Т-20 “Комсомолец”

Артиллерийский бронированный тягач


Разработчик: КБ Астрова
Год начала работ: 1936
Год выпуска первого прототипа: 1937
Тягачи Т-20 использовались до конца Второй Мировой войны в том числе и в качестве легких танков


Предыстория артиллерийских тягачей РККА
1928-1935 гг.


История бронетанковой техники РККА в предвоенный период изобиловала весьма спорными и трудными моментами, в той или иной степени повлиявших на развитие танков и бронемашин, обладая которыми СССР пришлось вступить в войну с Германией. Конечно, спустя 80 лет можно бесконечно долго спорить о том, нужно ли было строить танки Т-35 или насколько хорошей машиной был Т-34 первых лет выпуска. В любом случае бесспорным остается только один факт – Автобронетанковое Управление (АБТУ) РККА уделяло вспомогательным машинам, таким как тягачи и бронетранспортеры, второстепенное внимание. В результате этого, на начальном этапе войны подвоз боеприпасов к переднему краю фронта проводился на обычных грузовиках, а расчеты орудий в буквальном смысле таскали на руках свои “сорокопятки” и “полковушки”. Для примера, солдаты немецкой и американской армий таких проблем почти не испытывали, так как у них в арсенале имелась достаточно большая номенклатура различных бронетранспортеров. Однако, не стоит думать, что в Советском Союзе этой темой не занимались вообще.


Для буксировки орудий в РККА, как и во многих других армиях мира, нашли себе широкое применение сельскохозяйственные трактора, Как правило, каждая дивизия или полк располагали небольшим количеством машин типа С-65, С-2 “Сталинец” или ХТЗ-НАТИ, обладавшими неплохими тяговыми характеристиками, но с низкой мобильностью, К тому же, они мало подходили для мелкокалиберной артиллерии, вроде 45-мм противотанковых орудий. Для таких артистсем требовалась более легкая бронированная машина, которая смогла бы сразу перевезти экипаж и боекомплект к огневой позиции под огнем противника.

Первой попыткой стало создание на шасси танка Т-16 “легкового (малого) трактора РККА”. В серию эта машина не пошла по причине низких тяговых характеристик (требовалось 3 тонны). А ведь для легкой полевой артиллерии тягач на базе Т-16 пришелся бы очень кстати. В качестве временного решения для этой цели использовали танкетки Т-27, снятые с эксплуатации строевых частей.

Более удачной попыткой стало создание в 1935 году специализированного тягача-транспортера “Пионер”, разработку которого занималось КБ под руководством А.С.Щеглова. В качестве исходного образца был взят британский тягач фирмы Vickers, от которого позаимствовали схему ходовой части. Советский аналог получил часть конструктивных элементов от легкого танка Т-37А и автомобильный двигатель Форд-АА. Машина получилась неплохой, но слишком тесной и минимальным бронированием корпуса. Таким образом, АБТУ эта машина не устроила и сразу после начала серийного производства “Пионеру” стали искать замену.


От “Пионера” к “Комсомольцу”
1935-1937 гг.


Проектированием нового артиллерийского тягача теперь занялось КБ НАТИ под руководством Н.А.Астрова. Используя опыт, накопленный при создании плавающих танков Т-37А и Т-38, “астровцы” предложили проект на качественно новом уровне, предусмотрев полное бронирование кабины механика-водителя и командира-стрелка.


Ходовая часть опытного образца тягача, получившего заводской индекс “0-20” (А-20), как и на “Пионере” получила в целях унификации часть элементов от плавающего танка. Применительно на один борт она состояла из двух тележек с двумя обрезиненными опорными катками каждая, двух поддерживающих роликов, ведущего колеса переднего расположения (зацепление гребневое) и мелкозвенчатой гусеничной цепью с 79 стальными одногребневыми траками шириной 200 мм. Тележки опорных катков, полученные от танка Т-37А, оснащались амортизацией на листовых рессорах и крепились к корпусу на отдельных балансирах. Задний (пятый) опорный каток также выполнял роль направляющего колеса. Для защиты от грязи по бортам крепилось по два металлических щитка.


Корпус танка, собираемый конструктивно делился на три части. Спереди размещалась трансмиссия, состоявшая из следующих компонентов: однодисковый главный фрикцион сухого трения, четырехступенчатая коробка передач, обеспечивавшая четыре передачи вперед и одну передачу заднего хода, одноходовой демультипликатор для получения прямой или замедленной передач, коническая главная передача, два многодисковых сухих бортовых фрикциона с ленточными тормозами с накладками из ферродо и два бортовых одноступенчатых редуктора. Главный фрикцион, коробка передач и коническая главная передача были заимствованы у грузового автомобиля ГАЗ-АА..

Далее располагалось отделение управления, защищенное бронированной надстройкой. Место водителя находилось с левого борта. С правого борта находилось место командира машины, который также выполнял обязанности пулеметчика. Единственный пулемет ДТ калибра 7,62-мм размещался в шаровой установке справа и имел небольшой сектор обстрела, являясь скорее курсовым. Патронные ящики, рассчитанные на 1008 патронов, размещались на двух стеллажах. Один стеллаж на 6 дисков находился сзади сидения водителя. Второй, на три диска – справа от стрелка. Ещё шесть дисков укладывались в специальных станках, а последний 16-й сразу устанавливался на пулемет.

Для обзора использовались люки в лобовом и бортовом бронелистах надстройки, в крышках которых имели смотровые щели защищенные бронестеклами. В крыше надстройки были выполнены два прямоугольных люка для высадки и посадки экипажа. В открытом положении они удерживались фиксаторами-крючками, а в закрытом запирались “задрайками”.


