войны с Японией китайская армия усиленная модернизировалась в том числе путем ввода в строй далеко не самых плохих зарубежных танков. Первая партия из 20 танков Mk.E Type B, прибывшая в Китай в 1935-м году, относилась к ранней серии (с коническими башнями без кормовой ниши). Среди них было четыре командирские машины, оснащенные радиостанциями Marconi.

Танки были распределены между 1-м и 2-м танковыми батальонами, которые были расквартированы под Шанхаем. В составе первого из них, где основную "ударную силу" составляли 29 плавающих легких танков Vickers A4E12 в экспортном исполнении (иногда их называют Vickers-Carden-Lloyd Model 1931), попало всего три танка. Второй батальон располагал 16 "виккерсами" и 16 танками других типов (согласно другим данным – 20 Mk.E Type B, 4 Light Tank M1936 и несколько тягачей VCL. В третьем батальоне, дислоцированном под Нанкином имелось 10 немецких легких танков Pz.Kpfw.I Ausf.A, 20 итальянских танкеток L.3/35, а также несколько бронемашин Sd.Kfz.221 и Sd.Kfz.222.

В период с 13-го сентября по 9-е ноября 1937 года их активно использовали в боях с японцами под Шанхаем, где в различных условиях потеряли половину техники. Несколько танков были просто брошены своими экипажами и достались противнику практически целыми. После такого фиаско уцелевшие Mk.E собрали в один батальон и включили в состав 200-й механизированной дивизии, которая в этой же время начала получать советские танки Т-26. Это соединение, в течении 1940-го года, приняло участие в тяжелых боях под Нанкином и Кунлуном, также понеся большие потери. После очередного переформирования, не оправдавшие ожидания “виккерсы” передали в учебные подразделения, где в скором времени они закончили свою карьеру.


Южный сосед Китая – Королевство Сиам (в наше время эта страна носит название Таиланд), также было не против получить на вооружение новейшую технику и фирма Vickers полностью поддержала её в этом устремлении. Переговоры с сиамской закупочной комиссией привели к тому, что 16-го октября 1932 года был подписан контракт на приобретение 10 танков Mk.E Type B ранней модели. Поставка была произведена в течении 1933 года, благодаря чему "виккерсы" сразу стали основой бронетанковых сил страны.

В 1938-м году состоялось заключение второго контракта, в рамках которого Сиам должен был получить ещё 12 танков обновленной модели, для которой использовался корпус от танка Mk.F. Как уже было сказано ранее, до Сиама добрались только 8 машин, поскольку 4 других были реквизированы британским правительством. В сложившейся ситуации, где Сиам явно тяготел к реваншу против Франции (а именно французы в 19-м веке захватили значительные сиамские территории), правительство Великобритании приняло неоднозначное решение о запрете военных поставок, что окончательно подтолкнуло Сиам в "объятия" Японии. Тем не менее, кроме 8 новых танков, сиамская армия успела получить 26 самоходных зенитных установок Vickers AA 40mm.

В 1940-м году, по воле короля, название страны изменилось на Таиланд. Вместе с названием усилились реваншистские устремления королевства, которое уже не скрывало своих агрессивных намерений в отношении Французского Индокитая. Решив воспользоваться слабостью метрополии тайское командование организовало вторжение на территорию этого колониального владения, что больше напоминало авантюру, чем хорошо спланированную кампанию. В период с декабря 1940-го по 28-е января 1941-го года тайским войскам сопутствовал минимальный успех, а флот и вовсе был разгромлен. Бронетехника в этой "Зимней войне" применялась крайне вяло, что было обусловлено сложной местностью и практически полным отсутствием дорог. Единственный раз, когда "виккерсы" могли показать себя, было сражение под Янг Дам Коум (Yang Dam Koum) в провинции Баттамбанг, состоявшееся 16-го января 1941 года. Против сил французов, состоявших из четырех пехотных батальонов при поддержке Detachement Motorise de Cochinchine (несколько танков Renault FT, которые в бою не участвовали, и грузовики с 20-мм пушками), тайцы выставили превосходящие силы пехоты и несколько "виккерсов". Французы сражались очень умело, подбив из 25-мм и 75-мм орудий три танка, после чего тайцы решили благоразумно отступить.

Оставшиеся "виккерсы" оставались на вооружении до конца 2-й мировой войны, даже когда Таиланд был оккупирован японскими войсками. Дальнейшая судьба этих машин неизвестна – по всей видимости, их отправили на слом, оставив только одну, которая сейчас находится в Кавалерийском Музее города Сарабури.


На предложение фирмы Vickers, коммерческий отдел которой продолжал работу с большой эффективностью даже при наличии государственных заказов, откликнулось правительство Болгарии. Освободившись от навязанных Антантой соглашений болгарская армия в середине 1930-х гг. начала активно перевооружаться. Кроме самолётов закупалась бронетехника и 16-го сентября 1936 года был подписан контракт на поставку восьми танков Mk.E Type B. Этим машинам были присвоены номера от B(W) 60015 до B(W) 60022 (заводские номера от VAE 1810 до VAE 1817).

Полученные в начале 1937-го года "виккерсы" имели "тайскую" конфигурацию – ходовая часть и силовая установка на них сохранялись от базовой модели, но корпус использовался от Mk.F. Вместе с тем, коническая башня без ниши и штатным вооружением устанавливалась с левой стороны. Был также изменен люк механика-водителя. Британская 47-мм пушка QF2 сохранялась, но вместо пулемета Vickers устанавливался пулемет Schwarzlose калибра 7,92-мм (по другим данным – 8-мм). Вместе с танками болгары приобрели 2000 бронебойных и 2000 осколочно-фугасных снарядов.

В начале 1938 года была сформирована 2-я танковая рота под командованием поручика Тодора Иванова, в составе двух рот "виккерсов" по 4 танка в каждой. Приказом командования 2-го февраля две танковые роты (1-я была вооружена итальянскими танкетками CV 3/33) объединили в Танковый батальон, предполагавший некоторую самостоятельность в действиях бронетанковых частей. На самом деле танки всегда использовались только в интересах пехоты – в период с 1-го по 30-е сентября 1939 года рота "виккерсов" находилась на северной границе, подчиняясь 5-й пехотной дивизии, а с июню по ноябрь 1940 года танки дислоцировались в районе Сливенграда, на границе с Турцией.

Зимой 1940-1941 гг. союзная Германия продала болгарам несколько танков Pz.35(t), что позволило увеличить численность 2-й роты ещё на 7 машин. Параллельно была проведена новая реорганизация и 25-го июля 1941 года танковый батальон переформировали в полк. В этот период "виккерсы" находились в Мало Бучово около Софии и с 7-го по 21-е сентября приняли участие в общевойсковых маневрах болгарской армии у Ямбола.

По мере поступления немецких танков Pz.Kpfw.IV и самоходных орудий StuG 40 более старая техника отправлялась во вторую линию. Эта же судьба постигла и "виккерсы", которые с 1943-года стали использовать только для обучения личного состава. Поскольку контакты с Великобританией были прерваны двумя годами ранее достать запасные части было неоткуда и в апреле 1945 года три танка пришлось разобрать. Хуже того, закончился запас снарядов, которые тоже поставлялись фирмой Vickers. И тут на помощь неожиданно пришла… Красная Армия.

После того, как летом 1944 года Болгария перешла на сторону антигитлеровской коалиции её армия привлекалась для очистки от немцев и их союзников стран Восточной Европы. Узнав о том, что в болгарской армии всё ещё используются старые британские танки, в мае 1945 года советская сторона передала Болгарии 3000 снарядов калибра 47-мм, которые были захвачены на польских складах в сентябре 1939 года. Это позволило вновь ввести в строй пять оставшихся "виккресов", использование которых продолжалось в составе 1-й танковой бригады вплоть до полного списания 1-го марта 1946 года. После этого изношенные танки пошли на слом, но всё же следует отметить, что болгарские Mk.E Type B имели второй по продолжительности срок эксплуатации, после финских.


