БТ-7А

Легкий артиллерийский танк


Разработчик: КБ ХПЗ
Год начала работ: 1934
Год выпуска первого прототипа: 1935
Применялся во время Зимней войны 1939-1940 гг. и в начальном периоде Великой Отечественной войны в июне-июле 1941 г.


Хотя история артиллерийского танка БТ-7А неразрывно связана с историей “обычных” БТ, эта машина, всё же, заслуживает отдельного рассказа. Как уже упоминалось в статье о БТ-7, один из первых проектов предполагал наличие 76,2-мм короткоствольного орудия в башне новой конфигурации. Из имевшихся на то время артсистем такого калибра, пригодных для установки на танк, в серийном производстве существовали только КТ-28 и ПС-3. Последняя выглядела более перспективно, но её выпуск постоянно затягивался и в конечном итоге был отменен совсем. Можно было попробовать установить пушку Л-7, но ленинградский завод не справился с техническим заданием и её отправили на доработку. Так что, единственным подходящим вариантом оказалась КТ-28, но при вместо неё можно было установить стандартную 45-мм пушку 20К.


Первый опытный образец БТ-7 сдали к 1 мая, второй – к 7 ноября 1934 года. На этих танках была установлена оригинальная по конструкции башня в форме эллипса со скошенной крышей. В нише башни размещалась укладка барабанного типа на 18 снарядов и радиостанция. Справа от пушки размещался пулемет ДТ в шаровой установке. Ещё один ДТ устанавливался в лобовом листе корпуса в качестве курсового. После того, как обе машине прошли полный испытательный цикл, были подведены неутешительные итоги. В варианте с 76,2-мм пушкой боевое отделение оказалось слишком тесным даже для экипажа из 3-х человек, боезапас был явно недостаточным, масса танка существенно увеличилась. После недолгих раздумий для серийной постройки была выбрана модификация с 45-мм пушкой и башней от БТ-5 – в таком виде серийные БТ-7 просуществовали на конвейере до 1937 г.

Работы по усилению вооружения на некоторое время приостановили, но осенью 1934 года, после начала испытаний артиллерийского танка Т-26-4, было принято решение установить на БТ-7 аналогичную башню с пушкой КТ-28.

Башня изготовлялась методом сварки и имела форму цилиндра с овальной нишей сзади. Её корпус состоял из двух полугруглых листов, крыши и ниши. Стыки листов с наружной стороны защищались броневыми накладками. Передний лист имел большой вырез под установку пушки, две смотровые щели и два круглых отверстия для стрельбы из револьвера. С правой стороны выреза был приварен цилиндр, в дно которого устанавливалось яблоко для монтажа пулемета. Посадка командира танка и заряжающего осуществлялась через люк посреди крыши. В передней части крыши предусмотрели отверстия для командирской панорамы, флажковой сигнализации, вентилятора и перископического прицела. Перед установкой на БТ-7 в конструкцию башни внесли несколько изменений, усилив крышу, доработав башенный погон и предусмотрев установку кормового пулемета.

Боекомплект машины состоял из 50 выстрелов и 3339 патронов к пулеметам ДТ. Наведение орудия на цель осуществлялось как с помощью телескопического прицела ТОП, так и с помощью перископического прицела ПТ-1.


Первый опытный образец “артиллерийского” БТ, который получил обозначение БТ-7А, поступил на испытания на полигон ХПЗ в середине октября 1935 г. В целом, танк зарекомендовал себя с хорошей стороны: ходовые характеристики остались практически на уровне серийного БТ-7, а огневая мощь увеличилась. За время испытаний было произведено 197 выстрелов. В протоколе по результатам заводских испытаний представителем 5-го отдела АБТУ майором Сакс была отмечена “необходимость удлинения брони маски пушки вниз на 30 мм” для уменьшения зазора между корпусом и башней. Впрочем, проблема вооружения танков БТ более мощным орудием этим не решалась и здесь не лишним было бы напомнить об истории пушки КТ-28 (“Кировская танковая”).