Моторное отделение располагалось в средней части корпуса. Здесь устанавливался 4-цилинровый бензиновый двигатель ММ-6002 (доработанный ГАЗ-М) мощностью 50 л.с., оснащенный жидкостной системой охлаждения, с карбюратором "Зенит", экономайзером и обогатителем. Воздух для системы охлаждения первоначально забирался вентилятором через боковые воздухозаборники над гусеницами, что при движении в сухую погоду вызывало загрязнение двигателя и его быстрый износ. Отдельный люк под выход охлаждающего воздуха, сделанное в кормовом бронелисте, на прототипе и машинах 1-й серии прикрывалось бронированными жалюзи. Максимальная емкость двух топливных баков составляла 121,7 литра, причем на основной приходилось 115 литров, а дополнительный вмещал до 6,7 литра горючего. Моторный отсек закрывался броневым капотом с откидными крышками. Пуск двигателя осуществлялся с помощью электростартера МАФ-4006 мощностью 0,8 - 0,9 л.с. (0,6 - 0,7 кВт) или от заводной рукоятки. В системе зажигания применялась бобина ИГ-4085 и прерыватель-распределитель ИГФ-4003. Общая емкость двух топливных баков составляла 122 л. Запас хода по шоссе достигал 150 км.


Грузовое отделение размещалось над двигателем за броневой перегородкой. Как и на “Пионере” его разделили на две секции с трехместными сидениями, каждая из которых закрывалась бронированными крышками. Инженерами был предусмотрен следующий вариант их использования. Будучи повернутыми наружу, сидения образовывали своими спинками борта грузовой платформы для перевозки боезапаса и артиллерийского снаряжения. При перевозке артиллеристы размещались спинами друг к другу, в габаритах тягача. В ненастную погоду при длительных маршах мог устанавливаться закрытый тент с окошками, при этом высота машины увеличивалась до 2,23 м. В днище корпуса было сделано 6 круглых люков закрываемых лючками с прорезиненными прослойками. Люки располагались под спускными пробками картера двигателя, коробки передач, демультипликатора, главной передачи, топливного бака и радиатора.


Электрооборудование машины было выполнено по однопроводной схеме. Напряжение бортовой сети составляло 6 В. В качестве источников электроэнергии использовались аккумуляторная батарея ЗСТЭ-100 емкостью 100 А•ч и генератор ГБФ-4105 напряжением 6-8 В мощностью 60-80 Вт. Средства внешней и внутренней связи на машине не устанавливались.. Наружное освещение обеспечивалось двумя фарами, закрепленными на лобовом листе корпуса, и одним габаритным фонарем на кормовом бронелисте. В боевых условиях фары снимались и укладывались внутрь корпуса.


Бронирование корпуса было дифференцированным. Лобовые бронелисты, защищавшие трансмиссионный отсек и отделение управления, имели толщину по 10 мм. Борта и корма закрывались 7 мм бронёй. Практически все броневые листы соединялись на металлическом каркасе при помощи заклепок и болтов. От попадания снарядов 10-мм броня не спасала, но надежно защищала от пуль и осколков.


Испытания и серийное производство
1937-1941 гг.


Обсуждение проекта артиллерийского бронированного тягача А-20, которому впоследствии присвоили название “Комсомолец”, состоялось в ноябре 1936 года и практически сразу было принято решение о постройке прототипа. Испытания опытного образца проводились в период с августа по ноябрь 1937 года, сначала на заводском полигоне, а затем на полигоне НИБТ. Характеристики были получены следующие.

При движении по шоссе максимальная скорость А-20 доходила до 50 км\ч. С буксируемым 2-х тонным прицепом и полной массе 4100 кг скорость снижалась до 40 км\ч, а среднетехническая составляла 15-20 км\ч, в зависимости от типа покрытия дороги. На бездорожье скорость снижалась до 8-10 км\ч, но при этом А-20 мог двигаться с креном 40° и валить деревья диаметром 18 см. Максимальный преодолеваемый подъем с экипажем из двух человек и полной заправкой без прицепа доходил до 45°; при полной боевой массе и прицепе массой 2000 кг до 18°. Радиус разворота на месте составлял всего 2,4 м, что также оценивалось положительно, учитывая высокие требования к маневренности машины.. Тягач А-20 мог буксировать за собой прицеп грузоподъёмностью 2 тонны, но при включении замедленной передачи демультипликатора этот показатель возрастал до 3 тонн. Такие показатели вполне подходили под армейские требования.


Недостатков тоже набралось немало, что было следствием конструктивных особенностей машины. К примеру, использование в качестве направляющего колеса задний опорный каток отрицательно сказалось на маневренности А-20 – пришлось вводить полноценный ленивец. В экспериментальном порядке пробовали оснастить тягач бесшумной резинотросовой гусеницей с металлическими плицами (для большей бесшумности и плавности хода), но при движении она часто соскакивала и оказалась менее надежной, чем стальная. Впрочем, стандартная гусеница тоже не отличалась высокой выносливостью, а на снегу и льды бывали случаи пробуксовки. Кроме того, критические замечание были высказаны в адрес буксировочного приспособления и конструкции топливного бака, который на марше давал течь. Ещё одним неприятным моментом стал большой выброс грязи из-под гусениц тягача, ‘благодаря” чему буксируемое орудие приходилось приводить в порядок после марша в течении 2-х часов и то, при обязательном наличии воды..

Более существенные нарекания вызывал двигатель автомобильного типа, который для арттягача оказался слабоват. При длительных нагрузках (например, на многокилометровых маршах с орудием, передком к нему и расчетом) доработанный ГАЗ-М работал в предельном режиме выносливости и часто выходил из строя. При этом наблюдался износ шатунных подшипников, пробой прокладки головки, течи через сальники и другие неисправности. Другие замечания касались работы трансмиссии, у которой нередко происходило самовыключение передач.