Приятной неожиданностью для фирмы Vickers стал контракт, подписанный с Португалией. Эта страна на самом западе Европы, хоть и приняла посильное участие в 1-й мировой войне, никогда не проявляла большого интереса к бронетанковой технике. Командование португальской армии, хоть и не пренебрегавшее механизацией, полагалось тогда на пехоту и артиллерию, считая танки чем-то вроде "придатка" для основных родов войск. Так называемая "старая школа" давала о себе знать очень продолжительное время в результате чего в межвоенный период армейские соединения получили всего два французских бронеавтомобиля Berliet VPC и несколько бронемашин собственного производства, одна из которых непродолжительное время применялась в ходе гражданской войны в Испании.

И всё же, определённый интерес к танкам у португальцев имелся. Вначале они прощупывали возможность приобретения Renault FT, но под воздействием различных факторов ни одного французского танка так и не купили. Продолжение истории последовало несколькими годами позже, но уже с британцами. В 1932 году удалось договориться с фирмой Vickers о покупке двух танков моделей Mk.E Type А и Mk.E Type B для оценочных испытаний. Двухбашенный вариант получил собственно название "Portugal", а однобашенный назывался "Republica". Обе машины несли стандартный однотонный камуфляж, рисунок трубы и номер "5" на башне, обозначавшей номер соединения - Batalhão de Caçadores no.5.

К сожалению, об эксплуатации этих танков в составе португальской армии данных найти не удалось. Вероятнее всего "виккерсы" оставались на вооружении вплоть до прибытия британских танков "Valentine", хотя есть версия, согласно которой они также использовались в Испании против республиканцев.


Отдельная история сложилась с американскими "партнерами". После того, как в 1922 году танки окончательно перевели в ранг "вспомогательных средств" для пехоты и артиллерии, бурно развивавшаяся танковая промышленность резко сбавила обороты, оставшись почти без заказов. Некоторый успех сопутствовал машинам Уолтера Кристи, но в условиях скудности бюджета армейское командование постоянно экономило буквально на всем и новые танки поступали в войска "в год по чайной ложке". На этом решила сыграть фирма Vickers, предложив в 1930 году свои танки Vickers-Armstrong Mark E.

В 1931 году в США прибыл один экземпляр двухбашенного танка Mk.E Type А, немедленно поступивший на Абердинский полигон. Американцев интересовало не столько дальнейшее приобретение этих машин, сколько подробное ознакомление с их конструкцией. Итог был вполне закономерным – после испытаний танк отправился на родину, а американские инженеры из арсенала в Рок-Айленде и фирмы Cunningham сразу же приступили к проектированию собственного танка, взяв за основу схему шасси "виккерса". Получившийся аналог был готов в 1932 году и имел обозначение T1E4. В лучшую сторону его отличало наличие полуавтоматической 37-мм пушки М1924 и чуть более толстой лобовой бронирование. Следом появились прототипы Т1Е5 и Т1Е6, на которых испытали ряд нововведений, однако командование американской армии остановило свой выбор на танках легких типа Combat Car М1.


Один танк Mk.E Type А в 1932 году для оценочных испытаний прибыл в Италию. Судя по всему, фирма Vickers изначально подготовила для демонстрационных целей 4-5 двухбашенных машин, поскольку ранние заказы выполнялись очень быстро (частично об этом свидетельствует фотография, датируемая этим же периодом).

В Италии "виккерс" испытывался с особой тщательностью в условиях труднопроходимой горной местности и оставил очень положительное впечатление. На тот момент также испытывался опытный образец 9-тонного танка фирмы Ansaldo, по компоновке более напоминавший САУ, и "виккерс" на его фоне смотрелся более предпочтительно. Тем не менее, итальянцы подписывать контракт на приобретение партии Mk.E не стали, а решили пойти "американским путем", что в итоге привело к появлению серии танков от М11/39 до P15/42 включительно, в конструкции которых использовалась общая схема корпуса и шасси, заимствованная у британского танка.


Совсем мало известно о танках "виккерс", проданных Турции. По крайней мере, в современных доступных источниках инфолрмации по ним, за исключением 2-3 фотографий без описания, почти не встречается. Тем не менее, на Vikipedi (Turk Silahli Kuvvetlerinde zirhli birlikler) указывается, что турки каким-то образом приобрели 16 танков Mk.E Type А, которые предположительно прибыли в 1935 году. Сообщается также, что эти машины были оснащены одним 12,7-мм и одним 7,62-мм пулеметами и служили до 1940 года. Более близкое знакомство с фотографиями показывает, что это были всё-таки советские танки Т-26 двухбашенной модели образца 1931-1932 гг.


Относительно данных о предоставлении танков Mk.E другим странам точная информация отсутствует. Предположительно, один "виккерс" проходил ходовые испытания в Японии. Кроме того, есть вероятность того, что Mk.E обеих типов демонстрировались представителям Аргентины, Нидерландов и Румынии, но подтверждающих этот факт данных пока не удалось найти.



Приключения "виккерсов" в Латинской Америке

1931-1937 гг.


Вполне закономерным выглядело появление "виккерсов" в странах Латинской Америки, которые в предыдущие 150 лет постоянно предъявляли друг другу претензии, в основном касающихся территорий (с природными ресурсами, с выходом к морю, с "коренным" населением и т.д.). В разное время столкновения происходили между Аргентиной и Уругваем, Перу и Эквадором, Чили против Боливии и Перу, но самыми продолжительными и кровопролитными стали войны с участием Парагвая.

История этих конфликтов восходит ещё к временам колонизации – испанские и португальские конкистадоры так и не смогли "по-честному" поделить завоеванные земли, что автоматически предопределило войны между их "наследниками". В середине 19-го века Парагвай развивался по собственной экономической модели, рассчитанной на высокий уровень автономности. Некоторое время процесс шел вполне успешно, пока дело не коснулось более широких контактов с международным рынком. Поскольку Парагвай был изолирован от океанских берегов, был рассмотрен вариант с захватом части территории Бразилии, но как это часто бывает, всё пошло не так, как планировали. Манипулируя более слабыми странами Бразилия и Аргентина развязали войну, в которую сначала вовлекли Уругвай. Главную роль тут сыграли бразильцы, сначала разбившие уругвайцев, а затем армию и речной флот Парагвая.

В ходе войны 1864-1870 гг. парагвайцы понесли столь жестокие потери в территориях и людях, что ещё долго не могли оправиться от них. Достаточно сказать, что до начала войны в стране проживало около 1.200.000 жителей, а на момент её завершения осталась всего 221.000! Хуже всего было то, что в 1870 году, после окончательного разгрома Парагвая, Аргентина предложила Бразилии секретное соглашение, согласно которому к аргентинцам должна была отойти парагвайская область Гран-Чако, богатая так называемым кебрачо (продукт для дубления кожи). О нефти тогда никто не думал, но "бомба замедленного действия" уже была заложена.

Территория Гран Чако, которая тогда не была разделена государственной границой, впоследствии стала "камнем преткновения" между Парагваем и Боливией, которая считала её исключительно своей собственностью, незаконно отобранной парагвайцами в момент обретения ими независимости. Попытки урегулировать конфликт дипломатическим путем не привели к желаемому результату и в начале 20-го века боливийцы начали отправлять в Гран Чако военные отряды и строить форты, захватывая территории явочным порядком. Очень активно им помогали в этом немецкие военные специалисты, в числе которых находился тогда ещё майор Ганс Кундт, впоследствии ставший главнокомандующим боливийской армии. Поначалу Парагвай не обращал на эти вылазки большого внимания, однако в конце 1920-х гг. ситуация с "самозахватами" стала выходить из-под контроля и дело дошло до вооруженных столкновений.