Эта артсистема проектировалась для танка Т-28 на базе полковой пушки образца 1927 года. Вполне естественно, что для этого потребовалось внести серию серьёзных доработок. Так, длину отката сократили с 1000 до 500 мм, количество жидкости в накатнике увеличили с 3,6 до 4,8 литров, толщину стенок салазок довели до 8 мм, а также ввели новый подъёмный механизм, ножной спуск и новые прицельные приспособления, удовлетворяющие условиям работы танкового экипажа. При длине ствола 16,5 калибров начальная скорость 7-кг осколочно-фугасного снаряда составляла 262 м\с, шрапнельный 6,5-кг снаряд вылетал со скоростью 381 м\с. При таких характеристиках борьба с танками противника (за исключением самых легких) была весьма затруднительна, но КТ-28 вполне годилась для разрушения ДОТов и борьбы с пехотой. Собственно, именно по этим причинам КТ-28 рассматривали в качестве временной меры до появления в серийном производстве более мощных артсистем, но как мы знаем, этого не произошло и пушка Кировского завода устанавливалась на все тяжелые танки Т-35 и большую часть средних Т-28.


С танком БТ-7А история несколько затянулась. Вначале предполагалось, что артиллерийские танки поступил на вооружение в 1935 году, но из-за происшествия с опытным образцом Т-26-4 (разрыв снаряда в стволе) серийное производство отложили почти на три года. Лишь 31 августа 1937 г. была выпущена головная серия, предназначавшая, по большей части, для проведения войсковых испытаний. Поскольку мнение военных о БТ-7А было положительным на Харьковском паровозостроительном заводе организовали массовый выпуск и к моменту завершения производства 10 января 1938 года было собрано 155 машин.

Тем не менее, в военная приёмка приняла 122 танка, так как остальные находились в ожидании орудий КТ-28, выпуск которых прекращался. За весь 1938 год удалось получить только 10 пушек, что довело количество принятых машин до 132. Судьба остальных невооруженных БТ-7А не ясна. Скорее всего, их переделали в обычные БТ-7.


После прекращения работ по ПС-3 и КТ-28 следующим шагом стало создание полуавтоматического танкового орудия Л-10, разработанное группой инженеров под руководством С.Малахова. Его проектирование было начато ещё в 1935 г., но силу различных причин до начала серийного производства прошло чуть меньше трех лет. Как и в случае с КТ-28, пушка Малахова не отличилась высокими характеристиками и была принята на вооружение РККА только как временная мера. Тем не менее, это совсем не помешало перевооружить Л-10 большинство средних танков Т-28. Был даже поднят вопрос об оснащении этим типом орудия тяжелых Т-35, но из-за отсутствия существенных преимуществ перед КТ-28 от этой идеи быстро отказались. Видя, что ситуация не улучшается, АБТУ РККА выдало ЛКЗ в начале 1938 г. новое задание на разработку танковой пушки. Здесь снова решили пойти по пути наименьшего сопротивления, взяв за основу Л-10 с увеличенной длиной ствола и усиленным казенником. Полученное таким образом орудие Л-11 сохранило почти все недостатки предшественника: низкую поражающую способность, использование “полкового” выстрела и т.д.

В апреле 1938 г. Л-11 рекомендовали в серийное производство с учетом, что выявленные недостатки будут устранены. Перед этим, были проведены испытания на танках Т-28 и БТ-7А, для которых это орудие и предназначалось. Впрочем, едва успев начаться, новый виток перевооружения Т-28 завершился очередными неприятностями. На войсковых маневрах 1939 г. выявился один из самых неприятных дефектов Л-11. Дело в том, что объём тормоза отката этого орудия был связан через отверстие с атмосферным воздухом, а при активных манипуляциях это отверстие перекрывалось, что приводило к вскипанию жидкости и разрыву тормозного цилиндра. С таким дефектом все танки, оснащенные Л-11, считаться боеспособными не могли. В дальнейшем в конструкцию пушки ввели резервное отверстие, но основной массы проблем это не решило. Что касается оснащение танков БТ-7А новым видом пушки, то здесь работы были прекращены уже на начальной стадии и опытный образец так и остался в единственном экземпляре.