Был ещё и другой момент. Большая часть артиллерийских систем, разработанных 10 и более лет назад, не была рассчитана на высокие скорости буксировки. Это не было “откровением” для руководства РККА, поскольку в годы Первой Мировой и Гражданской войн орудия буксировались исключительно на конной тяге с минимальной механизацией. Вот и получалось, что А-20 мог “таскать” 45-мм противотанковую пушку на скоростях до 40 км\ч, а знаменитую “полковушку” – только до 20 км\ч и то, по ровной дороге..

Выводы из этого были сделаны вполне правильные. С 1937-1938 гг. развернулись работы по созданию новых “скоростных” артсистем оснащенных лафетом с подрессориванием колес, но к 1941 году их было ещё очень мало.


На фоне этих показателей армейское руководство согласилось принять А-20 на вооружение, при условии проведения целого ряда доработок. Устранить все “детские болезни” в КБ Астрова не смогли, но от большей их части тягач всё же избавили. Тут надо отметить, что обозначение А-20 являлось чисто заводским и гораздо чаще в документации и фронтовых отчетах использовалось обозначение Т-20, хотя официально оно присваивалось только танкам. Чтобы не путаться в названиях, так как индекс А-20 также получил средний танк Харьковского завода, в дальнейшем будем использовать индекс Т-20, что не совсем правильно, но более привычно для широкого круга читателей.


Помимо установки приподнятого направляющего колеса (первые машины 1-й серии выпускались по старому бразцу) Т-20 получил гусеничные траки из марганцевой стали и съёмными шипами для них (по 16 на каждый борт, крепились болтами), а также провели ряд более мелких доработок. В дальнейшем, уже при серийном производстве, на Т-20 последних серий воздухозаборники были перенесены в зону между спинками сидений, где воздух было более чистым. Также ввели дублированное управление – второй комплект, за исключением КПП, установили на месте командира машины справа. Для предотвращения самовыключения передач ввели блокировочный механизм, который вместе с коробкой передач соединялся с демультипликатором посредством карданного вала (шарнира Гука).. Типичной внешней особенностей тягачей Т-20 первой серии была небольшая, немного выдвинутая вперед, рубка командира машины, где устанавливался пулемет ДТ. Правый бортовой лист выполнялся заодно с бортовым листом кабины. Слева от выреза было сделано отверстие для вентиляции отделения управления в боевых условиях. Для наблюдения из кабины имелись три откидных щитках со смотровыми щелями закрытыми бронестеклами. Серийные тягачи оснащались 76 стальными траками гусеничной цепи.


Тягачи со 2-й серии получили вместо откидных щитков смотровые приборы типа “триплекс”. Также как и на тягачах 1-й серии было сохранено отверстие в кормовом бронелисте, предназначавшееся для установки заводного механизма двигателя. Вместо броневых жалюзи, установленных на вырезе под выход охлаждающего воздуха, стали применять перекрывающие друг друга броневые пластины. Снаружи он также прикрывался металлической сеткой. Часто на кормовом листе корпуса справа крепили запасной опорный каток.


На машинах 3-й серии изменили тип смотрового прибора в лобовом листе корпуса – теперь он оснащался броневой заслонкой. Стандартным стал резиновый амортизатор буксировочного крюка в виде резиновых буферных колец, Отверстие под заводной механизм двигателя перенесли с кормового в нижний лобовой бронелист. Вместо него, на корме оставили отверстие под вывод выхлопной трубы и глушителя. Помимо бортовых воздуховодов, предназначенных для системы охлаждения двигателя, в лобовом листе корпуса был добавлен третий. В холодное время он обычно закрывался броневой заслонкой. Ёмкость дополнительного топливного бака была сокращена с 6,7 до 3 литров.

Ещё одной доработкой стало введение седьмого люка под днищем. Этот технологический вырез был введен для подтяжки коренных подшипников коленчатого вала без выемки его из корпуса, что на машинах 1-й и 2-й серий сделать было нельзя. Кроме того, боекомплект к пулемету ДТ увеличили с 1008 до 1071 патрона.


Производство тягачей Т-20 развернули с декабря 1937 года на заводе №37, где также изготовлялись плавающие такни Т-38 и комплектующие к ним, а также на спецпроизводствах СТЗ и ГАЗ. Благодаря простой конструкции и унификации отдельных её элементов выпуск готовой продукции проходил высокими темпами. В результате получилась очень интересная ситуация – на 1 января 1941 года заказчик в лице РККА принял 4401 машину трех серий ((20,5% парка специальных тягачей)), при по положенных по штату 2810. Далее, к 22 июня 1941 года общее количество тягачей составляло уже 6700 единиц.. Машина оказалась простой в эксплуатации и надежной в техническом плане. Выпуск Т-20 мог продолжаться значительно дольше, если бы не начавшаяся война с Германией. Уже в июле завод №37 нагрузили заказами на легкие танки Т-40, а затем на Т-30 и Т-60. Сборка артиллерийских тягачей снова оказалась менее приоритетной задачей и с августа “Комсомольцы’ больше не выпускались. До этого времени удалось собрать 7780 машин, абсолютно большая часть из которых попала на фронт.


Модификации и варианты
1939-1944 гг.


Что бы там не говорили, артиллерийский бронированный тягач Т-20 получился удачной машиной. По сумме основных показателей он был не хуже британских “Carrier” и отчасти превосходил французские Renault UE2. Таким образом, появление этой машины породило целую серию модификаций, часть из которых имела чисто военное применение.