Катализатором войны стали сведения, полученные от геологической разведки в 1928 году – предварительные данные показывали, что территория Гран Чако может быть очень богата нефтью. Разумеется, эти прогнозы вызвали бурный интерес американской корпорации Standard Oil (поддержала Боливию) и британской Shell Oil (поддержала Парагвай). Там, где появляется призрак больших денег, вооруженный конфликт становиться неизбежным. Самое интересное в данном конфликте заключалось в том, что в результате мирного договора Парагвай получил 2\3 оспариваемой территории, но нефти на ней практически не нашли. И наоборот – на своей 1\3 боливийцы открыли несколько богатых нефтяных месторождений.


Впрочем, ещё до этих событий в Боливии полным ходом шли приготовления к массированному вторжению на территорию Гран Чако. В страну вновь вернулись немецкие специалисты, что только усугубило эффект милитаризма, а в 1926 году с фирмой Vickers-Armstrongs был заключен очень выгодный контракт, предусматривавший закупку вооружений на сумму порядка 3.000.000 фунтов стерлингов, в том числе 12 танков и нескольких бронеавтомобилей типа Rolls-Royce (хоть и не новых, но вполне боеспособных). Принято считать, что инициатором их приобретения танков выступил генерал-майор Кундт, прошедший 1-ю мировую войну и прекрасно знавший, сколько бед может натворить даже один танк, при условии отсутствия у противника противотанковых средств. Возможно, это было именно так, но в те годы никто понятия не имел, как использовать танки в специфических условиях Гран Чако, да и сам Кундт являлся офицером "старой школы" и считал, что танки должны действовать только в интересах пехоты.

Достойного сопротивления от парагвайской армии не ожидалось и даже в условиях сокращения суммы контракта до 1.250.000 фунтов стерлингов Боливия получала внушительное количество пушек, пулеметов и амуниции к ним. Относительно танков положение было не столь благополучным, главным образом по причине достаточно высокой стоимости новой бронетехники. До начала войны выбор был из трех вариантов: французский Renault FT, американский Christie M1931 и британский Mk.E. Позже к ним добавились танкетки Mk.VIb. С американцами, по всей видимости, сразу же не сошлись в цене и вопрос с М1931 отпал сам собой. Между тем, французы предлагали свои "рено" выпуска 1918-1919 гг. по вполне приемлемой стоимости и даже отправили один из танков в Боливию для демонстрационных целей. Эта машина была показана армейскому командованию в Ла-Пасе и не произвела хорошего впечатления в силу низких характеристик и технической устарелости.

Таким образом, вариант с британскими Mk.E и Mk.VIb оказался единственно приемлемым, но и тут не обошлось без нюансов. Вначале рассчитывали получить по 6 пушечных и пулеметных танков, а в 1931 году к ними прибавилось ещё 10 танкеток. Затем заказ на танкетки был пересмотрен и сокращен до двух машин, поскольку боливийцы хотели получить именно "полноценные" танки, на которых денег тоже не хватило – в сентябре 1932-го года речь шал о закупке шести Mk.E, а 12-го октября подписали контракт на поставку всего трех машин.


В декабре 1932 года в Боливию прибыл один Mk.E Type А (VAE 532) и два Mk.E Type B (VAE 446 и VAE 447), на которых были установлены пулеметы Vickers Mk.I калибра 7,65-мм. Впрочем, доставка новейших танков и принятие их на вооружение вовсе не означало, что все неприятности остались позади (в ноябре-декабре 1932 года боливийская армия потерпела серию поражений и вынуждена была остановить крупномасштабное наступление, сосредоточившись на локальны целях). Главная проблема заключалась в том, что для бронеавтомобилей удалось найти экипажи из гражданских шоферов, но с танками все было намного сложнее.

Для обучения личного состава, в числе которого были по крайней мере два чилийца-механика, привлекли немецких инструкторов-майоров Вильгельма Брандта (Wilhelm "Wim" Brandt) и Ахима фон Криса (Achim R. von Kries). Причем они оба не являлись специалистами по бронетехнике – Брандт был известен как специалист по камуфляжу, а Крис имел некоторые технические навыки. Кроме того, командиром одной из танкеток был назначен австриец Вальтер Кон (Walter Kohn). На обучение боливийских волонтеров потратили всего четыре недели, что в совокупности с не очень высоким моральным духом привело к вполне закономерному трагическому результату.

Не совсем понятно, почему боливийцы, прекрасно знавшие о жарком климате своей страны, не догадались оснастить свои танки более мощными системами охлаждения и воздушными фильтрами. Как выяснилось позднее, именно по причине невыносимых условий работы внутри боевого отделения была потеряна практически вся бронетехника. Но возможно, что фирма Vickers просто не предлагала такой опции для Mk.E и MK.VIb.


Впервые боливийские танки пошли в бой 27-го декабря 1932 года в 7 км от населенного пункта Сааведра. По всей видимости, воевать отправили самый боеспособный экипаж. Танк типа Mk.E Type А должен был поддержать атаку 4-й пехотной дивизии, но как таковой поддержки не получилось. Оказалось, что при работающем двигателе и раскаленном от жары корпусе температура внутри боевого отделения поднималась до 60°С. Работать в таких условиях было невозможно и экипаж оставил свою машину, так не добравшись до парагвайских позиций.

В ходе второго штурма форта Нанава, начатого 4-го июля 1933 года, боливийцы задействовали все три танка. Узнав о прибытии бронетехники парагвайцы создали отдельный отряд для борьбы с ней, а к переднему краю подтянули батарею орудий Krupp образца 1895 года. Кроме того, каждый батальон осажденного форта получил по 1500 бронебойных пуль. Кроме того, были подготовлены бутылки с зажигательной смесью, которые в ближнем бою были бы более эффективны, чем орудия и гранаты. Примечательно, что в организации противотанковой обороны деятельное участие принимали бывшие офицеры российской армии, эмигрировавшие в Парагвай в 1920-е гг.

Первой в атаку пошла 7-й пехотная дивизий под командованием подполковника Энрике Фриаса численностью 2.700 человек. В качестве поддержки им также выделили 12 огнеметов, 6 минометов и две 65-мм пушки. Несмотря на качественное и количественное превосходство штурм закончился полным провалом. После артиллерийской подготовки атакующие вышли на позиции 3-го и 4-го кавалерийских полков парагвайской армии, которые почти не пострадали от орудийного огня. В ходе боя парагвайские снайперы выбили всех огнеметчиков, а пехоту отсекли от танков пулеметным огнем. Хуже того, вражеской артиллерией был подбит Mk.E Type B, который получил попадание сначала из 75-мм пушки типа Krupp или Schneider M27, а потом из миномета, и был оставлен экипажем (один танкист был убит).

Чтобы драгоценная техника не пропала в руки противника 6-го июля боливийцы предприняли несколько попыток отбить танк, но поскольку он находился на открытом, простреливаемом обеими сторонами пространстве, все попытки оказались неудачными. Опасаясь захвата боливийское командование приказало уничтожить танк, для чего на прямую наводку выкатили 75-мм полевое орудие. Как только орудие начало пристрелку парагвайцы посчитали, что противник готовиться к новой атаке, и взорвали танк. Что касается остальных "виккерсов", то все они получили повреждения от бронебойных пуль.