Намного более удачным мог оказаться вариант с пушкой Ф-32. Данное орудие было разработано в ОКБ-92 под руководством Грабина, который использовал в своём проекте качающуюся часть дивизионной пушки Ф-22 образца 1936 г. с укороченным стволом. При сравнении Л-11 и Ф-32 выяснилось, что грабинская пушка имеет более низкую стоимость, при высокой надежности, скорострельности, и хороших баллистических показателях. При её производстве использовались недефицитные материалы, а совместимость многих узлов с пушкой Ф-22 позволяло быстро наладить серийное производство Ф-32. Испытания, проведенные также на БТ-7А, полностью подтвердили эти выводы. Пушка устанавливалась в стандартной "артиллерийской" башне, но ствол Ф-32 изготовлялся из высоколегированной стали, а длина отката составляла всего 30 см. После пересмотра полученных данных пушка Грабина была принята на вооружение в январе 1940 г. и, спустя несколько месяцев, началась её установка на танки новых типов. С БТ-7А в этом случае ситуация прояснилась довольно быстро. От переоснащения старых танков новыми орудиями отказались в пользу реализации проектов более мощных специализированных САУ и штурмовых танков.


Поскольку выпуск артиллерийских танков БТ-7А сильно затянулся в строевые части они попали достаточно поздно. Например, к 29 января 1938 года в составе 45-го механизированного корпуса насчитывалось 13 радийных и 11 линейных БТ-7А, что равнялось их штатной численности. Вероятно, артиллерийские танки распределили между двумя механизированными бригадами (133-й и 134-й) – в каждой по 12 танков, соответственно, каждый из трех танковых батальонов имел по 4 машины в роте сопровождения. К июлю 1938 года 27 артиллерийских танков находились в распоряжении Ленинградского военного округа (ЛВО) и ещё 3 отправили в Приволжский округ. Кроме того, к сентябрю 1939 года 17 БТ-7А числилось за Белорусским военным округом и 4 были в составе 2-й армии. Впоследствии, после начала формирования механизированных корпус нового состава, многие БТ-7А “кочевали” по округам, не раз меняя место службы.

Часть танков отправили также на Дальний Восток, где на 1 сентября 1940 года имелось 28 машин, входивших в состав 8-й и 31-й кавалерийских дивизий (по 4 единицы), а также в 48-й легкотанковой бригаде (16 единиц). Ещё четыре БТ-7А было придано другим подразделениям. Позднее, когда на основе 48-й лтбр начало формирование 58-й танковой дивизии, в неё включили и БТ-7А, но в октябре 1941 года, при переформировании по июльским штатам, количество артиллерийских танков сократилось до 10. Дальнейшая их судьба неизвестна.

В процессе производства и эксплуатации некоторое количество БТ-7А переделали в “радийные” путем установки радиостанции 71ТК-3 с поручневой антенной на башне, при этом боекомплект уменьшался до 40 выстрелов и 2016 патронов. Всего армия получила 11 “радийных” танков БТ-7А. В ряде случаев на крыше башни монтировалась зенитная установка с 7,62-мм пулеметом ДТ.


Несмотря на свою немногочисленность танки БТ-7А приняли участие практически во всех конфликтах, которые Советский Союз вёл в 1939-1940 гг. Наиболее полно раскрыть их потенциал удалось во время Зимней войны. В период с 30 ноября 1939 г. по 13 марта 1940 года шесть артиллерийских танков из состава 1-й лтбр активно использовались для огневой поддержки наступающих танков и пехоты, а также для стрельбы по ДОТам финнов и контрбатарейной борьбы. Интересно, что все 6 машин в ходе боёв получили боевые повреждения (4 повреждены артиллерией и 2 подорвалось на фугасах), но все они были отремонтированы и вновь возвращены в действующую армию.