В 1939 году конструкторским коллективом завода №37 под руководством Г.С.Суреняна была проведена разработка и постройка двух опытных бронированных тягачей ЛТ-1 и ЛТ-2, которые в ближайшем будущем могли заменить на конвейере Т-20. Главным направлением работ по модернизации стала ещё большая унификация конструкции с автомобильными узлами и установка более мощных двигателей, что должно было привести к увеличению тяговой мощности. Оба варианта тягачей типа ЛТ сохраняли от автомобиля ГАЗ-ММ такие компоненты как ведущие звездочки, кабину и платформу. Различие между ними состояло лишь в том, что ЛТ-1 оснащался стандартным двигателем ГАЗ-М, а ЛТ-2 получил ГАЗ-11 мощностью 78 л.с. Подробности испытаний этих машин отсутствуют, но при этом часто отмечается, что тягачи ЛТ могли буксировать дивизионную и зенитную артиллерию. На вооружение РККА они не принимались в виду “несоответствия требованиям”.


Далее, в 1940 году, начались работы по созданию небронированного варианта тягача Т-20, получившего обозначение ГАЗ-20 (позднее к нему прибавили название “Комсомолец-2”). Ведущими конструкторами по этой машин назначили Н.И.Дьячкова и С.Б.Михайлова, разработкой агрегатов занимались инженеры С.А.Соловьев, И.Г.Сторожко, а тестировал ГАЗ-20 испытатель А.Ф.Хмелевский. Тягач оснащался двигателем ГАЗ-м мощностью 60 л.с. Как и в случае с тягачами ЛТ приводятся лишь общие фразы о том, что ГАЗ-20 мог использоваться для тех же функций, что его бронированный аналог. На оснащение частей РККА он также не принимался.

С осени 1941 года работы по модернизации Т-20 прекратили, однако это не помешало коллективу завода №37 предложил существенно обновленную версию тягача. За основу предполагалось взять ходовую часть от легкого танка Т-40, вместе с опорными катками и торсионной подвеской. Надо полагать, бронирование также могло остаться на уровне танка – то есть, до 16 мм. Проект, получивший обозначение ГАЗ-22 (или Т-22), получил одобрение, но до реализации не доводился.


Последняя попытка использовать задел по Т-20 была предпринята в 1944 году, когда на заводе №40 появился проект легкого полубронированного тягача АТП-1. Его основным предназначением была буксировка противотанковых орудий. Достаточно привести в пример 100-мм ПТО типа БС-3, обладавшее большой по тем временам бронепробиваемостью, но из-за большой массы оснащенной сдвоенными колесами. К тому же, для самообороны тягач оснащался курсовым пулеметом ДТ. Так что, появление АТП-1 могло избавить артиллеристов от многих проблем. Проект был подробно изучен и даже одобрен, однако в связи получением заводом №40 большого заказа на тягачи Я-12 и Я-13Ф от изготовления опытного образца АТП-1 отказались. После войны к этому проекту не возвращались, так что вплоть до появления известного АТ-П легких специализированных тягачей отечественного производства Красная Армия так и не получила.


Гораздо интереснее сложилась судьба боевых вариантов, а именно – телемеханической группы ТУ-20\ТТ-20, звуковещательной станции и противотанковой самоходной артиллерийской установки ЗиС-30.


Эксперименты с дистанционно управляемой техникой в Советском Союзе начале проводить за 10 лет до начала войны и в течении этого времени инженеры добились значительных успехов. Самым удачным был признан вариант с использованием танков Т-26, но также существовали телемеханические группы на базе танков БТ-7 и Т-38. В конце 1939 года настала очередь тягача Т-20.

Группа состояла из двух элементов – телетрактора и машины управления. Основным назначением управляемой машины ТТ-20 стала разведка, вскрытие системы противотанковой обороны и транспортировка подрывного заряда для уничтожений ДОТов противника. Установленная на неё аппаратура “Гроза”, разработанная в НИИ-20 Наркомата авиационной промышленности в 1939 году, позволяла управлять телетрактором на дистанции до 2500 метров при максимальной продолжительности управления до 4-6 часов (в зависимости от условий). Электропневматическая система управления снабжалась баллонами со сжатым воздухом ёмкостью 13,5 литров. Вне зависимости от варианта применения телетрактор оснащался курсовым пулеметом ДТ с одним диском на 63 патрона, огнеметом КС-61Т с баллонами огнесмеси ёмкостью 45 литров (что позволяло сделать 15-16 выстрелов на дальность 28-40 метров) и заряды взрывчатого вещества. Кроме огнеметания оборудование КС-61Т могло использоваться для распыления отравляющих веществ или постановки дымовых завес. Для этого в кормовой части телетрактора устанавливалась специальная трубка-распылитель. При благоприятных условиях плотность распыления ОВ составляла 25-30 г\м, а длина непросматриваемой дымовой завесы – до 175 метров. Рассматривался также вариант оснащение телетрактора огнеметом КС-25 и дистанционно управляемым пулеметом ДТ.

ашина управления ТУ-20 была аналогична серийному тягачу за исключением специального оборудования, позволявшего выполнять три группы команд:

1-я группа – команды управления движением: пуск двигателя, торможение машины, увеличение оборотов коленчатого вала двигателя, поворот влево, поворот вправо, переключение передач;

2-я группа – команды управления вооружением: подготовка к стрельбе, стрельба из пулемета, стрельба из огнемета;

3-я группа – команды по управлению самоликвидацией: подготовка к взрыву заряда, подрыв заряда, отмена подрыва заряда.

В общей сложности аппаратура “Гроза” позволяла выполнить не менее 12 команд (на легких танках – до 15), что очень неплохо даже по современным меркам.


Электропитание обоих машин было выполнено по однопроводной схеме с напряжением в бортовой сети 12 Вольт. Источниками энергии служили: аккумуляторная батарея 6СТ-128 ёмкостью 128 А\ч, генератор Г-43 для телетрактора и ДСФ-500 для машины управления. По массогабаритным характеристикамТТ-20 и ТУ-20 не отличались от серийного тягача “Комсомолец”, причем телетрактор весил 3640 кг, а машина управления всего 3660 кг. Установка оборудования на тягач занимала 66 часов, а демонтаж проходил за 15 часов.