В августе 1933 года, после ремонта, два оставшихся танка вернулись на фронт. Их следующей целью стал форт Пириайо (Pirijayo, он же Pirizal), где они больше использовались как передвижные огневые точки, обстреливая укрепления противника. В очередной раз неплохо себя показал пушечный вариант танка ("виккерсы" изначально комплектовались только осколочно-фугасными снарядами), но в целом боливийское наступление здесь успеха не имело. Потерь не было, но Mk.E Type B пришлось вернуть в тыл из-за поломки трансмиссии, пока Mk.E Type A прикрывал пехоту в ходе парагвайской контратаки.

Последний бой пулеметный "виккерс" принял 15-го ноября 1933 года возле Алихуаты – получив несколько попаданий бронебойными пулями в корпус экипаж принял решение бросить танк, оставив его противнику практически целым. Вышедший из ремонта Mk.E Type B тоже долго не протянул. В ходе битвы при Кампо Виа этот танк также получил повреждения, но был оставлен экипажем из-за невыносимой жары и перегрева двигателя. Ценный трофей был захвачен кавалерийским полком "General San Martin", набранным из аргентинских добровольцев.

Оба танка, после эвакуации в тыл, были тщательно изучены и отремонтированы, но в состав парагвайской армии они так и не вошли. Причиной тому стало полное отсутствие подготовленных кадров, поэтому Mk.E Type B отправился в ангар, а Mk.E Type A некоторое время являлся экспонатом Мемориала войны, а затем стал памятником у Военной Школы в Асунсьоне. В 1994 году, в знак примирения между Боливией и Парагваем, он был передан боливийской стороне и теперь находится в экспозиции Военно-исторического музея в Ла-Пасе.

В январе 1937 году однобашенный танк продолжил своё путешествие по миру – в рамках очень выгодного договора с республиканским правительством Испании через частного торговца оружием Торвальда Эриха парагвайцы продали несколько тысяч единиц стрелкового оружия, в основном трофейного (по некоторым данным, общая сумма находилась в пределах 300.000 - 400.000 долларов). В том числе, был продан единственный Mk.E Type B, который прибыл в Испанию через Таллинн. Указывается, что танк был включен в бригаду Васко-Пирениака (Vasco-Pirenaica), но что с ним случилось дальше – история умалчивает.


Неудачное боевое применение боливийской бронетехники было вызвано сразу несколькими взаимосвязанными факторами, где основную роль сыграл низкий уровень подготовки экипажей и отсутствие адекватной тактики их боевого применения. К этому добавились огромные сложности со снабжением, преследовавшие боливийскую армию всю кампанию. Возможно, более массовое применение "виккерсов" могло иметь более положительный эффект, но в разорённой войной стране просто не нашлось на них средств. Стоит также отметить, что применение другой бронетехники также оказалось неудачным – 11-го декабря 1933 года две бронемашины попали в засаду и были захвачены практически целыми, а 27-го декабря была потеряна танкетка Mk.VIb вооруженная огнеметом (при этом погиб её командир немецкий майор Кон).

Более интересен другой факт. Немецкий инструктор Брандт, вернувшийся после войны в Германию, впоследствии поделился приобретенным опытом на страницах журнала "Beihefte zum Militar-Wochenblatt". По его мнению, система охлаждения двигателя танка Mk.E не выдерживала никакой критики (что было действительно так), броня была слабой, прицелы неудовлетворительны, а гусеницы оказались неприспособленными для действий в сложившихся условиях. Единственный положительный отзыв был только о системе подвески. Брандт также рекомендовал обучить всех членов экипажа элементарным навыкам вождения, чтобы в случае ранения или гибели механика-водителя имелась возможность вывести танк на свои позиции. В словах немецкого инструктора было много замечаний по существу, поскольку впоследствии большинство недостатков было выявлено при боевом использовании "виккерсов" в Китае и Финляндии.


Катастрофически не повезло боливийским бронеавтомобилям. В основном они использовались для патрулирования маршрутов движения транспортных колонн, а единственный раз в боевых условиях их попытались применить при попытке прорыва к Кампо Гранде. События развивались утром 11-го декабря 1933 года, когда 4-я и 9-я пехотные дивизии выходили из окружения. Для их поддержки командование направило два Rolls-Royce, которые попали в засаду 7-го кавалерийского полка парагвайцев. Обладая ограниченным обзором и низкой проходимостью бронеавтомобили застряли на местности и их экипажам не оставалось ничего другого, как сдаться. Совершенно целые машины были отбуксированы в тыл, где прошли небольшой ремонт и были переданы после войны полиции Асуньсона.


Две боливийские танкетки также не смогли похвастать большими успехами, хотя командовал одной из них немецкий майор Кон (Kohn). Впервые Mk.VIb применили в боевых условиях во время битвы за Бокерон, когда 13-го сентября 1932 года танкетка Кона оказалась поддержку наступавшим пехотным частям полковника Марсана. Далее танкетки использовались для патрулирования нейтральных полос вместе с пехотой.

В связи с тем, что вооружение Mk.VIb было явно недостаточным, по меньшей мере одна танкетка была оснащена огнеметом. Как можно догадаться, это была машина того самого майора Кона. Об её использовании что-либо определённое сказать трудно. Согласно одним данным, 27-го декабря 1933 года, когда боливийцы вновь попытались прорваться на 7-м километре шассе у Сааведры, экипаж был вынужден покинуть свою машину из-за жары и сражаться вместе с пехотой, при этом майор Кон был убит в ходе атаки на пулеметную точку парагвайцев. По второй версии танкетка достигла парагвайских позиций и застряла, пытаясь преодолеть траншею. О судьбе второй танкетки не сообщается.



"Виккерсы" для страны Суоми

Экспортный поставки в Финляндию, 1934-1940 гг.


В первой десятке заказчиков также оказалась Финляндия. По мере устаревания танков Renault FT-17, полученных от французов ещё в 1920 году, финны пытались подобрать что-нибудь более-менее подходящее для использования в собственной стране с её специфическими условиями, однако долгое время успеха не было. Проблема разрешилась только после налаживания активных контактов с фирмой Vickers. Вначале британцы отправили в Финляндию экспортный танк Model 1934, но сильного впечатления на потенциального заказчика он не произвел. А вот легкий танк Mk.E Type B, один образец которого (VAE 546) в 1933 году был доставлен в Финляндию, вызвал намного больший интерес. Помимо лучшего бронирования эта машина могла оснащаться различным пулеметно-пушечным вооружением и была неприхотлива в эксплуатации, что в итоге сыграло основную роль. Впрочем, на принятие окончательного решения и согласования ушло ещё несколько лет, поэтому только 20-го июля 1936 года был подписан контракт на поставку 32 машин, чтобы в один приём заменить аналогичное количество FT-17. Из-за финансовых ограничений, Mk.E Type B поставлялись без вооружения, оптики, радиооборудования и механизма поворота башен. Таким образом, отпускная цена за один танк составила 1.100.000 финских марок или 4.500 фунтов стерлингов. Финскую сторону, изначально рассчитывавшей на собственные силы в деле дооснащения танков и адаптации их по локальные требования, это вполне устраивало. В соответствии с финской системой обозначений первый прибывший образец получил номер R-546, а остальные нумеровали от R-646 до R-677.


Танки Mk.E Type B, поставленные в Финляндию в 1935-1936 гг., имели ряд отличий от более ранних экспортных вариантов. Корпус стал немного длиннее, а башня перенесена на правый борт, что позволило увеличить место для механика-водителя. Стандартный двигатель Armstrong-Siddeley "Puma", на которого было столь много жалоб, был оставлен – в суровых условиях финского климата проблемы с перегревом практически не возникали. Между тем, фирма Vickers выполнять свои обязательства особо не спешила, поэтому поставки даже такого скромного количества танков производились крайне вяло. Согласно контракту на 20-е июля 1937 года финская сторона должна была получить первые 10 машин, на 1-е апреля 1938 года – ещё 10 и только 1-го января 1939 года – оставшиеся 11 машин. Фактически, первая партия из 16 танков была получена в течении июля-декабря 1938 года, а оставшиеся 6 прибыли в начале 1940 года.