По состоянию на 15 сентября 1940 года распределение танков БТ-7А по остальным военным округам сложилось следующим образом (дробное число – количество на 1 июня 1941 г.):


Приволжский ВО – 2\2

Западный ОВО – 2\2

Киевский ОВО – 17\31 (к 1 мая 1941 года 2 находилось в составе 8-й тд 4-го мк и 4 в 12-й тд 8-го мк)

Прибалтийский ВО – 21\20 (13 “линейных” и 8 “радийных”)

Ленинградский ВО – 12\12

Московский ВО – 3\3

Забайкальский ВО – 19\19

Орловский ВО – 5 (на 15 августа, из них 2 – в составе Орловского бронетанкового училища)

Дальневосточный Фронт – 24\28


Таким образом, общее число БТ-7А после трех лет эксплуатации практически не уменьшилось и составило 117 танков, правда, далеко не все из них находились в технически исправном состоянии. Точное количество танков БТ-7А, находившихся в приграничных округах накануне войны с Германией, сейчас вряд ли удастся. По последним данным, в составе Западного ОВО имелось всего два “артиллерийских” БТ, принадлежавших 8-му механизированному корпусу. Обе машины были потеряны в первые дни войны (22-25 июня): первый из них был подбит между Бельском и Белостоком, второй БТ-7А потеряли в где-то в Западной Белоруссии.


Информации о других танках этого типа, принимавших участие в летних боях 1941 года, сохранилось крайне мало. К примеру, 12-й мехкорпус на 19 июня располагал 13 “радийными” и 2 “линейными” БТ-7А, которые числились за 28-й танковой дивизией. Это соединение уникально тем, что кроме штатных БТ и Т-26 в его состав входило 42 танка Vickers M1934 и М1936, шесть FIAT 3000, 13 танкеток TKS и шесть совсем древних Renault FT-17. Последние достались в “наследство” от латвийской армии и использовались как учебные. Танков новых типов (Т-34 и КВ) корпус не имел вообще.

В первом бою, вечером 23 июня, группа из 17 танков под командованием командира 28-й тд майора Б.П.Попова, вступила в ожесточенное сражение с частями немецкой 1-й танковой дивизии, ударив её во фланг. Атака была поддержана второй группой из 23 танков, в результате чего противник был отброшен на 5 км, а советские части смогли восстановить контроль над участком дороги Калтиненай – Расейняй. Противник понёс тяжелые потери (14 танков, 20 орудий и до батальона пехоты), однако этот успех был омрачен гибелью командира группы и потерей 13 собственных машин. Следующим утром в наступление пошли основные силы 28-й тд (130 танков), пытаясь выбить немцев из района Карленай, Полугуе, Ужвентис. После ожесточенного 4-часового боя советским танкистам удалось уничтожить несколько артиллерийских батарей противника и взять много пленных, но и собственные потери оказались почти катастрофическими. Только во время утреннего боя дивизия лишилась 48 танков, а к 15:00 это число выросло до 84!

К концу дня дивизия ( в ней осталось всего 40 танков, а также штаб дивизии, разведывательный батальон, остатки 55-го и 56-го танковых полков) начала отход в северном направлении и в период до 7 июля вела оборонительные бои на Западной Двине. В итоге, из 236 танков, имевшихся на начало войны, дивизия потеряла 201, включая все БТ-7А.


В это же время вступили в бой артиллерийские танки 1-го мехкорпуса ЛВО. Во время контрудара 7-8 июля части 3-й танковой дивизии, пытавшиеся задержать наступление противника на Псков, провела в районе н\п районе Череха, Песчанка, Вольнево, Крякуша крупное танковое сражение. Силы были явно не равны – с советской стороны участвовало около 100 танков (включая несколько КВ-1), с немецкой – около 200 различных типов, в основном Pz.II и Pz.III, при сильной поддержке противотанковой и тяжелой артиллерии. Бой закончился только в 22 часа, причем в конце его, советские танки были обстреляны неизвестным веществом (иприт или газы), в результате чего танкисты вынуждены были надеть противогазы и противоипритные накидки и находиться в них до 5 часов утра 8 июля. Соотношение потерь оказалось примерно равным, но поле боя осталось за немцами. В числе почти 70 потерянных советских танков было восемь БТ-7А.