Испытания телемеханической группы на базе Т-20 прошли в августе-сентябре 1940 года без особых нареканий, однако сама идея использования легкобронированной техники на передней линии фронта очень скоро была отклонена. Причиной этому послужила боевые действия телемеханических батальонов на Карельском перешейке зимой 1940 года. Тонкое бронирование дистанционно управляемых танков ТТ-26 привело к неоправданно высоким потерям при минимальной эффективности. Таким образом, без дополнительного бронирования телетрактор был непригоден для вскрытия позиций ПТО (либо пригоден как одноразовый вариант) и несения зарядов взрывчатых веществ. Использовать ТУ-20 даже для целей разведки было затруднительно, поскольку на больших дистанциях оператор не видел окружающую машину обстановку. В результате, осенью того же года работы по телемеханической группе ТТ-20\ТУ-20 полностью закрыли.


Не менее интересными были опыты со звуковещательными станциями. Особенность их применения заключалась не в вещании пропаганды, а в дезинформации противника посредством шумов, имитирующих звук двигателей танков, самолётов или строительств инженерных сооружений. Записи необходимых звуков делались на целлулоидной пленке, а передача велась посредством микрофона и громкоговорителей.

Несколько образцов звуковой аппаратуры были изготовлены сотрудниками Ленинградского Института радиовещательного приёма и акустики в 1935-1939 гг. и впервые опробованы во время боёв на реке Халхин-Гол. Установки МГУ-1500, смонтированные на грузовиках ЗиС-5 и ЗиС-6, показали себя неплохо, но колесное шасси посчитали для них не подходящим. Так был предложен вариант установить громкоговорители на гусеничную бронетехнику, для чего был выбран тягач Т-20 и легкий танк Т-26.

В январе 1940 года звуковые установки были вновь отправлены к месту боевых действий. По две такие машины имелись в составе 7-й, 8-й и 13-й армий и ещё одна была приписана к 9-й армии. Сколько из них было на базе Т-26, а сколько на базе Т-20 сейчас сказать не представляется возможным. Вопреки начальному назначению “звуковещатели” чаще занимались, а передачей текстов, которых набралось аж 25 штук, хотя имели место случаи применения для дезинформацией противника. По результатам боевого применения был сделан вывод, что база Т-20 для этой цели не является оптимальной и более к данным работам не возвращались.


Последней, и в то же время самой известной модификацией, стала противотанковая самоходная установка ЗИС-30. Эта машина вполне заслуживает отдельной статьи, немного выходящей за рамки рассказа о тягаче, поэтому коснемся только основных моментов истории её появления и боевого применения.

После огромных потерь первых двух недель войны, когда в “котлах” на территории западных военных округов было полностью разгромлено шесть (3-й, 6-й, 8-й, 13-й, 14-й и 17-й) и частично ещё 10 механизированных корпусов, как никогда остро обозначилась проблема борьбы с танками противника. Довольно долго считалось, что на оснащении у Panzerwaffe находятся тяжелые танки с мощным бронированием – в качестве примера чаще всего приводили “рейнметалл” (Nb.Fz.VI) и “крупп” (Pz.Kpfw.VI), хотя в первом случае многобашенные танки на советско-германском фронте отсутствовали вообще, а “четверок” было не так много. Основными же танками вермахта были Pz.Kpfw.III и более старые Pz.Kpfw.II. Для борьбы с этими машинами на ближних и средних дистанциях вполне хватало даже танковых 45-мм пушек 20К, но сами танки иногда отсутствовали на важных участках фронта. В то же время, положение с буксируемой артиллерией было весьма посредственным, отчасти из-за того, что не хватало тягачей и тракторов. Так появилась идея совместить тягач и орудие.

Согласно постановлению от 1-го июля 1941 года трем различным заводам предстояло разработать и предъявить для испытаний сразу три самоходные артсистемы. Заводу №92 в Горьком выпало проектирование противотанковой САУ с использованием чрезвычайно мощного 57-мм орудия ЗИС-2. Спустя пару дней в проработке находилось уже три варианта: на базе трактора СТЗ-5 (от этого проекта отказались практически сразу), на базе грузовиков ГАЗ-ААА или ЗиС-5 и на базе тягача Т-20. В очень нелегкой борьбе победил последний вариант.

Первый прототип самоходного орудия поступил на испытания в конце июля 1941 года. Мнение военной комиссии было, мягко говоря, очень сдержанным, но ничего лучше промышленность тогда предложить не могла. Серийное производство ЗИС-30 наладили на том же заводе №92 и в период до середины октября 1941 года включительно успели выпустить 100 самоходок. Дальнейшая сборка была прекращена в виду завершения выпуска тягачей Т-20, а с ноября на фронт перестали поступать и орудия ЗИС-2 – их мощность оказалась избыточной.

Конструкция тягача Т-20 особых изменений не претерпела. Качающаяся часть 57-мм ПТО устанавливалась за надстройкой боевого отделения на П-образном коробчатом постаменте. Наводка орудия проводилась при помощи прицелов ПТП-1 или ОП2-55. Для защиты от пуль и осколков сохранялся стандартный бронещит. Возимый боекомплект составлял всего 20 выстрелов и 756 патронов. Верхний лобовой лист корпуса выполнялся съёмным, чтобы обеспечить доступ к агрегатам двигателя и трансмиссии. Для смягчения отдачи при выстреле на кормовом листе корпуса монтировались две сошки.

После установки орудия балансировка тягача нарушилась, что сильно повлияло на устойчивость САУ и проходимость по местности. Кроме того, стрельба могла вестись только с места. И всё же, самоходки ЗИС-30 с сентября 1941 года стали поступать на оснащение танковых бригад нового состава из расчета по 6 машин на каждую. Впрочем, количество самоходок могло варьироваться..