Ситуация с прицелами тоже сложилась неадекватная. Не имея возможности производить этот тип оборудования самостоятельно финны заказали прицелы у немецкой фирмы Zeiss. Однако, в результате подписанного в августе 1939 года советско-германского соглашения, Германия заблокировала поставки военного оборудования д??я Финляндии. Радиостанции вообще не устан??вливались до завершения Зимней войны, поскольку их попросту не было.


Установка вооружения и оборудования планировали производить на VTT (Valtion Tykkitehdas – государственный артиллерийский завод), но это предприятие было официально отрыто только в феврале 1939 года. Положение могли спасти смежники в лице шведской фирмы Bofors (37-мм танковые пушки) и польского предприятия SMPzA (механизма поворота башен), но "идеи Великого Чучхе" финны начали практиковать задолго до северокорейцев. Чтобы максимально исключить зависимость от зарубежных поставщиков финское правительство приобрело лицензию на производство шведских танковы?? пушек, которые получили обозначение 37 Psv.K/36. Поскольку предприятие VTT ещё не работало и заказ на 33 танковых пушки оставался только на бумаге, был найден временные выход – со старых танков FT-17 снимались пушки Puteaux SA18 и пулеметы 7,62-мм пулемет M/09-31 (финская адаптация пулемета типа Maxim с воздушным охлаждением). Именно с таким составом вооружения несколько танков приняли участие в летних маневрах 1939 года. В дополнению к этому, было решено усилить вооружение курсовым 9-мм пистолетом-пулеметом Suomi M/31, который устанавливался слева от механика-водителя, но эта доработка была произведена позже. Следует также отметить, что с финскими пушками 37 Psv.K/36 танки Mk.E эксплуатировались очень недолго – в течении 1940-1941 года их переоснастили советскими трофейными пушками 20К калибра 45-мм, а 37 Psv.K/36 переставили в башни, снятые с подбитых танков БТ, которые были установлены в 1944 году в качестве бронированных огневых точек укрепленного района Салпа.


По мере получения заказа британские танки сводились в состав Panssaripataljoona (учебного батальона), разделённого на две роты по 15 машин в каждой и ещё 2 машины находились при штабе. После обучения экипажей, завершившееся к январю 1939 года, танки Mk.E были переведены в Erillinen Panssarieskadroona (отдельный танковый батальон), который входил в состав Ratsuvakiprikaati (Кавалерийской бригады). Примечательно, что большинство танков в течении этого времени не имели вооружения и даже на момент объявления мобилизации 8-го октября 1939 года эта ситуация не особо изменилась в лучшую сторону. Вместе с тем, личного мобилизованного состава батальона оказалось даже больше, чем по штату.

Матчасть Erillinen Panssarieskadroona, состоявшего из пяти рот, была смешанной, поскольку полностью вывести из эксплуатации все старые танки финны не решились. В итоге получилось, что 1-я и 2-я роты оснащались танками FT-17, 3-я и 4-я роты получили невооруженные танки Mk.E (всего их имелось 16 штук), а 5-я рота вообще не имела танков и числилась как резерв личного состава. Командирами первых четырех рот были лейтенанты О.Хейнонен (Oiva Heinonen), В.Миккола (V.Mikkola), О.Воионмаа (O.Voionmaa) и С.Сирмио (S.Sirmio).

Достаточно долгое время танки оставались в тылу, и только в конце февраля 1940 года на передовую выдвинулось 13 танков (три других имели проблемы с силовой установкой и остались на месте дислокации). К фронту танки доставлялись по железной дороге в район Виипури (Выборг) – к этому времени советские войска прорвали "линию Маннергейма", создав угрозу окружения финских частей 2-го армейского корпуса. Чтобы остановить продвижение противника финское командование приказало организовать контратаку силами танкового батальона и без того испытывавшего массу проблем. Основной из них было уже не перегрев двигателя, а замерзание воды и бензина при низких температурах. В результате, в боевом составе осталось только 8 танков, который начали выдвигаться к советским позициям. Но и тут было не все гладко – по пути два танка вышли из строя по техническим причинам, поэтому количество атакующих машин сократилось до шести (по другим данным, один из них был выведен из строя после столкновения с деревом и в атаке всё же участвовало семь "виккерсов").

Собственно, сама атака под полустанком Хонканиеми, состоявшаяся 26-го февраля, была спланирована крайне неудачно и закономерно привела к полному провалу. По замыслу финского командования 4-я танковая рота должна была поддержать наступление частей 23-й пехотной дивизии, пытавшихся отбить полустанок. Выдвижение танков происходило без разведки, из-за чего вся группа оказалась в тылу 35-й танковой бригады, приданной для усиления 123-й стрелковой дивизии. Основные события начали развиваться в 06:15, когда финские "виккерсы" вышли на позиции 1-й стрелкового батальона капитана А.Макарова, прикрываемого ротой танков Т-26, в первом эшелоне которой стоял взвод младшего лейтенанта И.И.Сачкова. Из-за схожести обоих типов танков трём финским машинам (номера R-648, R-667 и R-668) удалось проскочить передовые советские позиции, причем один "виккерс" задел стоявший в боевом охранении Т-26 под командованием В.С.Архипова. Быстро осознав, что противник пошел на прорыв, советские танкисты вступили в бой. Подробности единственного за всю Зимнюю войну танкового "сражения" обеими сторонами трактуются по-разному. Например, в воспоминаниях Архипова финны потеряли 14 танков, хотя на самом деле – не более 6. В свою очередь финские танкисты заявили об уничтожении от 3 до 5 танков противника, что полностью опровергается советской стороной. Вместе с тем, точно известна участь тех самых невезучих шести "виккерсов":

R-644 (командир капрал Расси) – танк застрял при выходе на советские позиции и был разбит артиллерией, экипаж эвакуировался.

R-648 (командир лейтенант Миккола) – по всей видимости, это был танк, который столкнулся с Т-26 Архипова. Был подбит прямым попаданием и загорелся. Из всего экипажа выжил только командир, который впоследствии заявили об уничтожении двух советских машин

R-655 (командир фельдфебель Юли-Хейккиля) – танк был подбит противотанковой обороной, экипаж погиб.

R-667 (командир младший сержант Сеппяля) – один из танков, прорвавшихся в тыл советской роты Т-26. Уничтожен огнем танковых орудий. Экипаж заявил об уничтожении двух танков противника. В некоторых источниках указывается, что подбитый танк непродолжительное время использовался финнами как огневая точка.

R-668 (командир старший сержант Пиетиля) – после прорыва советских позиций получил прямое попадание из противотанкового ружья (или пушки), в следствии чего взорвался мотор. Из всего экипажа выжил только механик-водитель рядовой Саунио.

R-670 (командир младший лейтенант Вирниё) – подбит при выходе на советские позиции. Экипаж заявил об уничтожении одного танка.

Седьмой танк был поврежден, но затем эвакуирован в тыл и отремонтирован. Подведя итоги этой операции командование танкового батальона было вынуждено констатировать крайне неудачное планирование атаки и признать безвозвратную потерю шести "виккерсов".