Танки, находившиеся в Киевском особом военном округе, по всей видимости, были потеряны в боях на левобережной Украине. По крайней мере, к моменту выхода немецких частей к Киеву данных о БТ-7А не имеется.

На сегодняшний день на одного танка БТ-7А не сохранилось.



Источники:
М.Свирин. "Броневой щит Сталина. История советского танка 1937-43 гг." Изд."Яуза", "Эксмо". 2006 г. М.Барятинский "Советские танки в бою.От Т-26 до ИС-2". ЯУЗА\ЭКСМО. Москва. 2007. М.Барятинский, М.Коломиец. Бронеколлекция МК. Выпуск №5.1996. “Легкий танк БТ-7”
М.В.Павлов, И.Г.Желтов, И.В.Павлов "Танки БТ", Москва. Экспринт, 2001
Сайт Мехкорпус - БТ-7А
М.Коломиец “ТАНКИ В ЗИМНЕЙ ВОЙНЕ 1939-1940”. Альманах Фронтовая иллюстрация №3.2001
"Полная энциклопедия танков мира 1915-2000". сост.Г.Л.Холявский. Харвест.Минск\АСТ.Москва. 1998 г.

Чертежи артиллерийского танка БТ-7А обр.1935 г.
Проект артиллерийского танка БТ-7А с пушкой Л-10
Проекции опытного артиллерийского танка БТ-7А с пушкой Л-11
Проекции опытного артиллерийского танка БТ-7А с пушкой Ф-32


ТАКТИКО-ТЕХНИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ ЛЕГКОГО АРТИЛЛЕРИЙСКОГО ТАНКА
БТ-7А обр.1937 г.

БОЕВАЯ МАССА13500 кг
ЭКИПАЖ, чел.3
ГАБАРИТНЫЕ РАЗМЕРЫ
Длина, мм5660
Ширина, мм2230
Высота, мм2417
Клиренс, мм400
ВООРУЖЕНИЕодна 76,2-мм пушка КТ-28 и два 7,62-мм пулемета ДТ
БОЕКОМПЛЕКТ50 снарядов и 3339 патронов
ПРИБОРЫ ПРИЦЕЛИВАНИЯтелескопический прицел ТОП и панорамный ТП-1
БРОНИРОВАНИЕ лоб корпуса – 20 мм
борт корпуса – 10 мм
корма корпуса – 10 мм
башня – 15 мм
маска пушки - 30 мм
крыша – 10 мм
днище – 6 мм
ДВИГАТЕЛЬМ-17Т, бензиновый, мощностью 400 л.с.
ТРАНСМИССИЯмеханического типа: четырехступенчатая коробка передач, два бортовых фрикциона и два однорядных бортовых редуктора
ХОДОВАЯ ЧАСТЬ(на один борт) 4 опорных катка с приводом на задний и двумя поворотными катками, переднее направляющее и заднее ведущее колесо, крупнозвенчатая гусеница со стальными траками
СКОРОСТЬ 86 км\ч на колесах
62 км\ч на гусеницах
ЗАПАС ХОДА ПО ШОССЕ 250 км (на гусеницах)
500 км (на колесах)
ПРЕОДОЛЕВАЕМЫЕ ПРЕПЯТСТВИЯ
Угол подъёма, град.?
Высота стенки, м0,75
Глубина брода, м1,20
Ширина рва, м2,00
СРЕДСТВА СВЯЗИрадиостанция 71ТК-1 с пручневой антенной (только на командирских танках)

ВНИМАНИЕ
Все права на текстовые материалы принадлежат администрации сайта Aviarmor. Перепечатка и использование возможны только с письменного разрешения администрации
или при наличии активной ссылки на этот сайт. ©2013 www.aviarmor.net