Боевое применение ЗИС-30 началось с октября 1941 года, в ходе ликвидации прорыва немецких частей под Вязьмой. К тому времени САУ успели поступить на оснащение по меньшей мере пяти танковых бригад и в течении следующего месяца практически все из них погибли в “Вяземском котле”. Пик боевого применения ЗИС-30 пришелся на ноябрь-декабрь 1941 года, когда этими машинами оснастили около 20 танковых бригад. Несмотря на невысокие ходовые качества противотанковые самоходки хорошо зарекомендовали себя не только в качестве средства борьбы с бронетехникой противника, но и как машины огневой поддержки пехоты. Из-за высоких потерь начального периода войны к апрелю 1942 года боеспособных самоходок ЗИС-30 осталось около двух десятков. Их эпизодически применяли на Западном фронте, а последние сведения об использовании противотанковых САУ на базе тягача Т-20 относятся к началу 1944 года.


Использование в боевых условиях
1938-1945 гг.


О первом факте использования тягачей Т-20 в боевых условиях точных данных найти пока не удалось. Чаще всего утверждается, что это произошло в ходе конфликта у озера Хасан, имевшего место в период с 28 июня по 11 августа 1938 года, однако в составе ОКДВА (Отдельной Краснознаменной Дальневосточной Армии) на то время тягачей Т-20 не числилось. Полевая артиллерия калибром до 76,2-мм транспортировалась при помощи тракторов “Коминтерн” или С-60, а также боеприпасы к орудиям подвозили на грузовых автомашинах. Впрочем, не исключено, что Т-20 могли находиться в составе стрелковых дивизий 39-го стрелкового корпуса и 2-й механизированной бригады.


Спустя год бронированные тягачи были привлечены для поддержки действий 57-го отдельного корпуса, подразделениям которого предстояло отразить японскую агрессию в районе реки Халхин-Гол и горы Баин-Цаган. Опять-таки, точные данные, касаемые численности Т-20 и их распределения среди частей 57-го корпуса отсутствуют. На земле Монголии тягачи эксплуатировались в составе 36-й моторизованной и 57-й стрелковой дивизии. Отмечается, что в течении долгого противостояния (с 11 мая по 16 сентября 1939 года) было потеряно всего 9 машин, без указания подробностей.


В ходе похода в Польшу, длившегося с 17 по 31 сентября 1939 года, бронированные тягачи непосредственного участия в боях не принимали, поскольку основная тяжесть легла на бронетанковые и стрелковые подразделения.


А вот во время войны с Финляндией события разворачивались совершенно иным образом. После провокации на финской границе советские войска утром 30-го ноября 1939 года вторглись на территорию соседней страны. Первые дни войны вроде бы не предвещали грядущих катастроф, пока наступление не начало “буксовать” из-за отвратительного снабжения и отсутствия взаимодействия между различными родами войск. Тяжелее всего пришлось войскам, действовавшим в Карелии. План по прорыву непрочной финской обороны развалился и в течении января-февраля 1940 года части 9-й армии сражались в окружении. Вместе с ними в руки погибло значительное количество различного рода тракторов и тягачей, среди которых был 21 Т-20. Семь из них пришлось оставить на территории занятой противником..

На Карельском перешейке, где советские войска штурмовали укрепления “линии Маннергейма”, ситуация была более благополучной. Здесь тягачи занимались непосредственными обязанностями, что впрочем, не уберегало их от потерь. Так, из 24 “Комсомольцев”, имевшихся на 1 декабря в составе 13-й стрелково-пулеметной бригады, в боях было потеряно 5. Пулеметчики действовали тесном взаимодействии с 1 и 13-й танковыми бригадами, что в общем-то и предопределило утрату 20% тягачей на передней линии фронта.

Учитывая тактику, выбранную финскими войсками, советской командование издало приказ, согласно которому полковые 76,2-мм пушки следовало перебрасывать на Т-20, в то время как 45-мм ПТО требовали перевести на конную тягу. Решение было вполне оправданным, так как при штурмы оборонительных полос противотанковые орудия были мало эффективны. К тому же, финская армия располагала всего несколькими десятками танков, основная масса которых оставалась в тылу. Относительно спокойно развивались события на мурманском направлении, где после декабрьского наступления фронт стабилизировался. Находившиеся здесь три отдельных танковых батальона располагали в основном устаревшей матчастью, включавшей танки БТ-5, Т-26 первых серий, а также плавающие Т-37А и Т-38. Кроме того, в стрелковых частях находилось 19 танкеток Т-27 и 35 тягачей Т-20 “Комсомолец”. Первые периодически использовались для патрулирования и охраны, а вот бронированные тягачи несколько раз пытались использовать в качестве машин поддержки пехоты. Потерь среди Т-20 удалось избежать, но и больших успехов им тоже добиться не удалось.


Уже во время советско-финской войны проявилась одна парадоксальная особенность – при выпуске артиллерийских тягачей сверх положенного штата подразделения первой линии испытывали острый недостаток именно таких машин. Не редкими бывали случаи, когда 45-мм ПТО буксировались не “Комсомольцами”, а плавающими танками Т-37А или танкетками Т-27. Попытки использования тягачей в качестве ремонтно-эвакуационных машин тоже не имело большого успеха. Построенный для других целей Т-20 просто не обладал достаточным тяговым усилием для буксировки даже легких танков типа Т-26 (массой 9500-10000 кг), что было вдвойне трудней сделать в зимних условиях. В результате, пришлось более активно применять небронированные трактора и тягачи. Лучше всего для этого подходили “Коминтерны”, но их было очень мало.


Итоги боевых действий 1938-1939 гг., а также грядущая война с Германией (в последнем советское руководство не сомневалось), привели к расформированию армейских частей старого образца и созданию на их основе дивизий и корпусов нового состава. Планом на 1944-1945 гг. Предусматривалось, что для нужд противотанковой и легкой полковой артиллерии потребуется ещё 7000 тягачей и тракторов, но специализированных предприятий по их постройке не имелось совсем. В будущем завод №37 хотели сделать основным для выпуска Т-20 и проектную мощность ему требовалось набрать к 1 января 1943 года. Как можно догадаться, этот проект так и остался на бумаге.