Второй бой состоялся 29-го февраля в районе Раутлампи, где танкам поручили сопровождение пехоты 68-го пехотного полка. Около 09:00 финны вступили в бой с советскими танками Т-28, заявив об уничтожении одного из них. Позднее был подбит ещё один советский танк, но после 14:00 последовала контратака противника, в ходе которой были потеряны оба Mk.E из 2-го взвода (R-672 и R-666). При этом финны утверждали, что экипаж танка R-666 вёл бой против шести советских машин, включая как минимум один Т-28, и подбил ещё двоих.

Потеря очередного танка состоялась в марте 1940 года. С каждым днем положение под Выборгом только ухудшалось и финское командование 4-й пехотной дивизии не нашло ничего лучше, как использовать оставшиеся танки 4-й роты "поштучно" на разных участках фронта. Экипаж танка с номером R-664 получил 6-го марта боевую задачу поддержать контратаку пехоты. Сопровождая солдат танк наехал на скалу и был обездвижен. Этим немедленно воспользовались экипажи двух советских танков, разбивших моторный отсек, в результате чего финны были вынуждены покинуть свою машину, предварительно полностью выведя её из строя.

Таким образом, за неделю боевых действий, батальон безвозвратно потерял 7 из 16 танков, причем ещё 4 находились в ремонте из-за поломок в двигателях. Оценив их боевую эксплуатацию финское командование пришло к выводу, что в существующем состоянии Mk.E непригодны для боёв с участием аналогичных машин противника. Было совершенно очевидно, что танку требуется модернизация и к счастью для финнов этому поспособствовали богатые трофеи.

В ходе Зимней войны в качестве трофеев было захвачено несколько сотен единиц бронетехники, основную массу которой составляли танки и бронемашины с 45-мм пушками 20К и пулеметами ДТ (Т-26, БТ-5, БТ-7, БА-10). От них же заимствовались радиостанции 71ТК-1\ТК-3 и оптика.

Проект перевода оставшихся 26 танков Mk.E (включая R-546) на новые типы вооружения был согласован в конце 1940-го года и завершен к июню 1941-го года. В целях унификации модернизированные танки получили обозначение Т-26Е, где буква "Е" обозначала "englantilainen" (английский). С пушками, пулеметами и прицелами проблем не возникло, а вот перископов явно не хватало – по состоянию на 17-е июня 1941 года 23 танка оснащались только одним перископом из двух штатных, а другие три (R-546, R-656 and R-657) не имели их вообще.

После начала Продолжительной войны 1941-1944 гг. танковый батальон был реорганизован в Танковую бригаду (Panssariprikaati). Достоверных сведений об их участии в боях с советскими войсками пока найти не удалось. Известно только, что Т-26Е использовались совместно с трофейными танками Т-26 и понесли некоторые потери в 1941-1942 гг. Летом 1944 года оставшиеся 22 Т-26Е всё ещё находились на оснащении 1-й, 4-й и 5-й рот, приняв участие в отражении советского наступления в Карелии и потеряв 3 машины. После войны эти танки оставались в составе финской армии вплоть до 1960 года, но на второстепенных ролях. Большинство из них затем ушло на переплавку, но два танка удалось сохранить и сейчас они являются экспонатами музеев.


А что же случилось с трофейными танками? Как мы уже знаем, возле Хонканиеми трофеями советских войск стали два танка, которые были отбуксированы в тыл. Один из них поступил в 377-й отдельный танковый батальон для изучения. Есть сведения, что этот "виккерс" некоторое время оставался под Ленинградом, а осенью 1941 года он вновь вступил в строй и участвовал в обороне города. Второй танк с номером R-668 отремонтировали и спустя месяц отправили на испытания. Финский "виккерс" представлял интерес с точки зрения путей модернизации конструкции, которая для Т-26 подошла к своему логическому завершению.

Документ, имевший название "Отчет по испытанию танка «Виккерс» выпуска 1939 года (Белофинской армии)", подробно описывал конструкцию танка Vickers Mk.E Type B самой последней серии и результаты его испытаний, проводившихся со 2-го по 7-е июля 1940 года на полигоне в подмосковной Кубинке. Вполне естественно, что "виккерс" сравнивался с советским танком Т-26-1 (линейный, с зенитной турелью П-40, выпуска 1939 года), являвшийся на тот момент самой современной моделью в БТВ РККА.

За время ходовых испытаний удалось определить следующие показатели: средние скорости движения, расход горючего на час работы двигателя и на километр пути, удобство работы в танке, обзорность, режим работы двигателя в трансмиссии, максимальную скорость по шоссе, преодолеваемые подъем, спуск, косогор, ров и брод. Параллельно выявлялись такие качества, как управляемость танка, его особенности в движении и при преодолении препятствий.

До начала испытаний на полигоне танк уже прошел по спидометру 1070 километров, а за время полигонных испытаний – еще 424 км (150 км по шоссе, 206 км по проселку 68 км на специальных выездах для снятия динамической характеристики и преодоления препятствий). За этот период двигатель отработал 37 моточасов, после чего был введен из строя в следствии износа поршневых колец двигателя. Испытания были досрочно прекращены и некоторые вопросы (болотопроходимость, линия брода и т.д.) определить не удалось. При чуть меньшей максимальной скорости (31,15 км/ч при 2400 об/мин против 38,4 км/ч при 2800 об\мин у Т-26-1) динамические показатели "виккерса" были признаны вполне удовлетворительными. В следствии более широких гусеничных траков подъём 39° финский танк преодолеть смог, а вот Т-26-1 сделать этого не сумел из-за пробуксовки. Из преимуществ отметили такие показатели:

- удельная мощность танка "виккерс" (10 л.с./т против 8,6 л.с./т);

- обслуживание ходовой части удобнее;

- толщина лобовых листов корпуса больше, чем у Т-26 выпуска до 1939 года;

- в системе подачи топлива используются гибкие шланги, а не бензопроводы;

- главное сцепление танка "виккерс" по устройству проще;

- траки шириной 290 мм при том же весе танка создают уменьшение условного удельного давления на грунт до 11%;

- упрощена схема электрооборудования;

- установлен быстроходный стартер, соединяющийся с венцом маховика через специальный редуктор (соответственно, пиковые токи стартера были ниже, чем у стартера СМА);

- внутреннее освещение танка не общее, а направленное, что более удобно;

- 37-мм пушка обладает лучшей бронепробиваемостью на ближних дистанциях и малый откат при стрельбе;

- установлен курсовой пулемет в компактной маске, обеспечивающей большие углы горизонтального и вертикального обстрела;

- боекомплект пистолета и пулемета доведен до 6000 патронов;

- более удобно расположены маховики вращения башни и орудия.

Недостатков также хватило, причем часть из них носили критический характер для советского танкостроения. Было сразу понятно, что британские инженеры либо слабо ознакомлены с боевым применением танков в 1933-1939 гг., либо специально пошли по пути упрощения конструкции Mk.E, чтобы сделать его более доступным по стоимости для заказчика даже в ущерб его боевым качествам. Итак, что же было отмечено советским специалистами как отрицательные качества:

- отсутствует электрическое переговорное устройство;

- отсутствует В.К.У., что ограничивает поворотливость башни;

- слишком слабое наружное освещение;

- отсутствуют перископы на башне (эпископы не дают кругового обзора);

- отсутствует защита приборов наблюдения;

- недостаточный радиус действия;

- мал боекомплект снарядов из которых только 1\4 являются бронебойными;

- отсутствует зенитный пулемет;

- из-за щели по периметру башни танк легко заливаем горючей жидкостью;

- все наружные люки моторного отделения легко могут быть открыты противником, без всяких приспособлений;

- отсутствуют отверстия с заглушкой для самообороны;

- корпуса смотровых приборов имеют неудовлетворительную герметичность в следствии неудовлетворительного качества сварных швов;

- смотровой прибор типа «триплекс» имеет недостаточную прочность (при обстреле 7,62-мм бронебойными пулями было пробито 8 из 10 слоев, видимость полностью потеряна).


В целом, был сделан вывод, что "виккерс" не представляет из себя опасного противника и является устаревшим типом танка. Более интересно другое – отчет, поступивший на завод №183 в Харькове 31-го марта 1941 года, подробно исследовался А.А.Морозовым! То есть, анализ устаревшего танка продолжался даже тогда, когда уже полным ходом шёл массовый выпуск танков Т-34, а на ленинградском заводе №174 должны были развернуть сборку намного более современного лёгкого танка Т-50. И заимствовать было что, например, те же гибкие шланги и ряд других мелких элементов конструкции, улучшавших эксплуатационные качества танка.



Польский след британских "виккерсов"

1931-1939 гг.


История появления танков Mk.E в Польше восходит к 1926 году. В поисках замены для Renault FT поляки начали переговоры с фирмой Vickers на предмет приобретения средних танков Mk.I или Mk.II, но британцы тогда оказались на редкость не сговорчивыми и отказали в подписании контракта. Вместо них фирма предложила танки Mk.C и Mk.D, в которых поляки не были заинтересованы, и очень зря – по комплексу тактико-технических характеристик они были явно лучше Mk.I\II.

К данной теме вернулись годом позже, когда в январе-феврале 1927 года польская комиссия посетила фирму Vickers и учебный танковый лагерь в Вуле. Новые образцы техники вызвали определённый интерес и снова стороны не смогли найти общий язык, поскольку в том же году появились планы реализации собственного проекта колесно-гусеничного танка WB-10 конструкции Л.Эбермана. Впоследствии выяснилось, что конструкция этой машины обладает множеством конструктивных недостатков и ни одного прототипа так и не построили.

Третья попытка договориться с британцами была предпринята в начале 1930 года, когда стало окончательно ясно, что собственными силами польские конструкторы не справятся. На этот раз польской стороне был предложен экспортный танк Mk.E, конструкция которого была достаточно хорошо отработана в серийном производстве.

Первый двухбашенный Mk.E прибыл в Польшу в сентябре 1930 года. Эта машина прошла не только полный цикл войсковых испытаний, но совершила 600-км пробег до Львова. Танк произвел благоприятное впечатление, но вместе с тем было отмечено недостаточно сильное бронирование, постоянный перегрев двигателя и теснота в боевом отделении. Некоторое время поляки пребывали в нерешительности, поскольку более актуальным планом казалось приобретение американского танка M1931 конструкции У.Кристи. Однако, договориться с американцем не удалось и приоритеты были тотчас изменены.

Контракт на поставку танков Mk.E подписали в мае 1931 года. Польская сторона выразила желание приобрести 38 танков в собранном виде и 12 в "разборе", чтобы в процессе сборки получить определённый опыт (уже тогда имелись планы развертывания лицензионного производства). План поставок готовой продукции предусматривал прибытие первых 8 машин 28-го июня 1932 года, 13 – 12-го декабря 1932 года, 17 – 11-го февраля 1933 года. Это были двухбашенные машины Mk.E Type A с номерами от VAE 408 до VAE 445.

В связи с тем, что фирма Vickers так и не смогла решить проблему с охлаждением двигателя (собственно, никаких серьёзных усилий британцы в этом отношении не прилагали), польскими инженерами была разработана коробчатая бронировка моторного отсека, которая с бортов переходила в воздухозаборники с лобовой решеткой. Кроме того, чтобы улучшить подачу патронов для пулеметов, на крыше каждой из башен устанавливался патронный бронированный ящик, из-за чего танк приобрел характерный "рогатый" вид. Между тем, некоторое количество польских танков Mk.E Type A эксплуатировались без этого нововведения.

Официально на вооружение польской армии Vickers Mk.E поступили в середине 1934 г. после 1200-км пробега двух танков, доказавших хорошую эксплуатационную надежность. Танки вскоре были модифицированы, получив массивный кожух в хвостовой части над двигателем. Радиостанциями танки не оснащались, хотя в частном порядке два Mk.E Type A из состава 12-го танкового отделения были оборудованы польской рацией RKB\C. Вооружение полученных танков на протяжении эксплуатации несколько раз изменялось.

- два 7,92-мм пулемета Hotchkiss wz.25 (первоначальный вариант, 38 танков);

- один 7,92-мм пулемет Hotchkiss wz.25 в левой башне и одна 37-мм пушка Puteaux SA18 в правой башне (перевооружено не более 6 танков);

- один 7,92-мм пулемет Browning wz.30 в левой башне и один 13,2-мм пулемет Hotchkiss wz.30 в правой башне (перевооружено 16 танков);

- один 7,92-мм пулемет Browning wz.30 в левой башне и одна 37-мм пушка Puteaux SA18 в правой башне (опытный вариант, перевооружен 1 танк);

- два 7,92-мм пулемета Browning wz.30 в бронированных кожухах (перевооружено 16 танков).


Отдельная история вышла с попыткой наладить лицензионное производство Vickers Mk.E. Так как лицензия оплачивалась отдельно и стоила немало денег польское правительство отказалось от её приобретения, впрочем как и от поставки оставшихся 12 танков (по другим данным, они всё же прибыли). Вместо этого польские инженеры разработали собственный проект легкого танка, почти целиком основанного на конструкции Mk.E. Новый танк получил обозначение VAU-33 ("Vickers-Armstrong-Ursus", или "Vickers-Armstrong Ulepszony (улучшенный), но позднее его переименовали в 7ТР в соответствии с принятой в Польше системой обозначений бронетехники. Главные изменения коснулись моторного отделения, получившего новые очертания и сменивший британский мотор на польский Diesel.

Почти все танки Mk.E вначале были переданы в распоряжение 3-го танкового батальона дислоцированного под Варшавой, однако уже в 1937 г., по мере поступления танков 7ТР, “виккерсы” отправили во 2-й батальон в Журавицах. Часть машин также была придана в тренировочный центр (CWBrPanc) в Модлине. “Благодаря” интенсивному процессу переучиванию на новую технику к началу 1939 г. практически все учебные Mk.E оказались в нерабочем состоянии. Периодически “виккерсы” приданные 10-й кавалерийской бригаде привлекались к проведению маневров, наиболее значительные из которых проходили в Волынской области между 4 и 20 сентября 1938 г. Фактически эти маневры стали подготовкой к вторжению в Чехословакию, поскольку тогда польское руководство решило вернуть назад область Заолжи, населенную преимущественно этническими поляками, но ранее (в 1918 г.) отошедшую к чехам. Вторжение состоялось 22 сентября, когда Чехословакия уже лишилась четверти своей территории после подписания мюнхенского соглашения. Специально сформированная для этой цели Оперативная Группа “Slask” (“Силезия”), в состав которой входила 10-я КБ, заняла территорию без боя с молчаливого согласия чешских властей, занятых в это время “разбирательствами” с украинскими и венгерскими сепаратистами на востоке страны. Следующие несколько месяцев перед немецким вторжением Mk.E провели на оккупированной территории.

В 1939 г. легкие танки “виккерс” находились в составе 121-й роты 10-й моторизованной кавалерийской бригады и 12-й легкотанковой роты. Рота состояла из 16 танков, разделенных на три взвода по 5 танков плюс командирская машина. 121-я рота приняла активное участие в боях против двух немецких дивизий, пробивавшихся через Бескидские горы. Танки Vickers Mk.E и две роты танкеток TKS решили использовать в качестве “пожарной команды”, посылая их на наиболее опасные участки фронта. Например 3-го сентября “виккерсы” поддержали пехотинцев 10-го стрелкового полка, несколько раз атаковав части наступавшей немецкой 3-й танковой дивизии. На следующий день Mk.E и TKS сражались вместе с 4-м уланским полком и смогли уничтожить два танка и три бронеавтомобиля. Хотя о собственных потерях ничего не сообщалось полякам удалось остановить на несколько дней продвижение немцев вглубь страны. Первая официально признанная потеря состоялась лишь 6-го сентября, когда в бою у н.п.Виснич был подбит один танк.