Согласно предвоенному штатному расписанию, утвержденным в апреле 1941 года, в каждой стрелковой дивизии полагалось иметь 21 машину. В целом, этот план был выполнен. Однако, при формировании механизированных корпусов образца 1940 года, тягачей на всех не хватило. К примеру, на 15 апреля 1940 года в составе 1-го мехкорпуса должен был числиться 41 тягач А-20, на фактически до войны не получили ни одного. Полностью аналогичная ситуация наблюдалась и в других мехкорпусах. Тягачи Т-20 стали поступать уже в ходе боевых действий, да и то, только в те корпуса, которым удалось избежать разгрома в период с 22 июня по 1 июля..

Относительно удачно в этом плане сложилась судьба 25-го мехкорпуса воевавшего на Украине. Положенный 41 тягач своевременно так и не получили, но к 25 июля корпус располагал ими в следующих пропорциях: управление 25-го мк – 6 машин, 50-я танковая дивизия – 2 машины, 219-я мотострелковая дивизия – 27 машин. Подобное разделение было следствием концепции формирования механизированных корпусов, при которой танковые части являлись самостоятельными подвижными единицами и потому оснащение их противотанковой и вспомогательной артиллерией не планировалось. Входившие в штат корпусов мотострелковые дивизии располагали всего одним противотанковым дивизионом, орудия которого как правило буксировались обычными грузовиками..

О потерях среди тягачей Т-20 можно судить по следующему факту. В ходе оборонительного сражения июня-августа 1941 года Западный фронт безвозвратно потерял 46 артиллерийских полков, которым не удалось выйти из окружения. Вся материальная часть, включая тягачи и трактора, была оставлена на территории занятой противником. Другими словами, одних только Т-20 было потеряно около 1000 единиц..

Конечно, из тыла прибывало пополнение, но распределялось оно крайне неравномерно. Вот и получалось, что во второй половине августа в противотанковых дивизионах 89-й и 91-й стрелковых дивизий имелось всего 14 “Комсомольцев”, а в 16-й армии их насчитывалось 56% от общего количества тракторного парка. Ещё хуже обстояли дела с эвакуацией подбитой техники. Так, в сентябре 1941 года на ремонтных базах №1, 2 и 8 находилось всего 37 тягачей Т-20.

прочем, ситуация была отнюдь не катастрофической. По данные на 25 декабря 1945 года в тыловых округах осталось всего 18 “Комсомольцев”: по 8 в 23-м и 36-м запасных полках и по одному в 30-м и 21-м запасных полках. Остальные машины исправно несли службу на фронтах Великой Отечественной Войны. Даже после грандиозных поражений под Харьковом и Ленинградом на 1 сентября 1942 года в армии числилось 1662 машины этого типа, а к 1 января 1943 года их оставалось не менее 1048 единиц. К этому времени Т-20 использовались по прямому назначению, но периодически их привлекали для буксировки мелкокалиберной тяжелой зенитной артиллерии и дивизионных орудий. Столь высокая эксплуатационная надежность объяснялась не только удачной конструкцией, но и широким использованием автомобильных агрегатов, благодаря чему проблемы с запасными частями возникали редко..

К концу войны тягачи Т-20 продолжали широко эксплуатироваться лишь в составе Дальневосточного и Забайкальского военных округов, где их насчитывалось не менее 800 машин. На советско-германском фронте “Комсомольцев” осталось не более нескольких десятков и на передней линии фронта они уже не использовались. После 1945 года изношенную материальную часть стали передавать на хранение, откуда тягачи поступали на предприятия по утилизации техники.


Трофеи и прочие “эрзацы”


Первой армией помимо РККА, которой удалось ознакомиться с советскими тягачами Т-20, стала финская. По окончании боевых действий на предприятии фирмы A.Ahlstrom LTD было отремонтировано 56 тягачей Т-20 (по другим данным – 62), почти все из которых были переданы в армейскую эксплуатацию. В виду малочисленности использовались финские “Комсомольцы” очень бережно и к 1945 году удалось сохранить большую часть этих машин. В дальнейшем Т-20 списывались по износу, а последний тягач был отправлен на “отдых” только в 1961 году. Сейчас эта машина выставлена в бронетанковом музее г.Парола.


Намного большее количество Т-20 досталось немецкой армии в первые полгода войны на Восточном фронте. С конца июня по ноябрь 1941 года трофеями вермахта стали по меньшей мере 2000 тягачей, но в состоянии пригодном для дальнейшего использования вряд ли набралось больше двух сотен. Как правило, для эксплуатации выбирались машины, брошенные из-за отсутствия топлива или по техническим причинам – такие ситуации часто имели место в летний период на советско-германском фронте. Особенно богатые трофеи достались немцам в полосе обороны Белорусского и Киевского военных округов, где в июне были сосредоточены ударные армии и механизированные корпуса, а общее количество “Комсомольцев” было не менее 1500 единиц. В немецкой армии Т-20 получил новое обозначение Gepanzerter Artillerie Schlepper 630(r), хотя нередко использовалось альтернативное название STZ-3 "Komsomolec".

В основном трофейные тягачи Т-20 использовались на тыловых коммуникациях, где имелся непосредственный доступ к запасным частям. Несколько десятков машин в 1941-1942 гг. активно применялись для буксировки трофейных 45-мм ПТО, немецких 37-мм противотанковых орудий PaK 35/36 и 50-мм PaK38. Впрочем, не брезговали немцы буксировать более тяжелые артсистемы, вроде 150-мм полевых гаубиц. Никаким доработкам “Комсомольцы” не подвергались, за исключением нескольких машин, модифицированных в инициативном порядке.

На одном из Т-20 была установленая коробчатая бронированная надстройка, полностью закрывавшая не только отделение управления, но и транспортный отсек. При этом, в боковых окнах имелась возможность установки пулеметов MG34 калибра 7,92-мм или аналогичного им стрелкового вооружения. Весьма вероятно, что эта “модификация” была построена в 1942 году в единичном экземпляре и представляла собой штабную или санитарную машину.

Второй из известных вариантов на базе Т-20 появился в 1943 году. Ощущая острую нехватку бронетехники, и особенно противотанковых самоходок, немцы взялись за постройку разнообразных “эрзацев”, используя для этого любые подходящие для этого машины. Так, спустя два года, вспомнили об импровизированной САУ, которую получала путем установки 37-мм противотанковой пушки PaK 35/36 в транспортном отсеке советского тягача. Идея была переосмыслена на новом уровне, что привело к появлению более полноценной противотанковой самоходной установки с тем же вооружением. Только на этот раз орудие устанавливалось жестко на броневой надстройке. Получившийся “носитель вооружения” обозначался как 3.7cm PaK auf gep Artillerie Schlepper 630(r). О количестве построенных машин информации не сохранилось. Немцы пытались применить эти “эрзацы” в ходе боёв на правобережной Украине. Одна из таких САУ была подбита советскими войсками у села Смоляк в октябре 1943 года и вновь стала трофеем. Судя по отметкам на стволе экипаж этой самоходки подбил 4 советских танка. Правда, на этот раз тягач не восстанавливался.


В первые месяцы войны около сотни Т-20 прошло через руки румынской армии, но как и в случае с вермахтом на вооружение поступили далеко не все из них. Исходя из отчета, на 1 ноября 1942 года в эксплуатации находилось 36 трофейных тягачей. Впрочем, весной 1943 года румынам удалось отремонтировать 34 Т-20, которые пошли на замену более старым “Malaxa” (лицензионный Renault UE) собственного производства. После поступления в войска тягача распределили следующим образом: по 12 машин направили в распоряжение 5-й и 14-й пехотной дивизии, а ещё 6 передали 2-му танковому полку. В августе 1944 года выведенные из резерва оставшиеся 4 тягача отправились в состав 5-й кавалерийской дивизии. Последним крупным сражением, в котором довелось участвовать румынским Т-20, стала Яссо-Кишиневская операция, проведенная советскими войсками летом 1944 года. Потерпев очередное поражение румынская армия потеряла немало техники, в том числе и большую часть трофейных тягачей. Остальные были выведены из эксплуатации к концу 1945 года.

Небольшое количество “Комсомольцев” также находилось в руках итальянских, словацких и венгерских войск, однако об их использовании и дальнейшей судьбе ничего не известно.



Источники:
М.Павлов "Трактор-транспортер Т-20 Комсомолец" (Военная летопись, серия Бронетанковый музей, №14 2007 г.)
М.Коломиец "1941. Танки в битве за Москву". 2009

Схемы артиллерийского тягача Т-20 и его модификаций:
Т-20 образца 1937 года (1-я серия, модифицированный)
Т-20 образца 1939 года (2-я серия)
Т-20 образца 1940 года (3-я серия)
3.7cm PaK auf gep Artillerie Schlepper 630(r)


ТАКТИКО-ТЕХНИЧЕСКИЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ АРТИЛЛЕРИЙСКОГО БРОНИРОВАННОГО ТЯГАЧА
Т-20 “Комсомолец” обр.1937 г.

БОЕВАЯ МАССА3500 кг
ЭКИПАЖ, чел.2
ГАБАРИТНЫЕ РАЗМЕРЫ
Длина, мм3450
Ширина, мм1860
Высота, мм1580
Клиренс, мм?
ВООРУЖЕНИЕодин 7,62-мм пулемет ДТ в корпусе
БОЕКОМПЛЕКТ1008 патронов
ПРИБОРЫ ПРИЦЕЛИВАНИЯоптический пулеметный прицел
БРОНИРОВАНИЕ лоб корпуса - 10 мм
борт корпуса - 7 мм
корма корпуса - 7 мм
крыша - ?
днище - ? мм.
ДВИГАТЕЛЬММ-6022, бензтновый, 4-цилиндровый, жидкостного охлаждения, мощностью 50 л.с.
ТРАНСМИССИЯмеханического типа: однодисковый главный фрикцион сухого трения, четырехступенчатая коробка передач, обеспечивавшая четыре передачи вперед и одну передачу заднего хода, одноходовой демультипликатор для получения прямой или замедленной передач, коническая главная передача, два многодисковых сухих бортовых фрикциона с ленточными тормозами с накладками из ферродо и два бортовых одноступенчатых редуктора
ХОДОВАЯ ЧАСТЬ(на один борт) две тележки с двумя обрезиненными опорными катками каждая, два поддерживающих ролика, ведущее колесо переднего расположения (зацепление гребневое), заднее направляющее колесо, мелкозвенчатая гусеничная цепь с 79 стальными одногребневыми траками шириной 200 мм
СКОРОСТЬ 50 км\ч по шоссе
15-20 км\ч по местности
ЗАПАС ХОДА ПО ШОССЕ250 км
ПРЕОДОЛЕВАЕМЫЕ ПРЕПЯТСТВИЯ
Угол подъёма, град.32°
Высота стенки, м0,47
Глубина брода, м0,60
Ширина рва, м1,40
СРЕДСТВА СВЯЗИ-

ВНИМАНИЕ
Все права на текстовые материалы принадлежат администрации сайта Aviarmor.
Перепечатка и использование возможны только с письменного разрешения администрации
или при наличии активной ссылки на этот сайт.
©2013 www.aviarmor.net