Впрочем, успех 121-й роты оказался кратковременным. Более заботясь о “затыкании дыр” в обороне польское командование совершенно забыло, что танки хотя бы изредка требуется пополнять топливом и боеприпасами, не говоря уже о текущем ремонте. В итоге, в ходе очередного марша 8 сентября целая колонна танков осталась без топлива, таким образом лишив пехоту поддержки. Спустя несколько часов удалось отыскать немного горючего, но к месту назначения (н.п.Колбушев) смогли прибыть всего три танка. Решив, что “виккерсы” будут более полезны в тылу командование армии “Краков” отправило их за реку Сан, где 15 сентября танки вступили в бой с 15-й пехотной дивизией. После двух дней почти непрерывных боёв рота потеряла три танка: один уничтожила артиллерия и два были захвачены немцами. В тяжелых боях у Колбушева рота потеряла ещё три машины и вынуждена была отойти. Оставшись с 6 танками и не имея связи с центральным командованием остатки танковой роты отошли к реке Танев и впоследствии приняли участие в боях под Наролем и Белзичем 17-18 сентября. К этому времени в составе 121-й роты состоянии находилось три Mk.E и 20 человек личного состава.

12-я рота, находившаяся в резерве, подчинялась Варшавской Броне-Моторизованной Бригаде под командованием капитана Чеслава Блока. В ходе мобилизации четыре командирские машины получили радиостанции, но решающего влияния этот факт на боевое применение танков не оказал. Первый бой 12-й роты проходил под Аннополем и завершился для поляков неудачей. Танки пошли в бой без должной разведки и попали под огонь артиллерии противника. Потеряв две машины рота отошла назад и тут же угодила под огонь собственной пехоты, принявший их за немцев. К счастью, тут обошлось без повреждений, однако сам факт подобного инцидента говорил об отсутствии координации в действии различных родов войск. Спустя сутки возникла знакомая проблема с наличием топлива, после частичного решения которой роте поставили задачу захватить участок дороги под Краснобродом. В дополнение к танкам в атаке принимали участие мотоциклисты. По пути им встретились два бронеавтомобиля, которые были уничтожены танками. Спустя несколько дней им пришлось вновь отойти и 18 сентября 12-я рота приняла участие в знаменитом сражении под Томашев-Любельским. Утром того дня в атаку пошли 8 танков Mk.E при поддержке танкеток TKS и танков 7ТР. В ходе боя поляки потеряли 8 танкеток и 4 танка, а вечером был уничтожен ещё один Mk.E. На следующий день ситуация повторилась, с той лишь разницей, что бригада лишилась всех “виккерсов” и одного 7ТР. Оставшись без материальной части Варшавская Бригада капитулировала 20 сентября.

Что касается танков из учебного центра, то в сентябре к боеспособному состоянию удалось привести 3 или 4 танка. Вместе с несколькими танкетками учебные двухбашенные Mk.E оставили на венгерской границе. Их боевой путь завершился 18 сентября, когда смешанная рота приняла бой с советской 23-й танковой бригадой.

На этом история польских Mk.E закончилась. Танки, захваченные немцами, судя по всему не ремонтировались и использовались только для ознакомления с техникой противника. Впоследствии все “виккерсы” отправили на переплавку.



Источники:
Luis Antezana "Los tanques en la Guerra del Chaco". Cima Editores 2010
Alejandro Quesada The Chaco War 1932-35: South America's Greatest Modern Conflict
Kapteeni P. Hovilainen: Tankkirykmentista Panssaripataljoonaan 1919 – 1949.
Vickers light tanks in the Gran Chaco War
Фотографии голландской бронетехники
ИЛЛЮСТРИРОВАННЫЙ САЙТ ВОЕННОЙ ИСТОРИИ: Бронетехника в войне Чако
tankfront.ru: Танки в войне Гран-Чако
JAEGER PLATOON: VICKERS 6 TON AND T-26E TANKS
network54: Chinese Dragons
network54: Tanks at Chaco War
RAF vehicles in Iraq, 1938
The PIBWL military site: The Vickers 6-Ton Tank (Mark E)
Trench crossing device for vehicles (patent US 2012090 A)
Soldados del MundoTanque ligero Vickers 6-ton
Отвага: ТАНК «ВИККЕРС-ФИНСКИЙ» © Алексей Хлопотов (Gur Khan)
Material Blindado das nossas Forcas Armadas


ТАКТИКО-ТЕХНИЧЕСКИЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ ЛЕГКИХ ТАНКОВ
Vickers Mk.E Type A и Type B

БОЕВАЯ МАССА Vickers Mk.E Type A
1931 г.
Vickers Mk.E Type B
1937 г.
БОЕВАЯ МАССА7200 кг7300 кг
ЭКИПАЖ, чел.3
ГАБАРИТНЫЕ РАЗМЕРЫ
Длина, мм4560
Ширина, мм2140
Высота, мм20802160
Клиренс, мм380
ВООРУЖЕНИЕ два 7,71-мм пулемета Vickers в отдельных башнях одна пушка 47-мм (QF2 3-pdr Gun) и один 7,71-мм пулемет Vickers в башне
БОЕКОМПЛЕКТ 6000 патронов 49-50 бронебойных и осколочно-фугасных снарядов, 4000-6000 патронов
ПРИБОРЫ ПРИЦЕЛИВАНИЯоптические прицелытелескопический прицел
БРОНИРОВАНИЕ лоб корпуса (верх) - 8 мм
лоб корпуса (низ) - 12,7 мм
лоб рубки - 5 мм
борт корпуса - 12,7 мм
корма корпуса (верх) - 8 мм
корма корпуса (низ) - 12,7 мм
башня - 12,7 мм
маска орудия - 12,7 мм
крыша - 5 мм
днище - 5 мм
лоб корпуса - 17,5 мм
лоб рубки - 5 мм
борт корпуса - 12,7 мм
корма корпуса (верх) - 8 мм
корма корпуса (низ) - 12,7 мм
башня - 12,7 мм
маска орудия - 12,7 мм
крыша - 5 мм
днище - 5 мм
ДВИГАТЕЛЬArmstrong-Siddeley "Puma", бензиновый, 4-цилиндровый, мощностью 91,5 л.с.
ТРАНСМИССИЯмеханического типа: однодисковое сцепление, барабанные тормоза, дифференциал, ручная КПП
ХОДОВАЯ ЧАСТЬ(на один борт) 8 опорных катков сблокированных попарно (подвеска на горизонтальных рессорах), 4 поддерживающих ролика, переднее ведущее и заднее направляющее колесо, мелкозвенчатая металлическая гусеница с шириной трака 230\290 мм
СКОРОСТЬ35 км\ по шоссе
ЗАПАС ХОДА 160 км (по шоссе)
90 км (по проселку)
ПРЕОДОЛЕВАЕМЫЕ ПРЕПЯТСТВИЯ
Угол подъёма, град.37°
Высота стенки, м0,76
Глубина брода, м0,90
Ширина рва, м1,85
СРЕДСТВА СВЯЗИсигнальные флажкисигнальные флажки или радиостанция Marconi

ВНИМАНИЕ
Все права на текстовые материалы принадлежат администрации сайта Aviarmor.
Перепечатка и использование возможны только с письменного разрешения администрации
или при наличии активной ссылки на этот сайт.
©2016 www.aviarmor.net